Арабская ночь. Табу на любовь - Амира Ангелос

— Хм, интересно, как? Может, ты тайный Санта? — фыркаю, не удержавшись от колкости.

— Возможно, — он даже не моргает. — Так что ты будешь на завтрак? Я делаю заказ.

— В другой раз, правда. Мне надо к себе. Но если хочешь, можем успеть выпить кофе, — пытаюсь сохранить лицо.

Он зевает, ерошит волосы и набирает что-то в телефоне. Потом отбрасывает его в сторону, сгребает меня в объятия. Я растворяюсь в чувственном неспешном поцелуе. Все мысли вылетают из головы. Забываю о гордости, о работе…

Оторваться друг от друга нас заставляет стук в дверь. Не знаю, сколько прошло времени. Десять минут? Полчаса? Горничная в униформе вкатывает в комнату тележку, сервированную роскошным завтраком.

Это больше похоже на настоящий пир.

На белоснежной скатерти — золотые приборы, керамическая посуда в восточном стиле, хромированный кофейник.

Из раскрытых крышек поднимается ароматный пар. Я такого завтрака в жизни не видела. Пол отеля можно накормить! Или, по крайней мере, весь персонал — точно.

Идеальный сливочный скрэмбл с зеленым луком и травами, хрустящие ломтики бекона, блинчики с кремом и свежей клубникой, греческий йогурт с медом и орехами,

ассорти свежих фруктов. Графин с апельсиновым фрешем. Две чашки кофе с бархатистой пенкой.

— Ты не пожелала сказать что хочешь на завтрак. Пришлось угадывать.

Юсуф отодвигает стул, жестом приглашает сесть.

— Ты сумасшедший, — шепчу ошеломленно. — Кто ты все-таки такой? — вырывается невольный вопрос.

— Я твой любовник. Этого достаточно? — издевается. Легко притягивает меня к себе, касаясь губами моей щеки.

Снова ток по коже. Из горла вырывается мурлыкающий звук — нечто среднее между стоном и выдохом удовольствия. Никогда раньше не издавала ничего подобного.

— Я расскажу тебе что угодно, отвечу на все вопросы, если будешь хорошей девочкой, — шепчет Юсуф мне в ухо. Голос глубокий и обволакивающий, как бархат.

— Что ты имеешь в виду? — сердце уже выбивает бешеный ритм.

— Я имею в виду, что ты должна быть послушной. Если я говорю, что ты сегодня не работаешь — значит, так и есть. Зачем тебе работа, Слава? Я найду, чем занять тебя. Найду, чем тебя развлечь.

— Например? Ты хочешь, чтобы я стала твоей игрушкой? Любовницей?

Он улыбается. Этот взгляд — чуть насмешливый, теплый, уверенный, сводит меня с ума.

— На данный момент, я просто хочу тебя поцеловать. Очень хочу.

Я почти тону в его объятиях, когда вдруг из глубины комнаты раздается звонок. Знакомая мелодия моего телефона.

Я растерянно оглядываюсь, и только теперь понимаю: моей сумки не было со мной с вечера.

Я оставила ее на мероприятии. Так откуда она здесь?

Юсуф нехотя отпускает меня, выскальзываю из его рук.

Беру телефон.

— Славик, дорогая, привет! — голос Марины.

— Привет. Меня уже ищут? — спрашиваю, с замиранием сердца.

— Нет, наоборот. Я просто звоню сказать, что у тебя сегодня выходной. Не спрашивай. Меня попросили настойчиво передать.

— Кто попросил?

— Обсудим завтра, хорошо?

Связь обрывается. Я, все еще с телефоном в руке, медленно поворачиваюсь к Юсуфу.

Он смотрит на меня спокойно, почти с невинным видом, и… разводит руками.

— Санта Клаус, — делает гримасу.

— Ты начинаешь меня бесить.

— Я просто хочу, чтобы ты отдохнула, — говорит, подходя ближе. — Тебе не нужно убегать от меня. Я знаю, как ты устала. Ты можешь расслабиться. Я не притронусь к тебе сегодня. Обещаю. Просто полежим в постели, посмотрим кино.

Мне нечего ответить. Я ведь и сама не хочу уходить от него. Так сильно не хочу, что мне страшно.

Глава 32

Я действительно сплю весь день. Просыпаюсь ближе к вечеру, мы что-то едим, смотрим боевик на огромной плазме, а потом я снова засыпаю рядом с Юсуфом, в его рубашке, под его дыхание. Он не обманул. Ни одного лишнего движения. Только легкое касание пальцев к моим волосам.

Но под утро…

Просыпаюсь в полумраке. Слабый рассвет еще только намечается за окнами.

Юсуф не спит. Он смотрит на меня изучающе. Задумчиво. Как будто я — редкое явление, которое он боится спугнуть.

Сама тянусь к нему. Его губы находят мои. Медленно, чувственно. Он целует меня как впервые.

Мы почти не говорим. Все происходит без спешки.

Его прикосновения то неуверенные, то полны жадной страсти.

Он входит, и я задыхаюсь от охватившего чувства близости.

Плавно. Медленно. Без жестких толчков.

Мы любим друг друга проникновенно.

И в этой пронзительной близости рождается что-то новое. Во что я утратила веру.

Нежность.

Юсуф смотрит в мои глаза, двигаясь внутри меня. Его пальцы переплетаются с моими.

Оргазм в этот раз не буря, не волна, скорее — уход на глубину.

Как будто я исчезаю полностью, до последней мысли.

Я не знаю, что будет дальше.

Но в этот момент, прижавшись к его груди, слушая ровный ритм его сердца, просто знаю, что я счастлива.

* * *

Медленно выныриваю из теплого, густого сна. Комнату заливает мягкий утренний свет, в воздухе еще витает аромат сандала, впитавшийся в простыни, в подушки, в мою кожу.

Но Юсуфа рядом нет. Меня сразу охватывает странное, тягучее чувство пустоты.

Встаю с постели и едва не спотыкаюсь о бумажный пакет. Он не один, их штук пятнадцать. Стильные логотипы. Внутри — женская одежда. Белье, платья. Очень удобные белые мокасины. Все с бирками. Боже мой, даже о носках он подумал — в одном из самых маленьких пакетов — целая упаковка.

А еще — записка.

Моя рука дрожит, когда я ее разворачиваю.

'Мне нужно уехать ненадолго.

Помнишь, я должен тебе платье?

Пожалуйста, это все тебе. Выбери, что нравится. Очень надеюсь, что хотя бы с одной вещью я тебе угодил'

Сажусь на край кровати, держу эту записку, и глупо улыбаюсь. А потом сердце сжимается от мысли — что если это прощальные подарки и он не вернется?

Я ни в чем не уверена.

Развязываю ленточки, прикасаюсь к ткани.

Шелк, лен, тонкий хлопок. Простые, но дорогие фасоны. Платья, несколько блузок, юбки, нижнее белье. Все очень женственное.

Юсуф, кто ты, черт возьми⁈

Среди всего