Правила Игры - Алексей Леонидович Самылов

Как уже говорилось, верных профессионалов не купить. Нанять людей можно, но всегда будет тыкать вопрос о личной преданности. Постоянно нужно будет проверять, держать на контроле. Соответственно, по настоящему щепетильные и критично важные дела поручать придётся с оглядкой. И, скорее всего, прям очень важные не доверишь.

Сюда же пристёгиваем ту проблему с предохранителями. Хван На подходит на эту роль. Волевой человек, прошедший через грань. Такая не забоится высказаться. Плюс, разумеется, правильная настройка.

— Вы действительно… — Хван покосилась на Шина, сидящего у кровати. — Хотите, чтобы я работала с вами?

Наби и Да Сом сидели в креслах напротив кровати. Палата-то была практически ВИП. Отличалась от самой дорогой только размером.

— Иначе с чего бы я тут бегал? — хмыкнул парень. — Да, мне нужна именно ты. Та, которая прошла через всё это. Ту, которую люди с ограничениями будут принимать за свою.

— Но… — девушка нахмурилась. — Да, мы говорили…

— Скажу ещё раз, Хван, — ответил Шин. — Чтобы ты была железобетонно уверена. Посмотри на современную цивилизацию. Сравни с теми местами, где такого уровня, как у нас, нет. И ответь, в чём радикальная разница?

Парень посмотрел на девушку.

— А я тебе отвечу, — продолжил он. — Цивилизацию, какой мы её знаем, сделали такие люди, как ты.

По лицу На пробежало удивление.

— Альберт Эйнштейн, знаешь такого? Его матери сказали, что её сын — дебил. Скорее всего, Эйнштейн страдал формой аутизма. Если перейти к более древней истории, то как же так вышло, что гораздо более слабые Хомо Сапиенс смогли выжить, а неардертальцы вымерли?

Шин улыбнулся.

— Парадокс, — продолжил он. — Но все эти идеи насчёт генетической чистоты, убийства немощных, неполноценных — они, на самом деле, останавливают развитие. Зачем приручать лошадей, изобретать колесо, если сам можешь добежать? Нет нужды — нет и работы мысли. Понимаешь? Я не собираюсь заниматься отвлечённой благотворительностью, Хван. Мне нужны, реально нужны люди, которые, в связи с их ограничениями, будут подходить к вопросам нестандартно. При этом, найти с ними общий язык человеку, который не знает, не был в их шкуре, крайне сложно. А, значит, неэффективно. Банально, жалеть их будут. Но ты-то знаешь, что таким образом всё пойдёт по привычному и неправильному пути. Собственно, это основная причина, почему обычно ничего не получается.

Хван задумалась.

— Я поняла, — кивнула она с серьёзным лицом.

— Поняла или нет, — хмыкнул Шин. — Ты должна мне деньги. Так что, хочешь или не хочешь, но отработать их придётся.

— Конечно, — слегка улыбнулась девушка. — Я помню.

— Поэтому, ты должна максимально восстановить своё здоровье, потом им будет некогда заниматься, — добавил парень.

Стук в дверь. В палату заглянула медсестра Чи-ян.

— Господин Кён, — произнесла девушка. — Доктор Пак ожидает вас.

— Хорошо, — улыбнулся Шин.

И поднялся.

— У нас много дел, Хван, — сказал парень. — Людей мне жутко не хватает. Так что, как только ты окажешься в моём распоряжении, сон будет для тебя немыслимой роскошью. Поэтому, высыпайся впрок.

— Да, господин Кён, — девушка изобразила лёжа поклон…

* * *

Люди не идут за теми, у кого нет масштабной Идеи. Верные же люди — это в первую очередь идейные люди. В переводе, совершающие подвиг во имя чего-то нематериального. Если совсем упростить — фанатики.

Фокус в том, что Шину нужны не отбитые последователи, не задающие вопросов. Необходимы такие, которые лично уверены в правильности выбора и устремлений. Головой работают, а не в порыве на баррикады бегут. А это требует постоянных объяснений.

Сейчас Шин работал не только в отношении Хван На. Это слушали и Наби с Да Сом. Собственно, для этого они сюда и были взяты. Личные помощницы выступать предохранителем не могут, но в их отношении уверенность должна быть просто базальтовая. Наби и Да Сом, в принципе, не нужно уже убеждать в правильности выбора. Но даже они должны знать, понимать, чувствовать, что трудятся во славу чего-то большого и даже, не побоимся этого слова, великого.

Ну, а сам Шин тренировался. Пробовал озвучивать свою позицию, подход, методы вслух.

Самые простые идеи — это какая-то форма превосходства. По-простому: «они хуже, мы лучше». Причины при этом не объясняются, упор на очень древнем чувстве стайности. И ключевое слово тут: «чувство».

Работают такие идеи превосходно, но лишь до той поры, пока всё идёт хорошо. Как только приходят серьёзные испытания, столкновения с теми самими «ими», которые хуже, сразу же возникают вопросы. Чем именно мы лучше них? Если мы лучше, то почему проигрываем? И всё сыпется, потому Идея превосходства базируется на эмоциях. Толпы, стаи, общины, нации. Как известно, эмоции и разум — это противоположности. Простые же идеи предполагают вырубить разум. Ибо, как управлять-то?

Более сложные Идеи, которые требуют осознания, нуждаются в постоянной проработке, философском обосновании и, как следствие, наличии грамотных людей. Соответственно, глава движения тоже не может по дурочке пробежать. Придётся саморазвиваться, транслировать заданный путь лично. Собственно, поэтому Шин и не пошёл, например, дорогой духовного озарения. Ещё один простой путь, основанный на чувствах.

— Господин Кён!!! — в коридоре Шина опять едва не сбила та девчонка в белой шапочке в коляске.

Даже отбегать пришлось, точно бы задавила.

— Хи Гён, — усмехнулся парень. — Ты что, хочешь меня в ваше отделение направить?

— Ой, — смутилась девушка. — Простите. Я торопилась, вот и…

— Хи Гён, дел по горло, давай ближе к сути, — насмешливо произнёс Шин.

— Я хочу быть певицей! — вскинула голову Хи Гён. — Хочу учиться!

Шин вздохнул. Он протянул руку, щёлкнул по телефону в руке девушки.

— Ну, так учись, — произнёс Шин. — Кто тебе мешает? Или мне надо рассказать, как поиском пользоваться?

— Но…

— Хочешь особого отношения? — иронично спросил Кён. — Заслужи его. Покажи, какую пользу ты можешь принести. Зачем мне тебя двигать? Потому что ты на коляске? А почему тогда именно ты?

Шин склонился к девушке.

— А другой способ ты мне предложить не можешь, — негромко произнёс он на ухо. — Ты ещё несовершеннолетняя. Ну, или жди год, потом подходи, посмотрим.

Надо же подбодрить деваху. Хи Гён на это покраснела.

— Даже на коляске, тебе нужно будет играть, — продолжил Кён, распрямившись. — А Сон, Синхё, Джан Ди —