Английские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

Тут он ударил ее по правому глазу, и она сразу перестала его видеть.

Но что хуже всего — с этого часа она окривела на правый глаз, да так и осталась кривой до самой своей смерти.

Три умные головы

Жили когда-то на свете фермер с женой, и была у них одна-единственная дочь. За ней ухаживал некий джентльмен. Каждый вечер он приходил к ним в гости и оставался ужинать, а дочку посылали в погреб за пивом. Вот как-то раз спустилась она в погреб и принялась цедить пиво в кувшин, а сама возьми да и взгляни на потолок. И что же она увидела — в балку топор воткнут. Он там, наверное, давным-давно торчал, да она его раньше почему-то не замечала. И вот принялась она думать да раздумывать:

«Не к добру здесь топор торчит! Вот поженимся мы, и будет у нас сынок, и вырастет он большой, и спустится в погреб за пивом, как я сейчас, а топор вдруг свалится ему на голову и убьет его. Горе-то какое будет!»

Поставила девушка на пол свечу и кувшин, села на скамью и принялась плакать.

А наверху уже думают: что случилось, почему она так долго цедит пиво? Вот мать спустилась в погреб, поглядеть, что с дочкой сталось; видит — сидит дочка на скамье и плачет, а пиво уж потекло по полу.

— О чем ты? — спрашивает мать.

— Ах матушка! — говорит дочка. — Только посмотри на этот страшный топор! Вот поженимся мы, и будет у нас сынок, и вырастет он большой и спустится в погреб за пивом, а топор вдруг свалится ему на голову и убьет его. Горе-то какое будет!

— Ах господи, и правда, горе великое! — говорит мать; уселась рядом с дочкой и тоже в слезы ударилась.

Немного погодя и отец встревожился: чего это, думает, они не возвращаются? Отправился в погреб посмотреть, куда его жена с дочкой девались, спустился и видит — сидят обе и плачут в три ручья, а пиво по полу течет.

— С чего это вы? — спрашивает.

— Да ты только посмотри на этот страшный топор, — говорит мать. — Ну как наша дочка выйдет замуж, и родится у нее сынок, и вырастет он большой и спустится в погреб за пивом, а топор вдруг свалится ему на голову и убьет его. Вот горе-то будет!

— Боже ты мой! И правда, горе, — говорит отец; уселся рядом с женщинами и тоже слезами залился.

Но вот и джентльмену надоело сидеть одному в кухне, и он тоже спустился в погреб посмотреть, что случилось. Видит: сидят все трое рядышком, плачут-разливаются, а пиво из крана течет, по всему полу растекается.

Бросился он к крану, закрыл его и спрашивает:

— Что случилось? Почему вы тут сидите все трое и плачете? Или не видите, — пиво у вас по всему полу растеклось?

— Ох! — говорит отец. — Да вы только посмотрите на этот страшный топор! Что, если вы с нашей дочкой поженитесь, и будет у вас сынок, и вырастет он большой, и спустится в погреб за пивом, а топор вдруг свалится ему на голову и убьет его!

И все трое принялись плакать пуще прежнего. А джентльмен расхохотался, подошел, выдернул топор и говорит:

— Немало я ездил по свету, но таких умных голов ни разу не встречал! Теперь я опять отправлюсь путешествовать, и если встречу трех таких, что еще глупее вас, вернусь и женюсь на вашей дочери.

И он пожелал им всего хорошего и отправился бродить по свету, а все трое заплакали еще горше — ведь дочка-то жениха потеряла.

Ну, тронулся он в путь и бродил долго. Вот как-то раз подходит к одному домику и видит: приставлена к стене лестница, а хозяйка заставляет корову лезть по ней на крышу — крыша-то вся травой заросла, вот хозяйка и надумала там корову свою пасти. А бедная скотина упирается, не хочет на крышу лезть.

— Ты что делаешь? — спрашивает джентльмен хозяйку.

Она ему отвечает:

— Глядите, какая на крыше трава-то густая! Вот и гоню туда корову — пускай пасется. А упасть она не упадет — я ей петлю на шею накину, веревку в трубу спущу да конец себе на руку намотаю. Будет корова с крыши валиться, я сразу почувствую.

— Дура ты, дура! — сказал джентльмен. — Да ты скосила бы траву и бросила б ее корове!

Но хозяйка думала, что легче корову наверх загнать, чем траву вниз сбросить. Чего она только не делала — и толкала корову, и уговаривала; наконец втащила-таки ее на крышу. Накинула ей на шею петлю, спустила веревку в трубу, а конец ее на руку себе намотала.

Джентльмен поглядел-поглядел, да и пошел своей дорогой. Но не успел он отойти, как оглянулся и видит — корова с крыши свалилась и повисла на веревке, а хозяйку в трубу втянула. Корова в петле задохнулась, а хозяйка в трубе застряла и вся в саже вымазалась.

Выходит, одну дуру набитую он уже встретил!

Пошел он дальше и все шел и шел, пока не дошел до придорожной гостиницы, где и надумал переночевать. Но в гостинице было полным-полно, и ему дали комнату на двоих. На вторую кровать лег другой путник: он был славный малый, и они быстро подружились. А утром стали они одеваться, и вот джентльмен видит: подошел его сосед к комоду, повесил на ручки ящика свои штаны, а сам как разбежится и — прыг! — да мимо, не попал ногами в штаны. Опять разбежался, опять мимо прыгнул. И так раз за разом. А джентльмен глядит на него, дивится и гадает: что это он затеял? Наконец, парень остановился и стал лицо платком вытирать.

— О господи! — говорит. — Беда мне с этими штанами — до чего неудобная одежда! Ума не приложу, и кто их только выдумал! Каждое утро добрый час проходит, пока в них попадешь. Прямо упарился! Ну, а как вы со своими управляетесь?

Джентльмен покатился со смеху. Посмеялся вволю, потом показал парню, как надо штаны надевать. Тот долго благодарил его и уверял, что сам он никогда бы до этого не додумался.

Тоже был дурак набитый!

А джентльмен снова отправился в путь. Подошел к деревне, а за деревней был пруд, и у пруда собралась толпа народу. Все шарили