Сломанное Зеркало - Ирина Игоревна Голунцова

накатывающей злости и возмущения, Кагами сжала кулаки и, промолчав, вышла из кабинета, но так сильно ударила дверью, что грохот разлетелся по всему этажу. На мгновение ей показалось, что она сломает замок, конструкция действительно захлопнулась с неожиданной силой. Остаточная причуда Куросаки?.. И здесь он…

Взревев от ярости, девушка стремительно направилась к выходу и полетела прочь. Домой, только домой. В свою… да какую, блять, свою? Даже квартира не принадлежала ей. В этой жизни все принадлежало комитету безопасности, она добровольно продалась им, а Куросаки последовал за ней, надеясь сберечь от глупых поступков и опасности. Сберечь… сберег…

Слезы. Каждый день Кагами боялась возвращаться домой. Слезы текли по щекам, она проводила минимум час в истерике, забившись в угол спальни. Игнорируя телефон, даже звонки в дверь. Таками почти ежедневно пытался пробиться к ней, докричаться, но она зажимала уши и ждала, когда он уйдет. Несмотря на то, что он не виновен в смерти Куросаки, девушка злилась на него по иной причине.

Ей и сейчас хотелось остаться наедине и выместить свою злость через крик или поколотить подушку. Но проникнуть в квартиру незамеченной не удалось, на пороге ее ждал Таками. Вид у него был, что интересно, далеко не приветливый. Кагами не видела причин не ответить взаимностью, поэтому, быстро достав ключи, принялась открывать замок, игнорируя парня.

— Нао, я хочу поговорить.

Она промолчала, и когда щеколда щелкнула, девушка открыла дверь и попыталась побыстрее скользнуть в гостиную, но Таками не позволил ей закрыть дверь.

— Чего тебе надо? — в пример схватив край двери, Кагами преградила ему путь внутрь.

— Чего? Ты вообще думаешь, что творишь?! Угрожаешь председателю, вламываешься в ее кабинет?!

— Чего? — опешила Кагами. — Это она тебе так?.. О, так вот почему ты здесь. Не потому, что хотел узнать, как у меня дела, а потому что я… Блять, да иди ты!

— Нет уж, не уйду.

Девушке уже было все равно, она просто отмахнулась и пошла вглубь квартиры, скидывая по дороге сумку и верхнюю одежду с обувью. Таками, захлопнув за собой дверь, направился следом.

— Не важно, что произошло, ты угрожала председателю, ты хоть понимаешь, что это даже может быть уголовно наказуемо?

— Да кто, блять, сказал, что я угрожала ей?! — воскликнула Кагами, всплеснув руками. — Я на нервах, и хотела с ней поговорить, но… Она мне сказала быть аккуратнее, вы же теперь все, блять, видите меня каким-то врагом народа, предателем. Спасибо!

— Да никто тебя не видит…

— О, серьезно? А почему тогда ты рассказал ей обо всем, что произошло со мной в больнице, и не предупредил меня?

— Я молчать должен был? — растерянно развел руками Таками. — С тобой вышел на контакт Тень.

— И поэтому ты подумал «хм, может, она действительно с ними в сговоре, лучше я передам все председателю, но не предупрежу ее». Ты просто мог сказать, что обязан о таком доложить, мы могли бы вместе это рассказать. А теперь выглядит, словно я такая, слабая и несчастная, поделилась этим с тобой по секрету, а ты, доблестный защитник родины, меня сдал. Спасибо!

— Я… ох.

— Да, вот так все выглядит, Кейго. Ты меня выставил каким-то слабым звеном, предателем. И на фоне смерти Куросаки это выглядит очень убедительно.

— Но… я не… просто ты была в ужасном состоянии, ты не могла доложить четко о ситуации. И… блин. Прости.

Простить. Простить, хах? Да какое это имеет значение теперь? Девушка с презрением глянула на Таками, с неожиданностью отметив, что горячая злость отходит на задний план, уступая место холодному раздражению. Прикрыв глаза и переведя дух, Кагами опустилась на кровать, после чего долго молчала, пытаясь понять, что она хотела выразить. А в голове ничего, кроме панических мыслей.

— Я в ужасе, Кейго, — призналась девушка, — мне плохо. Я хочу плакать, я злюсь. Закрываю глаза и вижу бледное лицо Куросаки. Я никого не виню в его смерти, кроме Стейна, но чувство вины все равно пожирает изнутри, не могу не задаваться вопросами «а что если». И еще появление Тени… Комитет безопасности теперь считает меня уязвимостью, я вижу за собой слежку, только дома за мной никто не следит, и все потому, что ты поблизости. Я блин… — спрятав лицо в ладонях, девушка зарычала, — я понятия не имею, что Тени от меня нужно. Я узнала о его существовании, когда устроилась в комитет безопасности. Я… ничего не понимаю, Кейго, и мне страшно. Мне никто не доверяет, я не знаю, что делать, чего ожидать…

— Эй-эй, тише, успокойся, — поспешив подойти к девушке, Таками опустился перед ней на колени и взял за дрожащие руки, заставив перестать заламывать пальцы. — Я тебе верю, Нао. Я верю тебе, поверь. То, что я сказал председателю, не предупредив тебя… мой факап, прости, я… я идиот. Я действовал на автомате.

— Боюсь, что в один день ты что-то похуже можешь сделать на автомате.

Кагами не думала говорить об этом, но фраза сорвалась с языка непроизвольно. Возможно, и к лучшему, потому что она действительно опасалась того Ястреба, который смотрел на мир мертвым взглядом.

Для того, чтобы оправдаться, Таками молчал слишком долго.

— Такого не произойдет. Я никогда не причиню тебе вреда, обещаю. — Однако собеседницу это не убедило, она продолжила смотреть под ноги напряженным, слегка обозленным взглядом. В попытке смягчить атмосферу парень ухмыльнулся: — Эй, я же знаю тебя, ты ведь обычная девушка, целеустремленная и… невероятная, ты же ведь стремилась стать героем, и твоя воля неоспорима.

— Если подумать, злодей тоже может блистать на обложках журналов и быть популярным. Заголовки, правда, будут другими, — рассуждала Кагами, позволив накатить грусти, но молчание со стороны парня заставило ее поднять взгляд и обнаружить, что ее слова озадачили его. — Я рассуждаю, Кейго, а не собираюсь становиться злодеем.

Отчего-то хмурый взгляд Кагами заставил парня улыбнуться.

— Какой из тебя злодей? Максимум плохая девочка.

Если это попытка приободрить ее, то она провалилась с треском. Пригвоздив парня суровым взглядом, Кагами собралась что-то сказать, но в итоге только вздохнула и закатила глаза. С трудом удержалась от ругательств. Ей плохо, а он шутит… но, с другой стороны, нелепый комментарий остудил в ней злость.

— Долго это придумывал?

— Нет, просто с языка снял.

— Оно и видно, — покачала головой Кагами. — А если серьезно… что меня ждет в этой ситуации? Только честно, я не хочу никаких подводных камней.

— Ну… — вздохнув, Таками поднялся с пола и присел рядом с собеседницей, вновь взяв ее за руку. — Учитывая, что произошло с Куросаки, тебе сделают скидку на психическое