Коллекционер 2 - Андрей Коткин

даже, видя подобную бесхозяйственность, хотела снять с меня, в буквальном смысле, последнюю рубашку и сделать из нее обычный крестьянский узел для переноски. Угу! Только посмотрев критически на обрывки моей одежки, она в отчаянии лишь рукой махнула. Авиакатастрофа, горы, а в довершение ко всему ползание по очень узким и протяженным системам вентиляции ромейского линкора явно не пошли моей одежде на пользу. Хорошо еще будет, если такого колоритного оборванца, как я, вообще пустят присесть на попутную телегу.

— А может, все же снимем отсюда все ценное и зароем где-нибудь поблизости? — Предприняла Мухина последнюю попытку нажиться, глядя со стороны на покидаемый нами воздушный корабль.

— Ни в коем случае, — отозвался я со всем своим пылом. — Если хотим остаться в живых, мы не только не должны сюда возвращаться, чтобы не попасть в возможную засаду, но даже своим родным и близким ни в коем случае не должны рассказывать ни о встреченных нами химерах, ни о нахождении на линкоре, ни даже об этом вот малом летуне нами оттуда угнанном.

Я еще поскрипывал извилинами, пытаясь обосновать необходимость подобного заговора молчания, не раскрывая реальной ценности Йорика, когда меня неожиданно снова поддержала Маринка.

— Ну, это-то понятно. У нас, в семье, до сих пор рассказывают ужасы, с какой жестокостью люди Великого князя зачистили всех целителей, кто хотя бы шапочно был знаком с наследником князя Боровского. А тут, вроде бы, еще и свиток с лечением от упыриного проклятия имеется в наличии. Да нам за одно это снимут головы, не задумываясь.

И «заговор молчания» был нами принят единогласно.

— Кажется, наши все же остановили тот прорыв врага, — высказал я свое суждение, стоя в компании своих спутниц на обочине пыльного земляного тракта.

— Почему ты так решил? — Усомнилась Дианка. На нее вообще периодически нападал эдакий бес противоречия, и она начинала очень активно критиковать все мои суждения, связанные с военными событиями.

— Так вы просто взгляните на дорогу. Много вы видите едущих и идущих по ней беженцев? Раз нет беженцев, значит, прорыв локализовали, и местные жители пока предпочитают оставаться в своих домах, а не пытаться сохранить свои жизни, бросив все нажитое.

И, тем не менее, возница на той дороге все же отыскался. Крепкий, чернобородый мужчина в самотканой рубахе с вышитым красными узорами воротом ехал на дребезжащей всеми четырьмя колесами телеге, запряженной парой лошадей буланой масти.…Вроде бы именно так называются лошади песочно-бежевого окраса с темными хвостами и гривами?

— Ну… садитесь, если вам тоже в Малиново нужно, — с заметной долей неуверенности отозвался этот водитель кобылы в ответ на нашу просьбу нас подвезти.

Наверное, он и вообще бы отказал, все же вид, после всех наших злоключений, у нас не очень представительный, но только блестящий серебряный рублевик с ликом великого князя, предложенный ему в оплату поездки, возобладал. Ага, как же все-таки замечательно вышло, что в системный внепространственный кошелек, оказалось, не одни только исключительно денарии можно засовывать. Наверняка, в противном случае, в процессе своих перемещений по вражескому кораблю, я всю свою наличку бы давно растерял.

Вот так, сидя на трясучей телеге, мы и доехали до местного центра цивилизации. Относительного, конечно, но лавка с одеждой тут отыскалась. А более-менее прилично переодевшись, мы уже и на билеты в проходящем через эту деревню дилижансе смогли претендовать вполне уверенно.

Показатели системных характеристик Ивана Жукова на момент окончания 14-й главы:

Класс: Маг жизни

Сила 16(+1)

Ловкость 21(+1)

Выносливость 21(+1)

Разум 32(+1)

Дух 15(+1)

Мана 150

Дополнительные характеристики:

Гибкость 5

Харизма 4

Живучесть 8

Меткость 1

Право на посещение системного магазина 3.

Глава 15

Казалось бы, только недавно мы покинули наше Карачево, буквально всего лишь только несколько дней прошло. Отчего ж тогда этот город воспринимается нами, словно покинутый уже целую вечность назад?

— Не могу поверить, вон Борис со Степкой в футбол играют! — Удивленно проговорила Маринка, указывая на наших одноклассников пальчиком. — Словно тут и нет никакой войны!

— Да, и мне тоже они сущими детьми воспринимаются, — поддакнула подруге Дианка.

Вообще-то это, мне кажется, преимущественно женское качество, объявлять окружающих детьми, чтобы самой на их фоне возвыситься в своих собственных глазах, но, признаюсь, в этот раз я был с Маринкой и Дианкой полностью солидарен. Участие в боевых действиях и нахождение буквально на одной грани со смертью что-то очень сильно меняет в человеческих мозгах.

— Значит, завтра, с утра, жду тебя, Марина, у себя дома, — сказал на прощание нашей целительнице перед тем, как она легконогой серной поспешила к дверям своего дома. И не подумайте никаких пошлостей. Я, в самом деле, надеялся за предстоящие до нашей встречи часы окончательно разобраться хотя бы с начальным подготовительным заклинанием, чтобы дать себе как можно больше времени на изучение уж очень сложного основного заклинания, способного нивелировать попавшее в организм Маринки очень пакостное проклятие превращения живого человека в упыря.

После Маринки проводил до КПП военного городка Дианку. На прощание она как-то очень задумчиво прикоснулась двумя пальцами к моим губам и произнесла:

— Не подумай, Жуков, что я позабыла о своем обещании в твой адрес. Мой поцелуй ты явно заслужил.

Хотел уже было что-то пошутить на эту тему, но сдержался. Уж слишком многозначительно прозвучало данное заявление.

А потом я возвратился к себе домой. Дом, милый дом! Только оказавшись на самом его пороге, внезапно смог ощутить, что все перенесенные опасности уже точно позади, и впереди меня ждет самое обычное времяпровождение гимназиста выпускного класса. Ну… почти обычное, проблема с Маринкой ведь сама собой не рассосется.

— Иван Тимофеевич, вы вернулись! — Встретила меня громким возгласом наша служанка Полина. И тут же хлопнула дверь в Анютину комнату, и моя сестренка, вихрем пробежав по полутемному коридору, кинулась мне на шею.

— Телячьи нежности, — проворчал я, вспомнив фразу из старого детского фильма, но вдруг ощутил, что ресницы на моих глазах сами собой увлажняются.

— Пусть телячьи, главное, что ты вернулся, братик. Живой! — Проговорила Анюта и тут же очень непосредственно поинтересовалась: — а что ты с собой привез?

— Ничего. Я же на побережье отдыхал, там как-то не до магазинов было.

— Отдыхал он! А мы с мамой каждый вечер о тебе говорили, переживали….

От потока эмоций, выплеснутых на меня переволновавшейся за меня сестрой, я смог освободиться только минут через