Церковь, пасторы и «стукачи» - Герман Гартфельд

— Какие гости! Вот это сюрприз! Игорь, Маргарита! Олег… Галя?

— Дети, ко мне в гости приехали моя сестра и друзья! Мы продолжим с вами в другой раз-Ученики попрощались, и она пригласила всех сесть.

Нина Николаевна заметно осунулась, но все же тепло и радость так и светились в ее глазах. Как и принято по русской традиции, она сразу же начала накрывать на стол.

О себе она рассказывала мало, однако со слов хозяйки мы узнали, что в Аску заключенных посылают на строительные работы, и ей удалось установить контакт с некоторыми верующими. Но оказание им помощи было делом небезопасным.

— Я слышала, что недавно где–то здесь на химическом предприятии был взрыв, — сказала Маргарита.

— На химическом предприятии? — переспросила «профессорша». — Нет, это случилось на обогатительном. Какой–то подземный бункер… Так никто толком и не знает, что там было… Во всяком случае, что–то взлетело в воздух. Оставшихся в живых рабочих арестовали, но вскоре отпустили, взяв подписку о неразглашении тайны.

Сестры взглянули на брата, но он, если даже и знал что–то, предпочел промолчать.

— Когда ты приедешь к нам в гости в Целиноград? — наконец, спросил он.

— За меня нужно замолвить словечко в соответствующих учреждениях… — заметила «профессорша».

Брат перебил ее:

— Ты впервые говоришь мне об этом.

— Я не говорила тебе об этом по одной причине, Игорь. Я не хочу, чтобы ты обжегся на этом, держись лучше в стороне от моих проблем. Твоя работа для тебя такое же призвание, как и моя для меня. Я прекрасно себя здесь чувствую, хотя больших высот в своей карьере мне не достичь.

Маргарита обняла ее:

— Бедная наша сестренка! Кто бы мог подумать, что тебя постигнет такая участь!

— Я вполне довольна! Сейчас я даже пишу научную работу, тема пусть останется пока тайной.

Игорь засиял.

— Наша «профессорша» неугомонна, как всегда! Скажи лучше, как твое здоровье? Ты ходишь на химиотерапию?

«Химиотерапия? Рак?» — Олег испугался. Нина Николаевна кивнула головой и быстро сменила тему.

— Как дела в вашей церкви, Олег? Вы можете говорить без опасений, — сказала она, посмотрев на Игоря. — Ему можно доверять.

Последние слова она сказала с особой подчеркнутостью.

— Я так и не стала членом вашей церкви, но мне все же интересно, что у вас там происходит. Здесь, в Аску, я посещаю библейскую и молитвенную группу, ходить на богослужения я не могу.

Олег в общих чертах рассказал о событиях в церкви, произошедших с тех пор, как она исчезла из города. Нина Николаевна слушала с большим вниманием. Игорь тоже не пропускал ни слова.

После обеда они решили совершить прогулку по улицам Аску.

— Эту теплоэлектростанцию построили заключенные, — рассказывала Нина Николаевна. — А вон там видите бараки? Это исправительно–трудовая колония. Среди заключенных есть и верующие. Заключенных заставляют очень тяжело работать…

— Везде нужно тяжко работать, — прервал ее Игорь. — Сегодня мы должны еще добраться домой, так как завтра рано утром мне нужно быть на совещании, а послезавтра я уже буду в Джезказгане…

Все, конечно, поняли, что речь шла о ракетной стартовой площадке на Байконуре.

На обратном пути Нина Николаевна попросила своих брата и сестру пойти немного вперед. О чем она говорила с пастором и его женой, мне Олег не рассказал. Но я думаю, что там, в Аску, он рассказывал ей о Христе: РАСПЯТОМ И ВОСКРЕСШЕМ.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Между тем подходил к концу не только горбачевский период, но время коммунистической диктатуры. Теперь христианские общины и в целом христианское движение получило больше свободы.

Олег все еще являлся пастором в нашем городе. Почти все немцы из его общины переехали на родину своих предков, так же, как и многие члены нашей нерегистрирующейся церкви. Мой друг и его жена все же решили остаться.

— Бог призвал меня к служению на этом месте, — говорил Олег, — когда он приехал в гости к нам в Германию. — У Господа в этой стране для нас много работы.

Олег стал соучредителем миссионерского общества, занимающегося проведением в различных регионах страны евангелизационных собраний, а также проповедовать вместе с другими братьями тем, кто в узах. Часто с церковным хором Сименс посещает исправительно–трудовой лагерь, в котором в свое время содержались и верующие его общины. Некоторые охранники, помня иные времена, извинялись за жестокое обращение с христианами.

Нина Николаевна Новикова вернулась в свой родной город, но вскоре умерла от рака. Игорь, преждевременно вышедший в отставку, и его жена также обратились ко Христу. Сыновья и дочери Маргариты Ляшко вместе с церковной молодежью принимают активное участие в миссионерских служениях. Их пути часто соприкасаются с евангельской деятельностью земляков, уехавших в Германию, ведь многие представители нашего молодого поколения на Западе возвращаются на свою родину, чтобы донести Благую Весть Евангелия до самых отдаленных уголков бывшего Советского Союза, в которых еще нет церквей.

Мы молимся о том, чтобы Бог благословил всех служителей, о которых повествовалось в этой книге.