Наследник Мудрецов. Том 4 - Роман Романович

Нас поглотила темнота.

* * *

Аврора, прокатившись по камню, кувыркнулась и встала на ноги, развернувшись. Скала под ногами затрещала, и женщина рефлекторно отпрыгнула назад, в безопасную зону.

Неверяще уставилась на половину исчезнувшей базы.

Произошедшее она просто не могла принять. Всё было не так, как ожидалось. В прошлый раз та женщина в маске не смогла победить её, Аврору, вдвоём со старшим Гюнгенсом. Но сегодня, один на один, она показала более высокий уровень. В прошлый раз, стоило появиться Темнейшему, Маска бежал. Сегодня же враг смог ранить Ивана Романовича. Пусть и не убил, но заставил отступить. Враг сделал всё, чтобы капитан достал косу.

Появление Мудреца и вовсе нельзя было просчитать.

Выдохнув, Аврора похлопала себя по щекам и растёрла лицо. Ещё ничего не кончилось. Пока не найдено тело, считать капитана мёртвым нельзя. Маска блокировал Тени, но если им занялся Мудрец, то Кощей мог спастись просто — уйдя в Тень. Только вот он был без сознания. Аврора же не успела вытащить его из западни. Это куда лучше получилось у Сергея, но…

Ту волну, что разрушила магию и Власть, женщина уловила. Мудрец походя прикончил…

— Нет, — одёрнула себя женщина.

Нет тел — нет доказательств.

Нужно вернуться к своим. Доложить. Организовать поиски. Тогда видно будет.

Приняв решение, Аврора развернулась и побежала назад.

* * *

Бывают такие ситуации, когда ты забываешь про самое простое решение.

Маска в прошлый раз блокировал Тень и Власть. Было логично предположить, что в этот раз тоже. Вот только с момента его исчезновения Власть вернулась ко мне. Точнее, с момента, когда Мудрец уничтожил всю задействованную магию.

Поэтому я мог уйти в Тень! Затащить за собой Кощея!

Вспомнил об этом, когда масса камней, что навалилась на нас, стала настолько невыносимой, что у меня кости от давления затрещали. Дёрнув на себя Кощея, перешёл на ту сторону. Нырнул, будто через толщу воды, наверх. И вынырнул где-то в стороне, поверх каменного безумия.

Подняться наверх через Тени — заманчиво, но неизвестно, в каком состоянии капитан, заметит ли он мои умения, и кто вообще на это обратит внимание. Но другого выхода не было. Выбравшись, я первым делом огляделся. Никого не заметил. Пейзаж вокруг был соответствующий. Как после бури. Или как если бы здешние деревья-великаны были обычными кустами, на которые вывалили груду камней. Тьфу… Нет сил на красочные метафоры.

Пыльно, разрушительно и непонятно. Вот как было вокруг.

Первым делом… Точнее, вторым, потому что сначала я убедился, что рядом никого нет. В общем, я осмотрел себя. Куча мелких ссадин, спина подозрительно болит, а нога так и вовсе — стоило чуть расслабиться, как мигом боль навалилась. Задрал штанину, увидел кровь, содранную кожу, рассечение и наливающийся синяк. Или не синяк, а просто грязную кровь.

Вторым делом я оглядел капитана. Хорошая новость — он жив. Плохая — мои познания в медицине сводились исключительно к обработке ран на поле боя и дальше этих чисто утилитарных навыков не распространялись. Иначе говоря, капитан был жив, но что с ним — не ясно. Помирать вроде не собирается, а значит, сначала валим отсюда, а там уже разбираемся.

Взвалив мужчину на плечи, компенсируя боль в ноге Властью, развернулся к скале и… С удовольствием бы притворился мёртвым, но было поздновато. Мудрец, на вид абсолютно невредимый, замер напротив, в считаных метрах.

— Тот сбежал, — выставил он копьё в мою сторону. — Я даже не размялся.

Говорил он на чистом русском, пусть и с акцентом прожжённого любителя кабацких драк.

Опомнившись, я склонил голову и согнулся, как мог, с ношей на спине.

— Битва или смерть.

— Дай капитана положить, — распрямился я.

Битва ничего не сказал, но копьё опустил. Я аккуратно положил Кощея. Отошёл в сторону подчёркнуто расслабленно. Не то чтобы это имело смысл, но я не хотел, чтобы Данила Назаровича, которого я так отчаянно спасал, убило случайным движением этого существа.

Из оружия у меня ничего не было. Как знал, что надо три мины брать. Ну да и две отлично отработали. Невольно улыбнулся. Дал волю самоконтролю, отпустил его и ощутил неплохое такое злорадство по поводу того, как сегодня отработал.

Жаль, что оставался только нож. Ещё несколько гранат, но использовать их показалось глупым. Уверен, будь у меня хоть сто килограмм взрывчатки — Битва этого даже не заметит. Хроники неплохо описывали, как он уничтожал армии с куда более продвинутым оружием.

Встав напротив него, я приготовился умирать.

— Может, выберешь себе противника по рангу? — раздался скрипучий, издевательский голос.

Я обернулся, чтобы увидеть… Нет, не Маску. Другого знакомого. Печально знакомого, я бы сказал.

Того самого, что сердце мне вырвал.

На этот раз я удостоверился, что это и правда Мудрец Творения.

Приплыли.

Глава 14

Пылай, или Когда образец оказался достаточно живучим

Заходят в бар трое. Мудрец, Мудрец и юнец…

Ладно-ладно. Два Мудреца действительно зашли, но не в бар, а встретились на просторах Грани, на разрушенной скале. Юнец тоже с ними встретился, приготовившись принять, возможно, главный бой в жизни, с тем, кого некоторые люди почитали как бога войны. Ещё рядом валялся полудохлый Кощей, портя весь анекдот, но здесь выбирать уж не приходилось.

Битва что-то ответил Творцу на незнакомом языке. Между ними завязалась беседа. Ни по интонациям, ни по чему-то другому я не мог понять, куда всё движется.

Случился тот редкий момент, когда мой разум спасовал.

Сразиться с Битвой? Верная смерть. Остаться один на один с Творцом? Возможно кое-что похуже гибели. Между смертью и мучительной смертью есть целая пропасть, в которую мне бы не хотелось угодить. Поэтому кем-кем, а спасителем я это существо не видел, здраво опасаясь, что в этот раз не только сердце выдернут, но и что похуже сделают.

Но разве кто-то будет меня спрашивать?

Битва бросился на Творца и… исчез.

— Неудачник, — захихикало это существо, явно довольное собой. — Разве эти тупые воины не забавны? — повернулся Мудрец ко мне.

Сделалось дурно. На фоне Творца Битва — эталон брутальности и красоты. Этот же Мудрец… Что ж. Я хорошо запомнил его внешность с прошлого раза. Руки-ноги, что вращались во все стороны. Подобно обезьяне, он подался ко мне, опираясь на передние конечности. Детское лицо на двухметровом существе пугало до ужаса.

Мудрец махнул рукой, и перед ним появилась прямо в воздухе книга. Он