Опала - Джонатан Младший Смиит

— С твоего позволения.

Больше ничего не говоря, побежал в сторону парковки, на ходу вызванивая своего водителя.

Примечание автора:

* Для тех, кто по прошествии веков забыл. Мария Голицына — подруга Алисы, оскорбившая на приеме Магнуса. Вышел небольшой конфликтик. Острожский вызывал на дуэль Магнуса за сердце Алисы и благополучно ее продул.

Глава 17

Это опять произошло. Не знаю, почему я думал, что у меня в жизни может быть хоть что-то хорошо. Жил ли я в иллюзиях? Хотел ли я недостижимого? Или же я просто невезучий? Поместью рода несколько сотен лет. Оно постоянно реставрировалось, подстраивалось под современные тенденции. А теперь оно в руинах, и местами даже все еще что-то вспыхивает, лопается. Запах гари и запах трупов. Наверное, невозможно придумать более отвратительного сочетания, я, по крайней мере, такого не знаю. Но даже это меня волнует едва ли хоть сколько-то. Я просто опустошен. Устал. Не знаю, как вообще такое происходит. Я всю жизнь был один. В прошлым мои немногие друзья кто спился насмерть, кого убили в подворотне, а кто и вовсе опустился до хмурого. В общем, не стало их. Едва проснувшись, узнал, что я теперь аристократ дышащего на ладан рода, ну и в довесок что отец этого дела умер. Равно как и водитель, бывший этому телу единственным другом. Ранение Павла, смерть подчиненных. Это было неприятно, но я шел вперед, и у меня все получалось. Но это снова случилось. Мой род был полностью уничтожен. Надеяться на то, что мать с сестрой смогли куда-то убежать. — все, что мне остается. Но веры в это нет вовсе.

— Как же я вас всех подвел, Сергей.

Ответить он мне не мог. Его обезображенное тело валялось у моих ног. Сергей был слабее отца, а отец проиграл Озерскому. Только так, наверное, и могла кончиться их битва. Только вот мы надеялись напасть на него вдвоем и подавить. Не справившись с собой, я заплакал. Ведь знал же куда лез. Знал, что поторопился, убивая Степана, и все равно ведь рискнул. Хотел разом смести врага, и вот чем обернулись моя гордыня и поспешные решения.

"— Если кого и винить, так это меня. — Хика впервые нарушил тишину с того момента, как я доехал до дома. — Я настоял на убийстве Степана."

"— У меня была своя голова на плечах. Причем тут ты вообще?"

"— Я лучше осознавал последствия, лучше знал Озерских, лучше понимал этот мир. Это моя вина — и точка."

Честно говоря, плевать, чья вина. Сколько громких слов ни говори, а жизней, что были потеряны по моей вине, не вернешь. Я настолько жалок, что не могу встать и войти во все еще горящее поместье и посмотреть на тела сестры и матери. Как же я устал.

"— Я устал, Магнус."

Ломать дальше эту комедию было выше моих сил. Я не Магнус Вельяминов. Я Миша-сирота. И вообще ничего из этого я не желал. Мне все это всучили, поставили перед фактом, заставили. Я устал, черт возьми. Жить в напряжении, в страхе, переживать за тех, кто мне стал насильно близок. Это все не мое.

"— А как же Алиса? Неужели и это не было твоим? Не ты сам принимал решение?"

"— Не впутывай ее. Она и вправду мое личное решение. Но я больше не могу жить в этом теле, Магнус! Пожалуйста, освободи меня!"

Вообще я подозревал — с ранга так третьего точно он уже был на это способен. Я знал это и знал, что он тоже в курсе. Мы часто шутили, что можно было бы поменяться обратно, но после того, как я влюбился, он просто отступил. Дал мне шанс прожить новую жизнь. Он отдал мне свою жизнь буквально. Но я больше не могу так.

"— Забери, пожалуйста. И, если сможешь, отомсти."

"— Если такова твоя воля."

Голова закружилась, а картина в глазах словно становилось размытой и тусклой. Так вот как оно происходит. Надеюсь, это принесет мне покой.

Я наконец-то смог сбежать.

* * *

Михаил исчез. Наверное, я никогда не ощущал себя настолько опустошенным, потому что слишком привык к потоку чужих мыслей. То, за что я всегда его корил. Кто же знал, что мне это настолько было по душе. Без него я ощущаю себя неполноценным. Он не исчез полностью, просто духовно сдался. При желании и воле он вполне может вернуться. А может и просто выбрать суицид души. Я был на его месте и сам тянулся к метафорической петле. В любом случае разумнее всего будет его не трогать, хоть какое-то время. А пока есть дела поважнее.

— Привет, Павел. Не знал, что тебя выписали.

Попытка улыбнуться провалилась с треском. Я выглядел жалко. Или даже скорее отвратительно, стоя возле тела его отца и пытаясь с ним обращаться как обычно. Хотя технически это был первый раз, когда я реально с ним общался сам.

— Князь… — Павел был ошарашен. Не знаю, как он узнал. Когда он вышел из комы, он явно сбежал из больницы, учитывая его халат. — Что вообще произошло?

Крепится. Старается отвлечь себя. Старается не смотреть. Отрицает реальность как может.

Все-таки Сергей был столпом его жизни. Сильнейший в истории рода. Надежнее скалы, ветеран. Его было за что уважать. На него было слишком хорошо опираться. Даже мы с Михаилом были под влиянием этого человека. А теперь его не стало. Я могу понять, что он чувствует, ведь когда отец умер — я просто выбрал сбежать в существование без эмоций и ответственности. Свалил все на чужака. И вот к чему все привело.

— Можно сказать, что это результаты моего правления. Все это. Результаты моих решений и приказов. Я даже не буду в обиде, если ты захочешь меня убить за это.

— Зачем вы так говорите, князь! Идти за вами было нашим решением!

Молодой парень, выживший благодаря тому, что стал моим водителем, слегка встрепенулся на крик Павла. Он и слова не произнес, лишь ошарашенно осматривая место, которое на время приютило его. А ведь Александр с нами едва ли не с детства. Он немного меня старше, и я помню, как играл с ним. Очередная…

— Вы все просто очередная жертва в играх аристократов. Хотя я от вас несильно отличаюсь, — я старался выговорить это как можно более твердо. — Мне жаль, что так вышло, но с этого дня я распускаю службу безопасности рода.