Князь/Грязь - Грильяж

Однако почему-то моё колечко всё ещё привлекало взгляд недоучилки.

Глава 19

Перед сном я слил луны на оживление мух в раме окна, что стояло в туалете общежития.

К некоторому удивлению, это сработало. Ранее я проводил эксперимент с высохшим червяком по дороге сюда, но не прокатило. Непонятно. Наверно есть ограничения и надо бы их выяснить.

Ранее небольшие мухи в паутине так же не сумели стать зомби, луны на них не потратились.

А ведь мне нужны объекты для оживления.

Не оживлять же мне полуголого мужика по имени Бил каждый раз.

Но каюсь, в день приезда мной был воплощён и его дух, что привело к курьёзу. Пока я от него отвернулся к окну с мухами, а затем скрылся в кабинке, капитан Скоморохов увидел стопку выцветших газет, схватил и начал читать.

В этот момент сюда зашла уборщица. Она намочила тряпку, нацепила её на швабру и гаркнула:

— А ну, ноги поднял. Ишь расселся и макулатуру листает, кокорина (коряга — на альме) стоеросовая! К детям что пришёл, пропуск есть? — продолжила женщина. Фантом вздохнул, почесал шпагу и саморазвоплотился. Уборщица уронила швабру, — ох, свят-свят!

Я же продолжил смотреть в окно.

Почему-то у меня она ничего не спросила.

Ах да, она же в обморок сползла по стене, судя по отражению, в которое я наблюдал сценку.

— Вроде бы, не ударилась, красавица, — пробормотал жезл.

— Красавица? — уточнил я.

— А ты не видишь? Лет тридцать, белокожая, русоволосая и со светло-карими глазами. Красавица.

Я повернулся и осмотрел жертву Била.

На небольшом удостоверении на нагрудном кармане была её фотография и подпись: «Моника Лёвина».

— Женщина, Вы в порядке? — похлопал я её по щекам.

Реакции не последовало.

— Вот же, — пробормотал я и стремительно двинулся в медпункт, благо его видел на первом этаже. — Бил, следующим жертвам сам будишь оказывать первую помощь.

— А что я? Я ничего, просто газетку читал. Меня попросили не мешать, я и исчез. Тем более пропуска у меня нет, — проворчала крылатая металлическая палка.

— Ладно. Но у тебя кроме огня есть другая магия? — решил уточнить я.

— Исцеление по пути святости, но при жизни его я ни разу не сумел применить.

— А такое может быть? Так, огонь Планета и Спутник исцеления?

— Да, может. Я не выполнил каких-то условий, а стихия пробудилась при получении Планеты огоньком без помощи алхимиков. В этом как раз минус дикого пробуждения. Иногда выпадает нечто сильное, но сложно реализуемое, если верить моему отцу, — заявил жезл.

— А кто твой отец? — уточнил я.

— Роман Скоморохов, глава графского рода алхимиков, а так же ректор Сергского Университета Магии, — гордо заявил призрак.

— Он жив? — решил уточнить я.

— Нет. Он был теоретиком, достигшим всего лишь Созвездия. Так что мёртв. Об этом было в газетах. Да и титул приобрёл только после моей смерти.

— Соболезную.

— Не стоит. Зато мои дети от всех трёх жён и семи любовниц распространяют мою кровь по земле. Ва-ха-ха! — бахвалясь, захохотал одержимый артефакт.

Хм, мрак. То-то он всего лишь на Планете. Как уделить время саморазвитию, когда только обрюхатил с десяток женщин.

Надо зарубить себе на носу, что таким быть нельзя.

По крайней мере, пока не смогу гарантировать безопасность себе и будущей семье.

— Ты что молчишь? Я тебе натурально намекаю, что хотелось бы узнать их судьбу, — неожиданно продолжил Бил.

— В смысле? Как ты себе это представляешь? — заинтересовался я.

— Быстро заканчивай академию. Потом универ, а дальше в канцелярию! — уверенно заявил фантом.

— Хм, быстро не выйдет. Насколько я понял из мультиков, нужно обладать Планетой для выпуска только из академии, про университет я и молчу.

— Ха, да нет же. Ты же сам сегодня видел пример иного.

— Ты про Яну Михайловну?

— Да. И она далеко не единственная.

— Так она же с Созвездием. То есть за счёт практической магии выпустилась. Да, она что-то там ещё протараторила, но суть всё же в силе, — неуверенно сказал я.

— Сила это хорошо. Но за два года она не прошла бы обязаловку. А это исключительно теория. Пусть я не сумел такое провернуть, ибо туп, но вот мои братья и сёстры по воле отца сумели к пятнадцати закончить университет.

— То есть товарищ Рёрикович всё равно быстрее?

— Ну, да. У неё-то есть комп. А вот моим зубрилкам пришлось от руки выводить академку и университетский диплом. Отец требовал написать начисто каждый раз, когда они совершали помарки. «Негоже Скомороховым показывать грязные труды». Пфф, его гордость — такая глупость.

— Так, можно к сути?

— Хорошо. Ты просто должен запросить аттестацию и тему выпускной работы на базе своей стихии или каких-то магических закономерностей общего характера или собственного дара. Из универа можно выйти на Спутнике за счёт теоретических знаний. А я уже в курсе, что ты на удивление ботаничен, — капитан Скоморохов оскорбил меня до глубины извилин.

— Я что идиот? Я не буду ускорять своё обучение, пока не получу всю информацию, что можно. Да и, вроде бы, академию хорошо охраняют, — проворчал я.

— Известное дело, в московской академии учится Мила Аистова.

— Блин, точно. Одна из дочерей… о, а вот и медпункт, — проворчал я и дёрнул ручку.

Закрыто.

Я скосил взгляд в сторону.

Часы работы: круглосуточно.

Дежурный целитель: Моника Робертовна Лёвина.

Чё?

Что-то не сходится.

Я повернул голову, чтобы вернуться в туалет, но неожиданно нашёл ответ.

Стэнд «Работники месяца»:

…

…

М. Лёвина — дежурный целитель.

…

…

М. Лёвина — мастер чистоты

…

Похоже, жертва Била (то есть и моя) подменяла родственницу. Судя по возрасту, маму или тётю.

Я кое-как добрался до пятого этажа, что-то сегодня много бегал, зашёл в уборную и никого там не обнаружил.

Видать очухалась без посторонней помощи.

Ну, или старшеклассники утащили куда-то, тогда плохо. Надо проверить.

Жаль, что Бил не может далеко улететь от жезла. Примерно в двенадцати метрах он начинает испытывать ветер в сторону жезла, а в двадцати его начинает куда-то уносить. Хотя Леший анонсировал и того меньше, так что всё ещё хорошо.

Фантом может помочь с поисками в не такой уж большой сфере.

— Капитан, посмотрите на других этажах, я пока тут постою, — произнёс я, а спустя мгновение фигура со шпагой утекла в пол.

Я же продолжил наблюдать за мухами-зомби, чтобы не уводить артефакт.