В мозг - Михаил Эм

– Вылезайте, гер Петров, мы прилетели.

Кажется, Юрий Петрович задремал, потому что они действительно находились в Туле, на одной из общественных стоянок.

– Магазин там, на Советской улице, если судить по карте, – задал направление Даммер.

Они дошли до оружейного магазина, в котором, из-за ночного времени, не было ни души. Ружья стояли в ряд, тут же располагались коробки с патронами и всякие хитроумные оружейные приспособления.

– Гер Петров, вы знаете, что нам нужно? – спросил Даммер.

– Понятия не имею. Я не охотник. Встречный вопрос, чем отличаются друг от друга ружье, винтовка и карабин?

– Не моя компетенция.

– По крайней мере, нам нужно оружие с большим или меньшим диаметром ствола?

– Если мы хотим воевать, очевидно, что с большим.

– У меня сомнения. А что если оружие с большим диаметром предназначено для стрельбы дробью?

– Что такое дробь?

– Если не ошибаюсь, это такие маленькие металлические шарики, для большей площади поражения.

– Откуда вам известно?

– Из художественной литературы о Диких временах.

В конце концов, Юрий Петрович присмотрел ружье, также несколько коробок патронов к нему. Сфокусированный взгляд – и интерфейс ММ показал, что данный товар доступен. Юрий Петрович дал мысленное согласие, и товары записались в потребление.

В это время Даммер останавливался возле одного ружья, пытался в нем что-то рассмотреть, и со вздохом отходил, чтобы немедленно остановиться перед другим.

– Не можете выбрать, Даммер? Берите любое, вы же ничего не смыслите в оружии.

– В том-то и дело, что я не могу выбрать.

– В каком смысле?

– Товар не передается в мое потребление.

– Неужели у вас настолько плохо финансовое положение?

– Нет, финансовое положение сносное. Но товар не передается. Не пойму, в чем дело. Может быть, из-за того, что у меня зрение ослабленное?

Даммер не мог выбрать товар, потому что алгоритмы допуска покупателя, установленные товарными управляющими, не разрешали отпуск. Вероятно, причина крылась в ослабленном зрении. Производители охотничьих ружей получали возмещение лишь за прицельные выстрелы: с этой точки зрения не имело резона отдавать товар полуслепому человеку – момент оплаты был слишком маловероятен. Юрий Петрович не собирался стрелять в дичь, соответственно его выстрелы также не возмещались производителям, но алгоритмы этого не ведали. Вообще, товарные управляющие могли настроить алгоритмы, а если этого не сделали, то из патриотических соображений, наверное. Но перенастраивать алгоритмы в пользу потребителей с ослабленным зрением не стали.

Председатель Всемирного Правительства обошел все изделия, но ни одного из них не смог получить в потребление.

– Как же так, Юрий? – окончательно растерялся он, промакивая слезящиеся глаза носовым платком.

Видимо, Даммер давно уже не сталкивался с ситуацией, когда товарные управляющие отказывались передать ему товар.

– Что же я могу поделать? Придется вам смотреть битву по Мозгомирью.

Они покинули оружейный магазин: Юрий Петрович – с тяжелым ружьеи, которое даже не рисковал взять в раненую руку, Даммер – налегке.

Обратный путь из Тулы в Ненашево, по полуночному небу, прошел быстро – за счет того, что Юрий Петрович забылся в тяжкой дреме. Обычно в сон действующего члена Всемирного Правительства клонило днем, тогда как ночью он мучился от бессонницы, но в эту ночь до тошноты хотелось спать.

Когда они прилетели, Ненашево, в отличие от недавнего запустения, представляло собой оживленный общественный центр. Повсюду стояли припаркованные геликоптеры, сновали – несмотря на темноту – люди, многие из которых, как и Юрий Петрович, были вооружены.

– До завтра, гер Петров, – попрощался грустный безоружный Даммер.

Махнул рукой и направился в свой коттедж.

Даммеру повезло получить коттедж в потребление. Прилети председатель Всемирного Правительства сейчас, пришлось бы устраиваться в другом населенной пункте, подальше от места событий.

Еле волоча ноги, полусонный Юрий Петрович также направился в свой коттедж. Рядом с крыльцом обнаружил распростертое на земле тело. Тело повернулось на другой бок и оказалось Горбанем, который, подложив под себя куртку, устроился на земле.

Горбань открыл глаза и спросил:

– За оружием летали?

Юрий Петрович молча приподнял полученное ружье.

– Завидую.

– А вы-то как без оружия?

– Утром посмотрите.

– В коттедж приглашать бесполезно? Впрочем, я понимаю.

– Я себе не враг.

Как сомнамбула, Юрий Петрович прошел в коттедж, разделся, нашел в себе силы даже принять душ, после чего повалился на тахту и забылся страшным сном – впрочем, даже во сне не забывая о том, что наступили Дикие времена и завтра предстоит выселить прыгунцов с Земли. А если по-доброму не выселятся, то уничтожить.

С той же мыслью, только еще более обостренной и неизбежной, он проснулся.

За окном уже рассвело.

Кое-как одевшись – порезанная рука в принципе двигалась, но ее сковывала повязка, – Юрий Петрович вышел на крыльцо.

Количество припаркованных геликоптеров заметно возросло. Геликоптеры заполняли не только газоны, но и близлежащие к коттеджному поселку поляны. Насколько мог видеть Юрий Петрович, они стояли даже вокруг мемориального комплекса. Это был только один коттеджный поселок – Ненашево: таких поселков вокруг места приземления космической пирамиды располагалось несколько – наверняка все они были заполнены добровольцами Дикого времени.

– Юрий!

Это был тот же Горбань. Он сидел на земле, на месте ночевки, и улыбался.

– Как переночевали? Ночи уже холодные.

– Бывало и хуже, – заметил прокаженный.

– Не надумали, чем станете воевать?

– Как же, надумал. Если пройдете метров триста вперед, то увидите, в лощине. А не хотите утруждаться, пришлю вам метку.

Триста метров для разбитого Юрий Петровича – значительное расстояние.

– Присылайте метку.

– Хорошо. Вот.

[Метка.]

[Юрий Петрович переходит по метке и…]

[[…видит бульдозер. Бульдозер странный: старый и обвешанный металлическими листами, так что практически не остается неприкрытого пространства. ]]

[[Нет, здесь не один бульдозер, а много, десятки – в точности таких же! То есть, конечно, бульдозеры все разные – в смысле, разных моделей, – но при этом старые и обвешанные металлическими листами.]]

[[Мелькнула знакомая центральная фигура мемориального комплекса – значит, бульдозеры неподалеку. Точно, поблизости небольшая лощина – вероятно, технику загнали туда. Конечно же, прокаженные – приятели Горбаня. По виду бульдозеров можно сообразить, что прокаженные – больше некому. Таким списанными в утилизацию бульдозерами прокаженные, верно, закапывают мусор на свалках. Только металлические листы наварили на бока, в качестве защиты от пуль.]]

[[– Что там? – кричит напарнику реципиент.]]

[[– В одиннадцать назначено. Скоро выдвигаемся, чтобы к одиннадцати