Притчи приемного покоя 2 - Андрей Левонович Шляхов

В отделении кардиологической реанимации пятьдесят второй клинической больницы, которое выполняет роль приемного покоя для пациентов со свежими инфарктами, вам могут рассказать историю о несчастном пациенте-докторе, который в день перевода в отделение попытался покончить с собой при помощи веревки, украденной из комнаты сестры-хозяйки. Заперся в туалете для сотрудников, смастерил петлю, но тут у дежурной медсестры Бурчаковой, опрометчиво полакомившейся по дороге на работу чебуреками из киоска, забурчало в животе настолько сильно, что она рывком своей могучей руки сорвала шпингалет и вломилась в «кабинет задумчивости» спустя секунду после того, как самоубийца спрыгнул с унитаза. От неожиданности с Бурчаковой случился конфуз, но что такое конфуз по сравнению со спасенной жизнью?

– Это его жена довела, своей чрезмерной заботой, – объясняют сотрудники отделения. – По два раза в день передачи носила, которые у нее принимали, как у своей, записки передавала, звонила по десять раз на дню… Короче говоря – задушила мужика любовью, вот он и полез в петлю!

Наивные люди! Они не понимают, что душит не избыток, а недостаток любви и, в особенности – ее абсолютное отсутствие.

* * *

Мораль сей притчи воплощена в первой строке эпиграфа: «Не бойся сказок. Бойся лжи». Ну и в сказки во взрослом возрасте тоже верить не следует, особенно если дело касается денег. Где вы видели, чтобы в рамках годового депозита на пятьсот тысяч нарастало сто двадцать тысяч процентов? А если кому-то что-то неясно, то можно вернуться к тому, с чего была начата эта притча – «Куре птицей не летать, врачу больных не е…ть». Пациентки – они такие коварные…

Как-то так. И никак иначе.

Притча тринадцатая

Тринадцатая притча традиционно отсутствует, поскольку в приемных покоях число тринадцать категорически не любят.

Притча четырнадцатая

Куба далека, Куба – рядом

«Дальняя даль никому не помешала,

Мы собрались со всего земного шара.

Мы собрались за чертою океана,

Здесь, на твоей молодой земле, Гавана!

Небо надо мной, небо надо мной – как сомбреро, как сомбреро!

Берег золотой, берег золотой – Варадеро, Варадеро!

Куба далека, Куба далека, Куба – рядом, Куба рядом!

Это говорим, это говорим – мы!»

Лев Иванович Ошанин, «Это говорим мы»

На тридцатилетие старший брат Алексей, владелец компании «Парышников медиа», подарил Ярославу двухнедельную поездку на Кубу в стиле «все включено». Ярослав предпочел бы получить двести пятьдесят косарей в конверте или переводом, потому что эта сумма позволила бы ему обновить автомобиль по хотелкам, а не по возможностям, но дареному коню, как известно, в зубы не смотрят – пришлось изображать бурный восторг и рассыпаться в благодарностях.

– От сердца отрываю, – сказал брат. – Сам бы полетел вкусить райской жизни да горячей кубинской любви, но дела не пускают.

«А, может, оно и к лучшему, – подумал Ярослав. – У нас – морозы, а там – плюс двадцать пять… Море-окиян, пальмы, ром, сигары, девушки темпераментные… Не жизнь, а сплошная ламбада… Сам бы сроду не собрался…».

В целом, поездка понравилась, тем более что и авиарейс был прямой, что по нашим временам – великое удобство. Две недели Ярослав провел в раю, расширил кругозор и отдохнул на три года вперед, спасибо брателле. Не порадовали только местные дамы, чересчур алчные, не всегда ухоженные и сильно угнетавшие своим тропическим темпераментом. Нет, темперамент – дело хорошее, но всего должно быть в меру. Профессиональная жрица любви (а с другими Ярослав дела не имел) должна подстраивать свой темперамент под нужды и чаяния клиента. У клиента должно оставаться впечатление, что он о-го-го какой мужик, титан и Казанова, короче говоря – удовлетворение должно быть не только телесным, но и моральным. А с кубинками никакого морально удовлетворения не было, некоторые так вообще не стеснялись спрашивать: «Is that all?».[25] У многих дам понятие ухоженности выражалось в обилии косметики на физиономии и агрессивном маникюре, а всему прочему они практически не уделяли внимания. Что же касается выколачивания из клиентов дополнительных бонусов, то по этой части кубинки были невероятно изобретательны, а изобретательней всех оказалась одна бикса из Варадеро, содравшая с Ярослава десятку за использование купленного им презерватива. Во всем мире дороже стоит секс без защиты, а этой, видите ли, презерватив наносит моральную травму – она чувствует себя проституткой… А кто ты есть, если в баре к мужикам клеишься и сразу цену объявляешь? Но ничего – в дареном туре можно и собственными деньгами немного посорить, зато впечатлений куча, будет о чем приятелям рассказать и тому же Лешке.

В последний предотлетный день Ярославу подвернулась особо примечательная девушка – классная, деликатная и в совершенстве владеющая русским языком, который она изучала на факультете иностранных языков Гаванского университета. И дома у нее царила стерильная чистота, никакого сравнения с другими кубинскими домами, в которых приходилось бывать Ярославу (водить девиц в свой гостиничный номер он избегал, боялся, что обворуют или создадут какие-нибудь осложнения).

По закону вселенской гармонии заключительному впечатлению и положено быть наилучшим, но это оказалось еще и самым прикольным, поскольку Изабель (так звали девушку) выбрала весьма необычный способ для стрясания бонуса – предложила погадать.

– У нас в роду все женщины – гадалки, – сказала она с таким гонором, будто речь шла не о гадалках, а о графинях. – И не какие-нибудь, а настоящие. Знаешь африканское государство Бенин? Мои корни – оттуда!

За бумажку с портретом Александра Гамильтона Ярослав получил настоящее шоу. Изабель притащила откуда-то из глубин квартиры круглую раскрашенную доску, свечи, мешочек с ракушками и банку с кофейными зернами. При мерцающем пламени свечей на доску сначала бросались ракушки, а затем – кофейные зерна. Действо сопровождалось произнесением заклинаний, которые вызвали у Ярослава сильный прилив желания, так что вместо десяти баксов чаровница получила все шестьдесят – десятку за гадание и полтинник за новый сеанс любви. Справедливости ради нужно отметить, что гадала она совсем не так хорошо, как любилась – наплела от балды разной чуши:

– В этой поездке ты встретишь женщину, которая изменит твою жизнь…

Не иначе, как на себя намекала. Ага – щас