Последний Паладин. Том 9 - Роман Саваровский

— Тц, — невесело усмехнулся я и убрал ногу, позволяя культисту вдохнуть в последний раз, — попробуй регенерируй это, крепыш, — добавил я, и на взмахе в моей руке появился «Коготь Пустоты» и отсек горе мышц его изувеченную башку, которую я незамедлительно пнул в окно как футбольный мяч.

Тело культиста пару раз дернулось в посмертных конвульсиях, и он, наконец, сдох.

Только после этого я выдохнул. Тело потряхивало. Кулаки были сбиты до костей. Я был весь в крови. Своей в том числе. Тело постанывало от перегрузки, трети зубов не хватало на своих местах, а треснутых костей стало больше, чем здоровых.

Ублюдок заставил меня выложиться на полную и это был всего один культист четвертого порядка, судя по серебряной звезде.

— М-да, тут эти звезданутые гораздо сильнее, не удивительно, что не выходят, — сорвал я с кучи кровавого мяса серебряную бляшку, после чего перевел взгляд наверх, — ну хоть лестницу искать не придется, — добавил я и прыгнул сначала на кучу бетонных обломков, а потом залез в дыру в потолке.

Я шел по покрывающемуся вслед за мной черной паутиной коридору. Энергия Тьмы лилась по мне бешеным потоком. Мантия развевалась и оставляла за мной перламутровый шлейф. Под ногами чернели прожигающие пространство следы.

Тьма была в ярости. Я чувствовал это.

Проклятая энергия звезданутых рождена из смешивания того, что создано матерью Стихий быть отдельным. Играя в «бога», они навлекли на себя ярость той, кого лучше никогда и никому не злить, ведь…

Тьма не умеет прощать.

Раны затягивались на мне. Аура Тьмы растекалась от меня и вгрызалась во все проклятые частицы на своем пути. Все подпространство визжало, стонало и кричало от боли, от одного моего присутствия.

Я же невозмутимо шел прямо по коридору, пока не наткнулся на двустворчатую белую дверь с золотой окантовкой. Подсаженный мной в нашу последнюю встречу с Князем Света жучок вел меня именно сюда.

Я остановился перед дверью, окинул взглядом свой внешний вид. Да, не очень-то презентабельно для аудиенции с Князем. Стряхнув кровавые ошметки, какие мог, я поправил остатки рубашки и сделал шаг вперед.

— Тук-тук, — постучал я в надежде, что мне подыграют для шутки, но никто мне не ответил.

Никакого чувства юмора.

Вздохнув, я пожал плечами и дернул дверь на себя, и она поддалась.

Внутри меня встретила просторная комната. Сквозь многочисленные окна сюда пробивался мягкий, теплый свет. У стены мерно потрескивал белый камин. А в центре комнаты располагалась странной формы шахматная доска. По ее центру гордо стоял черный конь, в окружении десятков разнообразных белых фигур, которые занимали собой все оставшиеся клетки.

А под столом с доской лежали еще сотни белых шахматных фигур. Часть из них была опрокинута, а часть стояла гордо, ожидая своей очереди оказаться на доске.

И среди всего этого выделялась одна фигура. Но уже не шахматная, а человеческая.

Ей была высокая девушка в изысканном бело-золотом платье. Дорогой макияж, ярко-красные губы и золотистые локоны, водопадом спадающие вниз. Маргариту я не видел со дня сорванной коронации Фон Грэйва.

Не было даже информации, пережила ли старшая дочь Князя Света обрушение Тронного зала, но, как я вижу, пережила. Правда, от ее настоящей осталась лишь внешняя оболочка.

Стихийный ответ практически нулевой, плечи осунулись и дрожат, а от высокомерного властолюбивого взгляда осталась лишь пустота.

— Где твой отец? — спросил я, убедившись, что в комнате больше никого нет.

Маргарита мне ничего не ответила, и только сейчас я заметил в ее дрожащих руках белую фигурку ладьи, выполненную в форме красивой женщины. И вся эта фигура была, словно кукла вуду, насквозь истыкана бело-золотыми спицами, а на ее голове красовалась, выполненная в форме шляпки, красная кнопка.

— Ты не обязана это делать, мне нужен только Князь, — поняв, что происходит, произнес я успокаивающим голосом и медленно поднял руки.

— Ошибаешься… — мотнула головой девушка и попятилась назад, — ты убил хранителя второго слоя…, а значит… я… ОБЯЗАНА!!! — истерически завопила дочь Князя Света.

И все, что я успел, это увидеть сверкнувшие безумием пустые глаза и наманикюренный пальчик, вдавливающий кнопку.

Глава 19

Бомбануло знатно.

Вот была комната с шахматной доской по центру, а спустя мгновение не осталось ни доски, ни комнаты, ни всего этажа.

Все исчезло в бело-золотой вспышке смерти. Стерлось в белое небытие, оставив после себя лишь безжизненные обломки.

От всего этажа частично уцелел лишь пол, который провалился, с грохотом погребая под собой два нижних этажа целиком.

Вместо стен руины. Вместо потолка раскинувшееся над высоткой мутно-серое небо.

По мощи до пустотной бомбы Октавии этот взрыв не дотягивал, однако по астральному и теневому планам он бил даже сильнее. Первое выжгло все астральные следы присутствия на километры вокруг, а удар по миру Тени обеспечивал многосоставной артефакт, который был использован как катализатор.

А в качестве стабилизатора и активатора служила сама Маргарита. Вернее, ее порабощенная воля. Красная кнопка являлась лишь ее внешним воплощением, а не детонатором. Как только я вошел в комнату, процесс уже был необратим.

Князь Света предполагал, что я приду и подготовился.

Неплохо подготовился, стоит признать. Сам догадался или звезданутые дружки подсказали, но такая ловушка могла и Паладина Тени завалить.

Астрал подпространства создал вакуум и отрезал от реального мира, а взрыв, который по своей сути был разливом энергии чистого Света, заполнил этот вакуум, обращая в ничто все живое.

Мир Света только звучит красиво. На деле же это ничто. Буквально ничто. Там нет ни материи, ни жизни. Лишь первородный Свет и безграничная белая пустота. Нахождение там, это вечное падение и поиск опоры под ногами, которой нет. И вопреки расхожему мнению, на самом деле истинный Свет внутри холодный и пустой, как и весь Мир Света.

И естественная тяга Мира Света к теплому и живому — это основа боевых «обжигающих» техник и всего Аспекта целительства светлых, которые существовали в моем мире. А естественная тяга пустого Мира Света к обретению контроля над материей, которой он сам не обладает, это основа ментального контроля, который так хорошо умудрились развить светлые в этом времени.

Так или иначе, если у Князя Света и его звезданутых покровителей и были сомнения насчет того, являюсь я теневиком или нет, то теперь никаких сомнений у них точно не осталось.