Огонь - Елена Сокол

пальцами волосы Саши и, отведя их назад, стал покрывать жадными поцелуями ее шею. Стащив с нее топ, он взял ее грудь в ладони и припал губами к торчащим соскам. Девушка дышала часто, губы ее были влажными и блестящими, а пальцы исступленно впивались в его плечи. Каждый ее хриплый выдох волновал Царева и заводил еще сильнее.

– У тебя есть? – Прошептала Саша.

– Конечно. – Ответил Лев.

Даже отрицая свою одержимость этой девушкой, он неосознанно готовился к их встрече. Рывком отстранившись, Царев принялся шарить по карманам в поисках резинок. Саша воспользовалась паузой, чтобы стащить с себя джинсы и трусики.

– Не надо, не снимай, – сказала она, когда он приспустил джинсы и раскатал латекс по члену, – не могу больше ждать.

Он сел обратно на диван, и Саша залезла на него сверху. Твердый, как камень, член уперся ей между ног. Влажная глубина манила, но Лев продлевал муку, положив ладони ей на бедра и не спеша давить. Они смотрели друг другу в глаза, и каждый искал ответы на какие-то свои вопросы.

Наконец, Саша начала медленно скользить ему навстречу, и Лев тихо зарычал, наполовину оказавшись внутри нее. Похоже, они хотели довести друг друга до сердечного приступа. Девушка осторожно двигалась вперед и вверх, чуть приподнявшись над ним, и Лев застонал от нетерпения, чувствуя, как головка его члена скользит по ее влажной горячей плоти.

Саша и сама закусила губу, задыхаясь от дразнящих ощущений, когда его член гладил ее клитор. И Царев наслаждался этим восхитительным зрелищем и ловил взглядом каждый ее вздох. Чем дольше она его дразнила, тем ярче были ощущения и сильнее желание насадить ее на себя до упора.

Пальцы Царева впились в ее бедра так сильно, что, наверняка, останутся следы, но Саша продолжала издеваться, двигаясь в медленном темпе и дыша все чаще. Наконец, Лев потянулся к ней и стал жадно целовать ее шею, плечи, губы. Эти не то поцелуи, не то укусы заставляли ее вскрикивать и задыхаться.

– Боже, – выдохнула она, сдаваясь.

И парень рывком насадил ее на себя, войдя в нее целиком.

Саша охнула и стиснула зубы. Они застонали в голос. Удерживать ровный неспешный темп больше не получалось: и поцелуи, и толчки становились буквально неистовыми, требовательными, жесткими. Лев удерживал ее бедра с такой силой, словно боялся, что Саша может сбежать, если ослабить хватку. А та двигалась все смелее и быстрее, охватывая его изнутри все плотнее. Ее стоны все больше походили на жалобные всхлипы, она поднималась и опускалась, зажмурив глаза. Острые, напряженные соски девушки смотрели вперед, а тело ходило ходуном при каждом толчке.

Лев надавливал все сильнее, опускал ее на себя все резче. Саша опустилась ему на грудь и уткнулась лицом в его шею. Ее волосы щекотали его. Он слышал прерывистое дыхание девушки и понимал, что развязка близко. Они двигались синхронно, и их тела будто стали одним целым, продолжая наращивать темп. Казалось, даже комната уже ходила ходуном.

В какой-то момент Саша напряглась и, что было силы, обхватила его плечи. Она закричала. Лев понял, какое острое наслаждение она испытывает, крепко прижал ее к себе, и в следующее мгновение его пронзила судорога, и накатил оргазм такой силы, что он сам испугался того дикого рыка, который вырвался из его легких.

Саша, вся в поту, обмякла на его груди. Царев и не думал отстраниться, он продолжил обнимать ее, думая, какой же прекрасный это был секс.

– Ммм… – простонала девушка.

Ее ослабшее тело еще продолжало дрожать.

– Не засыпай. – Нежно проведя носом по ее затылку, произнес Лев.

– Разве ты не устал?

– Да я на огневой полосе больше устаю. – Ответил он, покрывая поцелуями ее плечо.

Глава 27

♫ Катя Адушкина, Влад Бумага – Огонь

– Ты прекрасно знаешь, киса, что здесь не место женщинам и мужчинам, не доросшим до нужного уровня. – Бросил в спину Еве Никита.

– Это ты о себе? – Ухмыльнулась она.

Они шли от гаража, переругиваясь. В прочем, ничего необычного в этом не было. Никита вечно ко всем цеплялся и, похоже, был откровенным мудаком.

– Опять он заладил, – пробормотала Софья Павловна, наблюдая за ними через перегородку.

Если честно, Саша даже не следила за их разговором. Двое суток она не виделась со Львом и лишь с утра до ночи корпела за учебниками, поэтому неистово жаждала хотя бы краешком глаза его увидеть.

– Обычно только не полноценные мужики цепляются к женщинам. – Рассмеялась Ева Никите в лицо. – Скажи, у тебя писюн мелкий, или он просто не работает? В чем твоя проблема?

– Тебе интересно, какой у меня ствол? – Масляно улыбнулся он ей в лицо. – Хочешь подержать? Давай, с этим ты точно справишься.

– Я привыкла управляться с большими, поэтому твой боюсь даже не разглядеть!

– Так ты профессионалка?

Саша отвернулась и уставилась в компьютер.

– Чего он к ней привязался?

– Слабые мужики всегда мстят тем, кто им отказал. – Прошептала Софья Павловна. – Особенно, если прилюдно: такого они не прощают.

– Самоутверждаться за счет женщины – низость.

– Никитке ремня бы. Ведет себя как десятилетка.

– Да мой братишка и то лучше себя ведет.

– В следующий раз будешь покупать себе белье, выбери трусы в мужском отделе! – Прокричал Никита.

– Минуту назад тебя беспокоила моя женственность! – Ответила Ева. – Определись уже!

– Нужно сообщить Рустаму, – выдохнула под нос диспетчер, – этим двоим еще работать вместе.

– На соревнованиях посмотрим, чьи яйца крепче! – С этими словами девушка-пожарный вошла в диспетчерскую. – Привет, девчонки, а я сегодня ваша подменка!

– Привет, – улыбнулась Саша, повернувшись к ней. Казалось, темноглазая Ева нисколько не уязвлена попытками коллеги-мужчины ее унизить. Она пребывала в хорошем настроении, и вся сияла. – Как ты это терпишь?

– Нормально. – Отмахнулась она. – Уже привыкла. Стараюсь не попадать с ним в одно звено. Но если приходится работать вместе, забываю, что он придурок. Мы все здесь братья, и друг за друга в огонь и воду – в прямом смысле. Чтобы Никита не говорил вне выездов, там на него всегда можно положиться.

– То есть, вы только что собачились, но ты уверена, что на пожаре он тебя прикроет?

– Всегда. – Кивнула она. – Боже мой, да никто не воспринимает Никиту Плахова всерьез! Так ведь, теть Сонь?

– Он – гадкий мальчишка. – Усмехнулась женщина. – Но даже на такого всегда находится та, которая поставит его на колени. – Она посмотрела на Еву. – Надеюсь, это будешь не ты, красавица.

– Никогда. – Поморщилась та.

Саше почему-то казалось, что девушка лукавит. Возможно, Никита ей и нравился, но его комментарии насчет ее пола, задевали Еву. В том, что симпатичная красотка с длинной темной блестящей косой, большими глазами и пухлыми губами, которой так идет грубая боевка и мешковатый полукомбинезон, нравится большинству коллег и Никите в том числе, можно было даже не сомневаться.

– Даже придурок Плахов знает, какие преимущества перед мужчинами у пожарных-женщин. – Падая на диван, подмигнула им Ева. – Может, я и не обгоню его на полосе при полном снаряжении, но уж точно пролезу в узкие ходы и шахты, где он застрянет. Это важно при эвакуации пострадавших. А уж то, что я баллон с воздухом использую в полтора раза медленнее, это-то всем давно известно. Я могу находиться в горящем здании дольше него, а, значит, сделаю больше полезной работы.

Все-таки, как она ни отрицала, слова Никиты ее задевали. И девушкам в этой профессии каждый день приходилось доказывать, что они не хуже мужчин.

– А ты не думала выучиться на пожарного? – Обратилась Ева к Саше.

– Кто? Я? – Удивилась она.

– Да. А что? Мне бы пригодилась напарница.

Кажется, девушка не шутила.

– Ты что, я не такая отважная. – Призналась Саша. – Поэтому искренне восхищаюсь тобой.

– Хочешь, открою секрет? – Прошептала она, наклонившись. – Я тоже не отважная. И в первые выезды до усрачки боялась налажать и подвести парней. Но, знаешь… мы многого не знаем о себе. Ты по-прежнему боишься, но идешь и делаешь. Страх никуда не исчезает, но становится чуть меньше. Это и называется отвагой.

– Дорогуша, а ты не хочешь принять оборудование? – Заглянул в диспетчерскую Артем. Он махнул