Дикий соблазн - Тата Кит

— Ну, вы где там? — сын нетерпеливо звал из зала, где уже пели мультики вместо сериала родителей.

Разумеется, дети показали следы от ремня. Родители после увиденного выглядели так, словно были в предынфарктном состоянии.

А мне было стыдно. Так стыдно, что я не могла смотреть им в глаза.

Понятно, что случившееся — не моих рук дело. Но внутри меня было четкое понимание того, что хоть и косвенно, но я тоже в этом виновата.

После мультиков, ужина и купания дети довольно быстро уснули.

Мы с родителями сидели на кухне. Мама пила успокоительное. Папа храбрился, утверждал, что никаким «компотом» его не успокоить, но периодически отпивал из маминого стакана.

— А знаешь, когда от него бежать нужно было? — спросила вдруг мама, когда я думала, что могу идти в свою комнату к детям.

— Когда? — вздохнула, всё же поинтересовавшись.

Мне не хотелось признаваться даже самой себе, что тревожных звоночков, на самом деле было много, но я их игнорировала, объясняя временными шероховатостями быта или нашим новым статусом родителей.

— Я на днях смотрела передачу, — начала мама. — Там говорили, что все эти абьюзеры умеют долго прятать истинную натуру. И прячут её до тех пор, пока не поймут, что их жертва полностью от них зависима, слушается и в подчинении.

— Это ты к чему? — нахмурился папа.

— Это я к тому, что я смотрела и понимала, что это очень похоже на Диму. Сам вспомни, отец, сколько у нашей Лены раньше было друзей. Мальчики в основном Какая она активная была, веселая. Велосипеды, скейтборды, да даже мотоциклы. А потом появился Дима, и нашу дочка стала вообще другая. Увлечения изменились, она и с нами стала меньше общаться с появлением этого Димочки. И бежать от него нужно было сразу после рождения Алисы. Как сейчас помню, как он, смеясь, будто в шутку, сказал, что теперь ты с двумя детьми точно никуда от него не денешься. Мы ещё тогда посмеялись, как дураки, а, оказывается, нужно было бить тревогу.

— И рожу Диме, — ворчливо добавил папа. — Что он ещё натворил? Рассказывай, Лен. Теперь всё рассказывай. Этот индивид, считай, и не жилец уже.

— Достаточно того, что я вам уже рассказала. Осталось только пережить процедуру развода и делёжки имущества…

— Изменял? — перебила мама прямым вопросом.

— Мам!

— Что?! — невинно развела руками. — Он поднял руку на детей и жену! Измена, в его случае, вообще дело пустяковое, наверное…

Я посмотрела на родителей и опустила взгляд в кружку с уже давно остывшим чаем.

— Всё понятно! — выдохнул папа и вышел из — за стола.

— Ты куда? — крикнула ему мама вдогонку с тревогой в голосе.

— На балкон. Покурю. И где мои таблетки от давления?

— На полке в комнате.

Мы ещё долго говорили с мамой за кухонным столом. Казалось, она всё никак не могла поверить в то, что всё произошедшее — не выдумка и не глупая шутка. Словно всё это могло произойти с кем угодно, но только не с её дочкой.

— А Ваня — это кто такой? — спросила она, когда я уже встала, чтобы уйти в комнату.

— Ваня? — признаю, прикинулась дурочкой.

— Дети про него говорили. Он вас спас, накормил… что-то типа того.

— Просто хороший знакомый, — ответила я обтекаемо и отошла к раковине, чтобы помыть за собой кружку.

— Хороший? — с улыбкой в голосе вопросила мама. — А что это ты сразу застеснялась, когда я о нём заговорила?

— Я?! Мам, ему двадцать три года. Он совсем ещё молодой. Просто… просто хорошо воспитанный парень, которому не повезло стать свидетелем случившегося.

— А! Ну, тогда ладно, — мама быстро потеряла интерес. — Я думала, там мужчина какой-нибудь взрослый, серьёзный, состоятельный. Ну, если просто молодой парень, то ладно.

— Что «ладно»? — мне стало любопытно и вместе с тем обидно, что мама так сразу махнула на Ваню рукой.

— Ты ж сама сказала, что он ещё совсем молодой. Тебе бы надежного взрослого мужчину встретить, который возьмёт ответственность не только за тебя, но ещё и за твоих двоих детей. Хотя… — мама снова махнула рукой. Похоже, всё было безнадёжно. — Сейчас и взрослый мужчина боится взять ответственность за кого-то. Ни говоря уже о женщине с двумя детьми. Ладно, доча. Мы и без всех этих мужиков не пропадём.

После непростого разговора мы, наконец, разошлись по комнатам. Я проверила детей, поправила одеяло, на своих отрицателей любых одеял и, приняв душ, легла рядом с ними с краю.

Долго смотрела в темноту, прокручивая в мыслях последние события и думая, что делать дальше. Как не пропасть? Как не потерять себя? И, главное, как дать детям уверенность в завтрашнем дне?

Понятно, что на каждом этапе мне с радостью готовы помочь родители, но было невыносимо стыдно принимать их помощь.

Они когда-то уже прошли через все сложности. Сами. Без чьей-либо помощи и выстояли.

А я, тётка тридцати четырёх лет, прибежала к ним, едва жизнь пошла кувырком.

Получается, к своим годам я до сих пор ничего из себя не представляю без помощи родителей. Не способна справиться с кризисом самостоятельно и вынуждаю уже немолодых родителей вновь волноваться за меня и переживать.

Даже на старости лет им нет никакого покоя.

Удручающие мысли всё никак не давали спать.

Иногда думала о Ване. О том, что перед ним мне тоже стыдно.

Чем больше думала, тем глубже хотелось зарыться головой в песок.

А затем, когда на часах уже было за полночь, телефон издал короткую вибрацию.

Взяла его с тумбочки и, щурясь от яркого после темноты света экрана, прочитала короткое СМС:

«Спишь?» — интересовался Ваня.

Глава 28. Ваня

Сразу после того, как отвёз Лену с детьми к её родителям, я не смог успокоиться.

Приехал к дому, у которого один гондон сегодня посмел ударить Лену и напугать детей.

У меня была для него добавка.

Добавка отборных пиздюлей.

К сожалению, при плачущих напуганных детях и самой Лене я недостаточно набил ему рожу. Предпочел убрать детей как можно дальше от этого гондона в надежде, что поквитаюсь с ним позже.

Точно знаю, что сломаю руку. Может, даже две. Сломанная челюсть идёт бонусом.

Я прождал его пару часов.

Думал о Лене, о её прикольных киндерах и о том, что с ними имел счастье жить та падаль и, видимо, настолько был счастлив, что слетел с катушек.

Его я, к сожалению, так и не дождался.

Вернулся домой, где