Детский сад. Книга 12 - Ульяна Каршева

— Ирма, что тебя беспокоит? — невольно полюбопытствовал Мирт.

— Если у Вильмы столько новых деток, — озадаченно начала волчишка, — как мы все там поместимся? Кроватей новых не поставить же!

— Да и ты уже не подходиш-шь под возрас-ст яс-сельников, — шутливо продолжил Хельми. — Пора перех-ходить в с-собс-ственную комнату, Ирма.

— Одна? — всё ещё в полном недоумении спросила волчишка. — Мне одной не хочется, но ведь… — и заморгала глазами, приподнимая плечи.

— Я тоже большая, — неожиданно заметила совершенно спокойная Оливия, и девочка-оборотень уставилась на неё непонимающе. — Можно взять с собой Нуалу и Илмари. Они тоже выросли. А ещё предложить Айне. Ирма, хочешь, чтобы мы все были в одной комнате? И тогда все поместятся так, как захочет Вильма.

Волчишка громадными глазами некоторое время смотрела на Оливию, а потом принялась считать:

— Я, ты, Илмари, Нуала и Айна. Пять? В одной комнате? Хм…

Глаза Ирмы медленно, но верно зажигались огоньками — наверняка при мысли о будущей жизни в такой интересной компании. Точку в её размышлениях поставил Берилл:

— А мы будем к вам в гости ходить!

Беззвучно хохочущий Коннор торопливо отвернулся, чтобы младшие (мало ли!) не обиделись. Отсмеявшись, он приник к окну за спиной. Сколько бы ни ездил, но спуск с большой дороги к кукурузному полю, к речке и по луговине для него всегда оставался лучшим из лучших. Улыбнулся, когда глянул в сторону: братья тоже глазели в окна машины так, словно впервые ехали по тряской полевой дороге, но ведь возвращались домой! А там их ждали не только Селена и обитатели Тёплой Норы. Впереди их ждало знакомство с новичками.

Но сначала было всё обыденно и привычно.

Приехали, выгрузились, забрали из обеих машин маркеры и «боезапас» к ним. Всё, что относилось к игре, отправилось в одну из кладовых дома. А ребята, прихватив с собой таких же голодных подготовишек, побежали по ванным комнатам умыться и привести себя в порядок, после чего засели в столовой, насыщаясь поздним обедом. Перекус в дороге — это, конечно, здорово. Но покупные вкусности не сравнятся с домашними горячими блюдами.

В конце позднего обеда Коннор встал и напомнил:

— Час на отдых — и идём тренироваться. До ужина.

— А когда полетать? — расстроился Вереск.

— После ужина, — пожал плечами мальчишка-некромант. — Делайте, что хотите и сколько хотите.

Игроки радостно загомонили. Одно дело — играть на земле. Другое — летать под облаками. И тут Мускари додумался до замечательной идеи, о которой однажды помечтал и Коннор:

— Коннор, у нас на играх есть традиция — полёт Хельми и дельтапланеристов над полем, как праздник для выигравших. А на той игре такого нет. И не будет?

Ребята ахнули и принялись обсуждать идею. Селена не вмешивалась — усмехнулся Коннор. Она уже давно привыкла большинство идей ребят не тормозить, а наоборот — развивать, а то и расцвечивать. А поскольку за столом взрослых сидели и Джарри с Колром, то мужчины согласились: идея хороша! И полёт дракона и дельтапланеристов, завершающий игры, будет прекрасно выглядеть и на городских играх.

— А когда познакомимся с новичками? — заинтересовался Фиц. Сидевшая с ним Шиа хлопнула кулачком по его плечу, но любопытство блестело и в её глазах.

Как в глазах всех остальных.

— Они сейчас в саду, — сказала Селена. — Все пока держатся возле Цветочной беседки, потому что побаиваются потеряться среди деревьев.

И рассказала, что детей нашли рабочие, а сюда их порекомендовал привезти директору Западного приюта Рамон.

— Они привыкли жить посреди разрушенного города. Деревья для них, естественно, не в диковинку. И кустов там много — заброшенные улицы, как вы знаете, быстро зарастают зеленью. Но здесь, в деревне, им пока сложно ориентироваться. Пойдёмте. Если вы туда сунетесь всей толпой — ещё напугаете. А со мной — надеюсь, нет.

— Может, тогда лучше — на ужине? — предложила Космея. — Мы ведь обычно всегда так знакомились со всеми.

— Можно и во время ужина, — согласилась хозяйка места.

И ребята разбежались кто куда отдохнуть час перед тренировкой.

Коннор собирался посидеть в библиотеке прошлого и только начал было подниматься по лестнице, как заметил, что в детской гостиной Ирма вполголоса говорит о чём-то с Иваром и Айной. Сначала решил, что Ивар не хочет, чтобы Айна уходила из комнаты Вильмы, но улыбка девочки-мага была слишком безмятежной, и стало понятно, что Ирма упрашивает Ивара о чём-то, что не связано с переездом выросших девочек из яслей-сада.

На всякий случай спустившись, он подошёл к ним, словно невзначай. Ирма так обрадовалась ему, что немедленно призвала его примкнуть к группе тех, кому нравятся такие красивые друидские заморочки, как творение лиственных фигур.

— Коннор, скажи ему, чтобы он нас ещё чему-то красивому научил! — потребовала волчишка. — Ведь он в лесу жил! Там красиво! И мы хотим такое же! Скажи ему!

— А я тут при чём? — удивился мальчишка-некромант. — Фигурам-то не я вас учил!

Ивар, смеясь, возвёл глаза к небу — то есть к потолку, наверное шутливо жалея о том дне, когда Ирма добилась-таки от него, чтобы он показал, как творить лиственные фигуры. Правда, Коннор предупредил его один на один, чтобы маленький друид учил лишь отдельным фигуркам, но не умению в этих фигурах летать. Сил магических у малолетних бандитов пока маловато для полноценного создания вспомогательного средства друидов для полёта.

А Коннор улыбнулся. Ивар всё чаще смеялся, уходя от собственноручно придуманного когда-то одиночества. И всё чаще это происходило именно потому, что компашка Ирмы заставляла его участвовать во многих делах Тёплой Норы.

— Ладно, — снисходительно сказал Ивар. — Я хотел отдохнуть, но можно посидеть на крыльце. Есть ещё несколько фигур, которые вы сумеете создавать. И они и правда красивые. Бабочка, например.

— Бабочка? — удивился Берилл. — Они же маленькие!

— Наша будет громадной, — заверил его тёмный друид.

На крыльце совсем мало ступеней — три штуки. Ивар для удобства сел на второй. А компашка малолетних бандитов и Айна обсели его со всех сторон. Коннор остался чуть сбоку от крыльца. Ему тоже было любопытно, что покажет брат.

Начало было обычным: Ивар отовсюду собрал побольше опавшей листвы — последний летний месяц, теперь её много. Затем, прошёптывая заклинания, он разделил собранную кучу на жёлтую и красную, и вскоре с земли перед крыльцом медленно и поначалу натужно поднялась и в самом деле громадная бабочка, чьи крылья были в переплетениях красного и жёлтого цвета. Ирма завизжала от восторга и бросилась под эту лениво кружившую на небольшой высоте бабочку, чтобы поплясать под нею. Следом кинулась Айна —