Тайга: андроиды - Алекс Миро

— Можно сказать и так, — Василий Павлович вывел на проектор изображение с экрана браслета.

Посреди стола Титова в воздухе повисла обглоданная, едва сохранившая человеческий облик проекция отделенной от тела головы.

— Вот дерьмо, — выдохнул Макаров. — Кого нам теперь допрашивать?

— А что у него с лицом? — поинтересовался Титов.

— Дикие животные, — Василий Павлович читал предварительный отчет эксперта. Ребята сейчас на месте. Наш патологоанатом уверяет, что голова пролежала на земле всю ночь. Лицо успели объесть как следует.

— Есть следы насилия? Почему голова отдельно? А туловище где? — засыпал его вопросами Макаров.

Василий Павлович оторвался от экрана браслета.

— Туловище нашли в километре от головы. Пока больше ничего не могу сказать.

— Пусть заберут на вскрытие, зону опечатают. Никого туда не пускать. Выставите охрану, — распорядился Титов.

Макаров напечатал распоряжение в своем браслете и отправил адресатам.

— Все? — спросил Титов разведчика.

— Не все, товарищ маршал, — произнес Василий Павлович.

Титов и Макаров насторожились. Серые холодные глаза разведчика блеснули огнем.

— Лейтенант Смирнов после катастрофы помогал с поиском останков разбившегося вертолета Зихао и разбором черных ящиков списанных вертолетов. Смирнов знал, что черные ящики были на всех бортах в день аварии, а мы сказали генералу Ли, что их не было.

— Вот тебе и мотив, — констатировал Макаров, заметно нервничая.

— Если он встречался с Ли, то мы крепко влипли, — добавил Титов.

Макаров представил, как генерал Ли, дабы убрать свидетеля, отрезает голову двадцатидвухлетнему мальчишке.

— Если я хоть что-то понимаю в людях, то Донг Ли не мог так жестоко расправиться с лейтенантом, — сказал он.

— Если я что-то понимаю в людях, так это то, что любой человек способен на что угодно, — пожал плечами Титов. — Но главный вопрос в том, за какую именно информацию Смирнов получил большие деньги.

Титов повернулся к начальнику разведки и взгляд его стал острым как кинжал.

— Это нам предстоит узнать, — сухо ответил Василий Павлович.

***

К вечеру результаты экспертизы были готовы.

Титов, Макаров и Лебедев стояли у секционного стола. Патологоанатом откинул простыню, и перед ними открылось мало привлекательное зрелище. Тело, отделенное от головы, все в порезах, укусах, кровоподтеках, кое-где им успели полакомиться лесные животные.

— Причина смерти? — спросил Лебедев, осматривая тело со всех сторон.

— Остановка сердца, — заключил патологоанатом.

Все трое замерли.

— Вы шутите? — нахмурился Титов.

— Вовсе нет, — серьезно ответил патологоанатом.

— На теле живого места нет. Не говоря уж о том, что у него отрезана голова, — удивленно выдохнул Макаров.

— Голова не отрезана, а отгрызена, — уточнил патологоанатом. — Смотрите.

Он показал на рваные куски плоти, свисающие по краям шеи.

— Это не нож, а обычные зубы. Я взял образцы слюны — животные, не более того. Голову отделили от тела уже после смерти, примерно в то же время, когда были нанесены другие рваные раны. Просто работа хищников.

— А синяки? Порезы? — спросил Лебедев.

— А вот это интересно. Судя по порезам на ступнях и теле, лейтенант бежал по тайге голый. Совершенно голый и босой. Отсюда синяки и ссадины. Бежал так быстро, что не раз падал, натыкался в темноте на пни и коряги. Эти повреждения он получил при жизни, но они не смертельны.

— Он что, разделся и бежал, пока не умер от разрыва сердца? — поразился Титов.

— Именно так. А остальную работу доделали хищники, — кивнул патологоанатом.

— Как такое вообще возможно? — Макаров почесал лоб.

— А в крови? — спросил Лебедев.

— Уровень адреналина фантастически высокий. Отсюда и остановка сердца. Оно не выдержало, будто Смирнов умер от страха. Но никаких особенных химических веществ, которые ему могли бы впрыснуть в кровь, вроде опиатов и галлюциногенов, мы не обнаружили.

— Он что, привидение там увидел? — спросил Макаров.

— И разделся перед ним, — съязвил Титов.

Антон Лебедев задумался.

— А где вы нашли его браслет? — спросил он.

— На новом лесоповале, в пяти километрах отсюда, — ответил Макаров.

— Пять километров к востоку? — поинтересовался Антон.

— Да, а что? — с подозрением спросил Макаров.

— Там священное место духов. Людям туда нельзя, — ответил Антон. — Если они рубили деревья, на которых висят ленты, то чему вы теперь удивляетесь?

Патологоанатом согласно кивнул.

— Да вы оба издеваетесь! — Макаров картинно схватился за голову.

— Возьмите себя в руки, какие духи! — строго сказал маршал. — Пойдем, Егор, пока мы с тобой не спятили.

Титов и Макаров вышли из анатомички.

— А вы откуда знаете, что человек может умереть от разрыва сердца, если на него разгневаются духи тайги? — спросил патологоанатом Антона.

Тот покачал головой.

— Я местный, как и вы. Я вырос в тайге и прожил здесь почти всю жизнь. Уж мне ли не знать.

Первый киборг

— Ну, наконец-то! — маршал смотрел на подопытного через бронированное стекло изолятора. — И как?

— Уровень интеллекта повышается с каждым часом, — радостно заключила Ингрид.

На стуле перед боксом изолятора сидел психолог. Уже третий час он проводил тесты, периодически его сменял коллега и все продолжалось без остановки. Только вчера прооперированный, пациент бодро и неутомимо отвечал на вопросы.

— Дайте ему планшет, — попросила Ингрид. — Пришло время математических задач.

— А стратегия? — спросил психолог.

— Стратегические задачи позже. Наши спецы как раз готовят новый пул заданий. По идее, когда уровень интеллекта достигнет высшей точки, подопытный должен решить их все в течение нескольких минут.

— Как машина? — спросил Титов.

— Да, как машина с нейронным интеллектом, — кивнула Ингрид.

Титов присмотрелся к подопытному. В глазах этого человека не было ни страха, ни растерянности, ни смущения. Казалось, происходящее совершенно его не удивляет.

Титов наклонился к Ингрид и тихо заговорил.

— Посмотри на него. Он сидит в стеклянной камере и отвечает на сложные вопросы как будто так и должно быть. Что думаешь?

— Я тоже это заметила. До твоего прихода мы спросили, знает ли он где находится и в каком эксперименте участвует.

— А он?

— Он проанализировал все известные ему факты, пришел к правильным выводам. Он осознает, что в результате хирургической операции оказался способен решать задачи и отвечать на вопросы, смысл которых он раньше не понял бы.

— Обычный человек на его месте перепугался бы до смерти, замкнулся в себе и задавал бы вопросы нам. А этот…

— Интересно, правда? Он ведет себя так, словно все идет по плану.

— Это хорошо. В трудной ситуации солдат не должен ничему удивляться, и тем более испытывать страх.

Ингрид кивнула.

— Сочетание человека и биосинтетика. Разве это не прекрасно? — спросила она.

— Я еще не осознал произошедшего, — признался Титов.

— Это потому, что ты просто человек. Был бы киборгом, как этот, — она кивнула в сторону подопытного, — все бы уже осознал, понял и осмыслил. Они будут