Куриный бульон для души. Найди время для себя. 101 история заботы о себе и поиске баланса - Эми Ньюмарк

Я начинаю свой день спокойно. Расслабленно. Радостно. Кто бы мог подумать, что лучшим местом на земле для меня окажется этот грязный подвал, заваленный старыми историями?

Джилл Келлер

Я успеваю не все

Прежде чем «помочь» кому-то другому, сначала научитесь помогать себе.

Морин Джойс Коннолли

– Я понятия не имею, как ты все успеваешь, – с восхищением сказала подруга, когда закончилось мое выступление в Кливленде. В ответ я хотела было произнести что-нибудь остроумное, но вместо этого задумалась. А что вообще такое «все успевать»?

Два дня назад, в 5:15 утра, я открыла шкаф, чтобы надеть штаны для йоги и поменять яркие платья, которые изначально упаковала в чемодан, на платья сдержанных цветов. Спешно позавтракала йогуртом и бананом. Забыла заправить постель и вынести мусор. В самолете была слишком взволнована, чтобы спать. Заселившись в отель, первым делом села отвечать на электронные письма. Потом спрятала штаны для йоги и надела свои самые приличные туфли на каблуках и черное платье с маленькими розовыми цветочками – организаторы конференции, в которой я принимала участие, устраивали банкет.

Вечером после ужина в центре Кливленда я переживала, что не успею добраться до конференц-зала к 7:30 следующим утром. Смогу ли я вообще провести часовую лекцию и еще две презентации сразу? Я не боюсь выступать на публике, но не всегда бываю в состоянии выглядеть презентабельно, быть энергичной и говорить весь день без остановки.

Все прошло превосходно, если не считать того факта, что к вечеру я потеряла голос и выпила слишком много воды в надежде, что это поможет мне его вернуть. На следующее утро я каким-то чудом не проспала свой рейс в 5:55 обратно в Майами.

Мне двадцать пять лет, я работаю адвокатом. Некоторым моя жизнь кажется одним длинным «безумным рывком».

За несколько месяцев до поездки в Кливленд меня назвали первым адвокатом во Флориде, который открыто говорит о своем аутизме. Разумеется, мне приятно такое признание, хотя на самом деле я в этом деле вовсе не единственная. И все же хорошо, что у меня есть возможность распространять идеи принятия, вовлечения и дальнейшего понимания, что я и делаю последние двенадцать лет своей жизни. В сообществе людей с аутизмом меня считают общественным деятелем, поэтому мне постоянно приходится общаться с фанатами и подписчиками.

Я веду все свои аккаунты в социальных сетях. Самостоятельно управляю задачами в своем календаре, принимаю или отклоняю запросы на интервью. По крайней мере раз в месяц выезжаю на конференции, чтобы рассказывать об аутизме и связанных с ним нарушениях. Я планирую содержание своих сессий и тесно сотрудничаю с принимающими организациями, чтобы обеспечить успех их мероприятий.

Я состою в советах директоров нескольких некоммерческих организаций и, по возможности, выступаю волонтером, помогая членам сообщества людей с ограниченными возможностями. Каждую неделю я веду подкаст. Пишу книги и статьи. Во время поездки в Кливленд обо мне снимали документальный фильм – режиссер следовала за мной со своей камерой. Если вам кажется, что этого уже много, скажу, что вдобавок ко всему я занимаюсь юридической практикой и стараюсь быть в офисе сорок часов в неделю.

Если перечислять все по пунктам, создается иллюзия, будто я, по выражению моей подруги, «успеваю все». Но я-то знаю, чего мне это стоит. У меня болят плечи, тело ломит, а темные круги под глазами приходится маскировать консилером. Я не успеваю отвечать на сообщения друзей и редко звоню маме. Еще я грущу, что не рисую так много, как мне хотелось бы.

Мой двигатель работает на полную катушку, и мне не помешало бы поспать лет сто подряд. Я очень хорошо защищаю интересы других людей, но совершенно не забочусь о себе.

Однако я учусь. В то утро, сразу после возвращения из Кливленда, я собиралась ехать в офис. Однако вместо этого вошла в свою захламленную квартиру, оставила багаж на кухне и забралась в постель, которую не заправила перед отъездом. Когда я проснулась, на улице было темно. Я проигнорировала все пропущенные электронные письма и текстовые сообщения, заказала доставку еды на ужин и включила фильм. Это было счастье.

Воодушевленная результатом, я решила, наконец, заняться собой. Взяла за правило каждое утро рисовать картинку и раскрашивать ее маркерами. «Сканировала тело», спрашивая себя: «Как я себя чувствую?» и позволяя своему мозгу определить зоны особого напряжения. В течение целого часа в день делала все, что хотелось: рисовала, писала стихи, занималась пилатесом, ложилась спать попозже или, наоборот, пораньше, дремала, устраивала перекус или принимала ванну с пеной. Иногда мое психическое здоровье не ограничивалось часом и требовало целого дня. Я разрешила себе и это.

– И как ты все успеваешь? – повторяла моя подруга в день моей фееричной поездки в Кливленд.

Тогда я ответила:

– Я успеваю далеко не все. Зато я знаю, когда надо остановиться и позаботиться о себе. Иначе как я смогу изменить целый мир?

Хейли Мосс

Тихое место

Иногда душа приходит на помощь телу и вселяет в него бодрость. Это единственная птица, оберегающая собственную клетку.

Виктор Гюго

Последние двенадцать лет мой отец страдал болезнью Альцгеймера. В конце 2011 года его положили в больницу в Кауфмане, штат Техас. Я жила в четырехстах километрах, в Хьюстоне, но приезжала каждые выходные. Постоянно с отцом была только мама, которая специально ради этого уволилась с работы.

Однажды я вошла в палату как раз в тот момент, когда доктор завершал свой утренний обход. Послушав сердце и дыхание отца, он замешкался. Неловкая пауза затянулась. Затем врач спросил, не могу ли я выйти с ним в коридор, чтобы побеседовать. Наверное, он решил, что я лучше справлюсь с тем, что он собирался сказать.

Когда мы остались одни, он проговорил: «К сожалению, состояние здоровья мистера Луи ухудшается очень быстро. Он может скончаться в любой момент. Через неделю, в лучшем случае – через несколько месяцев». Я заплакала. Кровь прилила к вискам и начала бешено пульсировать, а на плечи словно кто-то положил бетонную плиту. Я подумала: «Лакита, к чему вся эта драма?» Следующей мыслью было: «Как же я успею спланировать похороны? У меня и так дел по горло». В конце