Антипара - Полли Нария

— Мы не можем этого знать, — подал неуверенный голос Ждан.

— Но если допустить хотя бы крошечную вероятность, что ее поведение было вызвано темной сутью ведьмы, то все как будто становится на свои места, — произнесла я задумчиво.

— Ацыга вела себя странно? Что именно она делала не так?

Хотелось сказать, что все. Только вот это не помогло бы обрисовать ситуацию.

— В ней как будто поселился другой человек, — сказал за меня Богдан. — А ведь она пыталась донести это до меня…

— Плохи дела, — цокнула старуха. — Ведьма с такой силой, скорее всего, использовала не самые приятные методы воздействия.

— О чем вы говорите?

— Про личины.

Холодок пробежал по моей спине, и я вспомнила лекцию у магистра Бериславы Руткевич. О том, как Алмас Мруз проделывал это со своими жертвами. Неужели в Бедрусе появился кто-то столь же сильный? Отрицать это было глупо.

— Бедная Лала, — я прикрыла руками свои губы.

— Нужно срочно сообщить об этом Говену! Пусть свяжется с Бартошем пока не состоялся суд над ацыгой. Возможно, девушка разорвала нить ведьмы не просто так, — Богдан подскочил со стула, и мы все последовали его примеру.

— Это хорошая идея, — поддержал друга Ждан, но я почувствовала в его тоне некий скрытый подтекст. И предчувствия меня не обманули. — Только есть одна проблема…

Мы дружно посмотрели на Уминского.

— Сэнда состоится уже сегодня. И если я не ошибаюсь, то через пару часов. Мы просто не успеваем добраться до академии.

Глава 57

Нам пришлось разделиться: Деяр со Жданом отправились в академию, а мы с Богданом — в феод. Ратори же отказалась участвовать в этом балагане. Учитывая, что она чуть не погибла из-за действий неизвестной ведьмы, взявшей ее имя как прикрытие, мы не смели настаивать. Тем не менее, она перед нашим уходом вручила мне змеевик-камень.

— Не знаю, что вас ждет в феоде, но чувствую, что это лишним не будет.

Поблагодарив старуху за помощь с болотниками и за магический камень, ночной кров и пищу, мы разлетелись в разные стороны.

И хоть весь наш путь через Болото вновь проходил в тревожном молчании, вызвано оно теперь было не нашими разногласиями, а переживанием за жизнь сокурсницы.

Но, несмотря на это, Богдан постоянно оборачивался ко мне, смотрел через плечо так… Я даже описать не могла чувств, которые испытывала. От мурашек по коже до дрожи в коленях. Меня даже не пугал риск свалиться с ножа, я просто таяла в своих мыслях, откидывая тот факт, что парень не мог ко мне даже прикоснуться. Он обещал помочь, и только это имело значение.

До феода добрались быстро. И сразу же оценили масштаб бедствия: земля возле маленького городка дыбилась, бугрилась, словно огромный крот изрыл твердь своими когтистыми лапами, выбираясь наружу. И ко всему прочему отсутствовал защитный барьер. О нем напоминала лишь выжженная полоса вокруг феода.

— Кто такие? — трое ацыгов преградили нам путь у главных ворот. Да уж, кто говорил, что нам будет просто попасть внутрь. Тут даже барьер не нужен был, достаточно хмурых взглядов жителей городка. Уставшие, с серыми лицами и красными от бессонных ночей глазами, они смотрели пристально, подозревая в нас врагов.

— Мы из академии Равновесия.

— И? — спросил самый высокий из троицы и сплюнул на землю. — Валите отсюда!

— Мы по важному делу! — напирал Богдан. — Не хотите пропускать, позовите Бартоша. Баро нас знает!

— Слышь, — другой ацыг, со шрамом на щеке пихнул высокого в бок. — У нас тут почти все с баро лично знакомы. Негоже на пороге таких знатных вельмож держать.

— И правда, — поддакнул третий, самый низкий и коренастый. — Раз важное дело. Раз Бартош их друг…

Троица переглянулась и громко рассмеялась.

— Пшли вон.

— Нет!

— Мы здесь ради Лалы Ваховской! — вступила я в разговор в надежде достучаться до мужчин. — Есть вероятность, что дочь баро не виновна! Пустите нас. Мы знаем, что сейчас над ней начнется суд!

— Уже час как идет, — буркнул высокий, но голос его потерял былую издевку. Теперь ацыг смотрел на нас внимательно.

— Да что ты их слушаешь!

— А коль правда? М? Они про Лалу говорят, а не про абы кого…

Казалось, что мы близки. Что сейчас до них дойдет, насколько серьезна ситуация. Но…

— Если дочь баро невиновна, то сэнда это выяснит, — мотнул головой коренастый. — Феод закрыт для чужаков.

— Да что же вы такие лободырные, — простонала я и попыталась пройти мимо мужиков в наглую. Не знаю, на что я надеялась, скорее всего, у меня просто сдали нервы.

Крепкие мужские руки перехватили мою талию, а потом и вовсе отпихнули назад. Да с такой силой, что я не удержалась на ногах и упала на землю, больно ударившись локтями.

— А вот это было лишним, — пророкотал Богдан. Я видела, как дернулась его рука в намерении мне помочь, но колдун вовремя себя одернул. — Мы ведь с благими намерениями, а вы…

Бачевский помотал головой.

— Вот и идите мимо со своими… — не успел договорить тот, кто со шрамом. Поток тумана сорвался с рук Богдана, опрокидывая мужчину на спину.

— Какого… — коренастого ждала та же участь.

И только высокий успел создать щит. Но там уже подоспела я: перепрыгнув через валявшихся охранников, пустила туман последнему под ноги.

— Бежим! — крикнула я Богдану, минуя ворота, и колдун, ловко двигаясь между тел, последовал за мной. В спину нам летел крик озлобленной троицы.

— Черт! Сейчас сюда сбегутся все ацыги.

— Нам нужно успеть любой ценой…

— Тогда беги к главному шатру.

Уточнять, откуда колдун знает, где происходит разбирательство, не стала. Все-таки он достаточно времени проводил с Лалой и она могла рассказать ему все про феод.

— Ты же не думаешь…

— Их надо отвлечь, Величка, — тон его не подразумевал отказа. — Прерви суд, прошу. Ты же знаешь, как для меня это важно!

От досады я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в кожу, но голоса гневного люда раздались совсем близко.

— Только не рискуй! — взмолилась я. — Бегай как заяц, но в