Традиции & Авангард. №3 (6) 2020 - Литературно-художественный журнал

Девушку, которая зашла сейчас в ресторан, зовут Нина. Она просто шла мимо. Увидела, что заведение еще открыто, – и вошла. Единственный посетитель смотрит на нее исподлобья, сидя на диванчике у стены.

Сонный бармен знает и Алекса, и Нину, но они друг друга не знают.

Он решает, что нужно их представить:

– Нина – это Алекс, Алекс – это Нина.

Хотя лицо Алекса кажется Нине знакомым, она ничего об этом ему не говорит. Просто присаживается напротив.

Они смотрят друг другу в глаза – долго и мучительно.

Нине ничего не остается, и она шепчет:

– Расскажи мне. Я хочу знать. Все хотят знать.

Алекс вздыхает, глотает минеральную воду.

– Все устроено так, – говорит он треснутым голосом, – колесо медленно крутится. Просто вертится. И существует тот, кто это видит, на это смотрит. Это и есть Бог. В этом его единственная функция – присматривать за вращением. Наблюдать души, что светят ему, словно звезды, с поверхности колеса. Все остальные боги и функции, которые им приписывают мировые религии и отдельные люди, – ложь и выдумка. Бог лишь тот, кто наблюдает за вращением колеса, которое никто не создавал, которое просто есть. Никакой конечной или промежуточной цели, никаких высших смыслов – ничего этого нет. Бог просто созерцает вечное вращение. Смерть физического существа для него – только маленький световой сполох, один из сотен миллионов. Смерть ничего не значит для Бога. Его взгляд на вращение колеса – вот что есть, что дано. Ни он сам, ни колесо, ни вращение – а именно взгляд запускает механизмы. И формирует все. Бог тот, кто смотрит, а процесс смотрения есть истина и последняя инстанция. Но стоит ему на секунду закрыть глаза… Ну вот. Теперь ты знаешь все.

Нина молчит. Знание истины не принесло ей никаких новых эмоций и чудесных озарений. Откровение навалилось легкой усталостью – только и всего.

Она закрывает глаза и пытается представить таинственное колесо… и то, как они бы могли жить вместе с этим симпатичным и умным мужчиной.

Она рисует в своем воображении, что он, может, политик, бизнесмен или знаменитый писатель. А она – его жена, любовница, подруга – кто угодно. Они живут, вгрызаясь в шоколадный торт бытия с каждым днем все глубже, – и нет им никаких преград…

И он… он пишет для нее рассказы. Или стихи? Нет, все же лучше рассказы. Стихи ведь для тех, кто еще не познал истину.

Алекс усмехается, смотрит на Нину снисходительно:

– Даже если все, что сейчас вертится в твоей милой головке, и может стать правдой, все равно тебе придется умереть. Это единственный неоспоримый факт. Все остальное – только фантазии.

Нина зевает. Ей хорошо. Тепло и уютно. Зевает и бармен у нее за спиной. Сегодня он точно не уйдет домой до утра.

Челюсть бармена стучит при зевке, и в голове Нины вдруг вспыхивают сотни воспоминаний из детства, юности и относительно недавнего времени. И когда она мысленно прощается с жизнью, потому что голову ее вот-вот разорвет, Алекс кладет ей на лоб свою ладонь со словами:

– Ничего, сейчас пройдет. В нашу историю мы возьмем и твои воспоминания. Когда он убьет тебя, они останутся со мной. Навсегда.

Анастасия Гундер

Анастасия Гундер родилась в 1988 году в Брянской области. Окончила филологический факультет в Орле. Пишет для детей. Автор книг «Вкус зимы» (Нигма, 2020), «Моя мама сломалась!» (Речь, 2020), «Подарок для Ба» (Нигма, 2020). Печаталась в журналах «Мурзилка», «Детское чтение для сердца и разума», «Чудеса и Приключения (детям)», «Партнер» (Германия), «Простокваша», «Фонтан», «Электронные пампасы» и других изданиях.

Финалист Международного конкурса на лучшее произведение для детей «Корнейчуковская премия». Многократная участница семинаров молодых писателей, пишущих для детей, участница Ежегодного семинара молодых писателей Союза писателей Москвы. Состоит в тайном ордене детских писателей «Мыхухоль». Живет в Сочи.

Как трудно перевоспитывать взрослых

Цикл рассказов

Откуда берутся достойные личности

Ученые все свои ученые головы сломали, чтоб узнать, откуда достойные личности берутся. А все потому, что все ученые – взрослые, и потому, что все они мужчины. Не нужно иметь ученую голову, чтобы понять, что все достойные личности появляются из маминого живота. Все, без исключения.

У каждой достойной личности есть свои предпосылки к появлению. Обычно такой предпосылкой является свадьба. А не обычно – кошка и бабушка. Мое появление связано с необычными предпосылками, потому что обычные на моих родителей не подействовали. Поженились мама с папой, вместо холодильника на подаренные деньги два велосипеда купили и в свадебное путешествие уехали. Катались они два месяца: все города русские объездили, все леса дремучие исходили, всех комаров местных накормили, только медведи магаданские голодными остались.

А потом путешествие закончилось, пошли мама с папой на работу – деньги на холодильник зарабатывать. Так заработались они, что и заметить не успели, как серьезными и деловыми людьми стали: холодильником трехкамерным обзавелись, машину отечественную купили. А про велосипеды и про путешествия мама с папой забыли, неприлично это – деловым людям на велосипедах разъезжать. Вот только ни от холодильника трехкамерного, ни от машины отечественной счастья у родителей не прибавилось. Поэтому мама отпросилась как-то с работы и отправилась счастье искать, во всех магазинах побывала, но подходящего товара нигде не было. Долго она бродила по улице, но возвращаться с пустыми руками не хотела. Села она на лавочку и заплакала. Поплакала мама часок, вытерла слезы и на помойку пошла, выбрала папе подарок и домой понесла.

Пришел папа с работы, а мама довольная сидит. «Иди, – говорит, – борщ ешь». Пошел папа борщ есть, а борщ странный какой-то, недоваренный, что ли: сидит в кастрюле и крышкой хлопает. Подошел папа к борщу, а он урчит как-то не по-борщиному, открыл папа крышку, а оттуда как выскочило, как выпрыгнуло на него чудо чудное, что мама с помойки принесла.

– Сюрприз! – сказала смеющаяся до слез мама. – Это Фрося. Она жила на помойке, а теперь будет жить с нами.

– Не люблю я сюрпризов! – ответил маме перепугавшийся до смерти папа. – Пусть эта Фрося и дальше на помойке живет. А если ты хочешь с ней жить, так уходи вместе с ней на помойку.

И папа принялся по кухне расхаживать, все руками своими длинными размахивал и ногами худыми топал, но на маму папины капризы не подействовали. Если мама