Граф Снегов - Дмитрий Пйма

— А-а-а-а-а!!! — доходит до того, что чуть ли не вырываю волосы. Падаю на землю и бьюсь в агонии. Дар пульсирует словно угасающее Солнце перед взрывом, мана бурлит как кипящая вода. Боль невыносима и я теряю сознание. Единственное, что успеваю увидеть, это морду Мари перед моим лицом и поднимающегося на ноги росомаху. Чёрт возьми!

Когда прихожу в сознание, обнаруживаю себя по пояс в реке в подвешенном состоянии. А вот это странно. Я вроде бы упал на землю….

— Р-р-р-р. — доносится сзади и я замираю, а затем понимаю как я оказался в таком состоянии. Меня держит за воротник росомаха! Уже хотел использовать ману, как голова сразу же отдаёт болью. С-сука…неужели меня сожрут вот так вот?

— Р-р-р-ра. — росомаха вновь рычит, но мне показалось или уже с другой интонацией? Ау? Росомаха? Ты меня понимаешь?

Тишина. Что и требовалось доказать. Я просто уже схожу с ума. Нервный смешок выходит из моего рта и меня отпускают за воротник. Я плюхаюсь в воду и погружаюсь полностью.

— М-м-м..! — я пытаюсь всплыть, но ничего не получаеться. Я не умею плавать! Помогите! Как только касаюсь ногами дна, оттолкнувшись от него, пытаюсь всплыть. Только всплываю на воздух, сразу же начинаю дышать и пытаться грести к берегу.

Твою мать! Меня скинул с оврага росомаха! Мать его за ногу! Прибью гада! Только выхожу на берег и падаю на землю активно дыша. Правильно говорят, жизнь утопающегося, в руках самого утопающегося. Руку помощи никто не подаст, если только не ты сам себе сразу не поможешь своими ручками. На Бога надейся, а к берегу плыви, да? Уйму таких фраз могу перечислить, и все говорят только о том, что пока ты сам себя не спасешь, тебя никто не спасёт.

Сажусь и провожу ладонями по лицу чтобы избавиться от оставшейся воды. Боже мой, почему я всегда во что-нибудь так вляпаюсь? Какая же у меня отвратительная удача. Она у меня минусовое значение наверное имеет. Больше это никак не объяснить.

Вижу краем глаза росомаху. Сидит на возвышенности и смотрит на меня выжидающими глазами. Стоп. А где Мари?

— Ты что, тварь, Марию съел?! — вскакиваю на землю и через боль активирую дар. В руках проносится холодок и в воздухе появляется игла, которую я уже хотел отправить, как вдруг замечаю на другом берегу мою знакомую пантеру с огромным зайцем в зубах.

— Не понял. — развеиваю иглу и смотрю с Мари и зверя на возвышенности. — Что за нахер? Я что, с ума уже схожу?

Хвастаюсь за голову от подступившей боли и сажусь на землю. Блять, что со мной происходит?! Слышу низкий рык Мари, и рев росомахи, после чего боль отходит.

Я ложусь на землю и смотрю на небо. Что за чертовщина здесь происходит? Почему жизнь здесь настолько сложна? Из глаз брызгнули слезы отчаяния. Почему я переродился?!

Лицо лизнула подошедшая Мари. Чувствую запах крови из её рта и теперь на своём лице. Отворачиваюсь от неё в другую сторону.

— Отстань. — бурчу я ей.

Слышу как она мурчит и толкает меня своей головой. Я не реагирую. Потом ещё раз толкает и видя ноль реакции, ударила своей лапой!

Я сажусь на землю и зашипел от боли в боку.

— Больно же! — говорю ей и та лишь поворачивается и садиться ко мне спиной. Обиделась что-ли…?

Слышу как рычит росомаха и в его интонации слышу смех. Тут то мои нервы сдались.

— Сука! Смеёшься надо мной!? Я тебе сейчас покажу как смеяться! — встаю и бегу к нему, а тот лишь прыгает на другой конец берега и повернув голову, вновь гогочет.

Мразотсво! И одежда мокрая! Если сейчас в таком виде пойду домой, мне точно влетит по первое число! Показыв кулак росомахе, поворачиваюсь и иду собирать ветки и сухие дрова для костра.

Собираю ветки в кучу и выпустив ману, делаю искру. Как только ветки начинает дымится, дую чтобы загорелись получше и добавляю уже ветки покрупнее. Костёр горит, костёр дымится, поэтому снимаю с себя всю одежду и развешиваю на импровезировные сушилки собранные из длинных палок над костром.

Слышу звук падения чего-то за спиной. Оборачиваюсь и вижу того самого зайца, которого она принесла минутами ранее.

— И что ты хочешь этим сказать? — спрашиваю Мари, а сам бью себя ладонью по лбу. Докатился, со зверьми теперь разговариваю.

Она садиться и смотрит сначало на меня, а затем на огонь и снова на меня. Я точно начинаю сходить с ума…

Создаю нож из льда и начинаю снимать с зайца шкуру, а затем уже вытаскиваю из него внутренности и бросаю на землю все, кроме сердца, лёгких и печени. Их я оставил Мари. Валявшиеся внутреннсоти мгновенно утащил росомаха, как только я подошёл к реке чтобы промыть мясо от крови и всего остального. Пусть лакомится. Мне не жалко. Насаживаю зайца целиком на прочную ветку и ложу на две рогулины, которые прибил на землю рядом с костром. Промытые органы отдаю пантере, которая с радостью их съедает за пару секунд.

Минут через десять, срезаю тонкий кусочек мяса с тушки зайца и пробую на вкус и приготовленность. На вкус как обычный заяц, но мясо более нежнее, чем того, которого я жарил в прошлый раз. А по поводу приготовилось ли оно или нет, отвечу фразой моего деда. "Горячее сырым не бывает." — так говорил он всегда, когда я спрашивал у него, сварилась ли каша или что-то ещё, когда я варил.

Хмыкаю и срезаю ещё один кусок. Поднимаю взгляд и вижу взгляд голодного хищника у росомахи. На его глазах же её съедаю, на что тот смотрит на меня обиженным взглядом.

— Надеюсь я не пожалею если тебя покормлю. — говорю себе срезав целую ногу зайца и кинув ему. Другую ногу отдаю Мари и тут же замечаю её котёнка, который сидит под своей матерью и смотрит на меня. А я то думал, куда он пропал? А он прятался всего лишь.

Ему тоже срезаю и отдаю немного, на что тот сразу же его пытаться прокусить и что у него получаеться. Мясо то мягче, и зубы у него стало острее. Да и сам вырос маленько…Вот, всех накормил, теперь сам буду есть.

После того как я набил свой желудок, оставшее