Ищу мужа после развода - Арина Вильде

"Приготовлю ему ужин," — мелькает мысль. Я даже улыбаюсь сама себе. Может, в этот раз мне удастся не сжечь кухню. Главное — постараться.

Захожу в первый попавшийся супермаркет. Пробегаюсь по полкам, хватаю всё, что, по моему мнению, должно быть в хорошем ужине: стейк, свежие овощи, картошка, соусы. Ещё бутылка красного вина. Почему бы и нет?

Дома раскладываю всё на столе, включаю ноутбук, нахожу видео рецепт. Решаюсь приготовить стейк с картофелем по-деревенски и салат Цезарь — достаточно просто, но эффектно. Главное, чтобы не сгорело.

Смотрю видео несколько раз, чтобы вбить себе в голову порядок действий, и начинаю чистить картошку. Духовка разогревается, мясо маринуется, я уже нарезаю салат, когда звонит дверной звонок.

Сердце подскакивает к горлу. Это, наверное, Демьян! Я оглядываю кухню, на ходу сдёргиваю фартук, подбегаю к зеркалу, чтобы проверить, как я выгляжу, и только потом несусь к двери.

Распахиваю её с глупой улыбкой на лице, но мгновенно замираю.

На пороге стоит не Демьян. На пороге стоит Олег.

Глава 36

Олег нагло протискивается в квартиру, толкая меня плечом, как будто это его собственное жильё. Захлопывает дверь за собой, и я мгновенно настораживаюсь. Он даже не потрудился снять пальто, просто стоит посреди моей гостиной, сжимая кулаки, а его глаза сверкают злобой.

— Что ты здесь делаешь? — вырывается у меня, и я автоматически делаю шаг назад, чтобы создать между нами хоть какое-то расстояние. — Откуда ты знаешь, где я живу?

Он усмехается, медленно оглядывая мою квартиру, как хищник, загнавший жертву в угол.

— Я знаю всё о своей жене, — бросает он холодно. — Думаешь, можно просто сбежать, сменить замки, и я забуду о твоём существовании?

Моё сердце стучит так, что, кажется, его слышно даже на улице. Я не отрываю от него взгляда, пытаюсь понять, что именно его так взбесило.

Он медленно тянется к внутреннему карману своего дорогого пальто, вытаскивает сложенный вчетверо лист бумаги и с яростью бросает его мне в лицо.

— Вот это что, Лена? — его голос глухой, угрожающий. — Ты думала, я не узнаю?

Я машинально ловлю бумагу, разворачиваю её, и кровь моментально приливает к лицу.

Это моё заявление о разводе. Чёрт.

Я с досадой сжимаю его в кулаке, взгляд мгновенно становится холодным. Вот ведь упрямый идиот. Говорила же Демьяну, что эти заявления — всё до одного места, что их просто «потеряют» или, как в этом случае, принесут ему на серебряном блюде.

— И что ты хочешь мне этим сказать? — бросаю я, чувствуя, как моё тело напрягается.

Олег делает шаг вперёд, нависает надо мной, его пальцы сжаты в кулаки.

— Я тебе этого не позволю, — шипит он. — Ты моя жена. Моё имущество. И я тебе не позволю меня позорить.

Я поджимаю губы, сжимаю заявление в кулаке. Олег смотрит на меня сверху вниз, будто я беспомощная девочка, которую можно запугать. Как же меня бесит это его высокомерие.

— Что такое, Олег? — бросаю я, приподнимая подбородок. — Узнал, что твоя Ритка не такая уж верная? Решил вернуть законную жену, чтобы спасти свою репутацию?

Его глаза мгновенно темнеют, челюсть сжимается так, что я почти слышу, как скрипят его зубы. Попала в цель? Он делает шаг вперёд, сокращая расстояние между нами, и я невольно отступаю назад, пока не упираюсь в стену.

— Я дал тебе время, чтобы ты успокоилась, — его голос глухой, угрожающий. — Дал тебе немного поиграть в самостоятельность, но ты, видимо, заигралась. Думаешь, я не знаю, что ты крутишь роман с этим... — он буквально выплёвывает последнее слово, — с этим спасателем?

Я резко вскидываю голову, мои глаза сверкают от ярости.

— Даже если так, то что? — бросаю я ему в лицо. — Ты действительно думаешь, что можешь запугать меня? Вернуть силой? Я никогда к тебе не вернусь, Олег. Смирись с этим.

Он скалится, как волк, готовый разорвать свою жертву. Его пальцы сжимаются в кулаки, он нависает надо мной, его дыхание обжигает мою кожу.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, — цедит он сквозь зубы, — твоему любовнику не поздоровится.

Моё сердце пропускает удар. В висках начинает стучать, руки дрожат от смеси страха и ярости. Я вскидываю голову, не отводя от него взгляда.

— Значит, это ты устроил ему проверку? — шиплю я. — Это всё твоих рук дело?

Он ухмыляется, и в его глазах я вижу какое-то болезненное удовлетворение.

— Это только начало, Лена, — говорит он. — Если ты не образумишься, я уничтожу его. И тебя тоже. Ты даже не представляешь, на что я способен.

Я выпрямляюсь, комкаю чертово заявление о разводе и бросаю ему в лицо. Бумага падает к его ногам, но он даже не смотрит на неё, продолжает сверлить меня взглядом.

— А ты не представляешь, на что способна я, — выплёвываю я. — И если ты думаешь, что я когда-нибудь снова вернусь к тебе, ты окончательно рехнулся. Ты самовлюбленный идиот, который совершенно не думает о чувствах других. Чертов эгоист и изменщик! Ритка тебе очень даже подходит. Оба гнилые до невозможности.

Наши взгляды встречаются, и в эту секунду я готова убить его. Смотрю ему прямо в глаза, чтобы он понял — я не боюсь. Больше никогда не буду его бояться.

Он застывает. Его глаза расширяются, лицо теряет привычное надменное выражение. Кажется, он не сразу понимает, что я только что сказала.

— Повтори, что ты сейчас сказала, — его голос срывается, словно он пытается убедить себя, что ослышался.

Я делаю шаг вперёд, словно сама себя толкаю к пропасти. Но я уже не могу остановиться. Мне нужно, чтобы он меня возненавидел. Чтобы вычеркнул из своей жизни раз и навсегда.

— Я беременна, Олег, — выдыхаю я, медленно, чётко, чтобы он не мог потом сказать, что не услышал. Вру и не краснею. — И это не твой ребёнок.

На его лице мелькает смесь недоверия, ярости и шока. Его руки начинают дрожать, пальцы сжимаются в кулаки так сильно, что побелели костяшки. Я почти вижу, как он борется с желанием ударить что-то. Или кого-то. Меня.

— Ты врёшь, — выдавливает он, делая шаг ко мне. Его глаза сверкают, как лезвия ножей. —