Тринадцатый VII - Виктор Молотов

— Почему кадеты на улице? — раздался крик мужчины, который первым вышел из бронированного автомобиля. — Где ваш сопровождающий?

Я присмотрелся. Очередной полковник. Видимо, он и руководит операцией по спасению.

— Отойдите от регата! Он может быть опасен! — громко велел мужчина и пошёл в нашу сторону.

Но его никто не слушал. Девушки как облепили Зубастика со всех сторон, так и не желали отходить.

— Кто-нибудь расскажет, что здесь произошло? — он обратился ко всем.

Но первой решила ответить Голицына:

— Алексей Алмазов спас нас от стаи регатов. Он придумал, как с помощью гибких куполов не дать регатам пробить броню. А потом с помощью своих связей вызвал на подмогу регата князя Воронцова.

Полковник вытаращил на меня глаза и уже спокойно спросил:

— Вы тот самый Алмазов?

— Не знаю, тот или нет, — добродушно ответил я и пожал плечами. — А о каком Алмазове идёт речь?

— О том, кто убил первого царя регатов. Кто первый приручил монстра. Парень из смоленского училища.

— Да, это я.

— Да о вас уже легенды среди видящих ходят! — полковник широко улыбнулся и протянул мне руку.

Я ответил крепким рукопожатием.

— Где ваш сопровождающий? Да и почему не видно охрану поезда? Они не пострадали? — полковник перешёл к насущным вопросам.

— Они в поезде. Не все решились выйти наружу.

— Понял. Ремонтная бригада уже в пути, и через пару часов сюда прибудет новый поезд, чтобы всех забрать. Конечно, не такой комфортабельный. Но в машины все не поместятся… Придётся подождать, и наш отряд обеспечит для всех должную охрану на это время.

— Спасибо! Рад, что решение уже нашлось.

— Алексей, сейчас я раздам указания, а потом хотел бы попросить вас о разговоре наедине. Понимаете, мы тесно общаемся с Иваном Васильевичем.

Полковник намекнул, что знает гораздо больше, чем может говорить.

— Конечно, как закончите, легко найдёте меня рядом с поездом.

Полковник кивнул и удалился. Он на ходу отдавал указания и кадетам, и магам. Такому человеку и рупор не нужен. Полковник и без него кричал так, что слышали от головы до конца состава перевёрнутого на бок поезда.

Толпа дам вокруг Зубастика лишь увеличивалась, и я решил спасти своего питомца, пока девушки его числом не задавили.

По моей команде он аккуратно приподнялся, а затем медленно расправил крылья. Девушки ахнули от восхищения.

— Советую отойти поближе, иначе заденет при взлёте, — громко сказал я.

И дамы послушались, освобождая Зубастику пространство для взлёта. Питомец взлетел, но не забыл покрасоваться и несколько минут парил над землёй, ловя на себе сплошь восхищённые взгляды.

Вот же хвастун!

Но в итоге все проводили его в небо. Там, напоследок, Зубастик загорелся своим коронным синим пламенем. А затем отправился догонять поезд Ивана Фёдоровича.

Внезапно золотая пластина в моих руках раскалилась. Настолько, что я выронил её из рук.

Она упала в снег, а руны на ней подвесились красным. А затем голову пронзил тяжёлый, знакомый голос, словно по макушке ударили молотком:

— Это сражение за тобой, Воронцов. Но тебе не выиграть в войне. Гарантирую, что в Москву ты вернёшься только в гробу.

Глава 15

Услышав очередную угрозу, я мысленно усмехнулся. Слишком много их сыпят на меня последнее время. Они уже не пугают, а вызывают лишь нездоровый смех.

Словно враги делают это от отчаяния, не в силах по-настоящему задеть меня. И хорошо, что перед поездкой я обеспечил безопасность для своей семьи. Наш родовой особняк теперь способен выдержать любую осаду. Да и в случае частых нападений родственники и друзья смогут распределиться по другим домам семьи Воронцовых.

— Ваше императорское величество, — в мыслях отвечал я, не скрывая иронии в титуле, — уж не думал, что я вам настолько неприятен, чтобы ради меня началась гражданская война.

— Много чести, Воронцов, — в голове раздался тяжёлый ответ. — Никто не свяжет твою смерть со мной.

— Тогда я укажу вас в завещании, — я снова усмехнулся. — В случае смерти Алексея Воронцова или кого-то из его семьи, всё наследство получит тот, кто сможет сильнее насолить императору. Хм, а можно даже конкурс на лучшую месть организовать!

Раз разговор в моей голове никто не услышит, можно хоть раз побыть откровенным со своим врагом.

— Ничего глупее не слышал.

— Это вам сейчас так кажется. А теперь идите на фиг из моей головы!

— Ты ещё ответишь за свою дерзость! Будешь молить меня о смерти. Никто не смеет вставать на моём пути.

— К пути по разрушения мира? Хах, отличная цель. А ты ещё сам о смерти не мечтаешь спустя столько веков? — спросил я, откинув напрочь уважительное обращение.

— Это уже не твоё дело. Скоро моя власть станет настолько велика, что ваши княжеские рода не будут достойны даже мне пятки целовать.

— Не надо со мной делиться своими пошлыми фантазиями, — усмехнулся я.

Ответом стало невнятное хмыканье. Связь с артефактом оборвалась, и в голове снова наступила тишина.

Так-то лучше. Терпеть не могу, когда в мысли лезут без моего разрешения!

Жаль, что антимагического чехла нет, чтобы безопасно перевезти пластину. В противном случае император всегда будет знать, где она находится. Да и разговаривать с ним снова нет ни малейшего желания.

— Лёх, ты чего завис? — спросил Кутузов и похлопал меня по плечу.

— Задумался, — ответил я и кивнул на золотую пластину.

— Да он неё пар исходит. Мощно нагрелась.

— Ага, и как её теперь с собой таскать ума не приложу.

— Можем завернуть в простыню, — усмехнулся Илья.

— Тогда ты за ней и сходи, — я ответил дружелюбной улыбкой. — А может, найдёшь там что получше. Подсказка. У этого «что-то» есть лямки для плеч.

— Вот так всегда! Не зря говорят, что инициатива наказуема! — Илья изобразил печальный вздох и отправился к поезду.

С Макара начал пример брать, что ли?

Бросив взгляд на поезд, заметил, как Виталик помогает выбраться Дине. Лазаревы сперва осмотрелись, увидели меня, а потом уже спустились.

Дина понеслась ко мне. Но не успела добежать десяти метров, как задела ногой корягу.

Я быстро среагировал и подхватил девушку. За это время стоящий рядом Костя успел лишь вытянуть руки.

Я поставил девушку на землю. Она отряхнулась, а затем протянула мне