Алгоритм Удачи - Виктор Гросов

— Опасная и прекрасная, — мечтательно произнес Максим, не обращая внимания на слова друга. — Как черная роза с шипами. Я чувствую, что это судьба!

Ён, сидевший на плече Антона, закатил глаза.

— Судьба? Скорее глупость! — проворчал дракончик. — Он влюбился в женщину, которая может запросто заказать ему билет в один конец до дна Хангана!

Антон только вздохнул. Спорить с влюбленным Максимом было бесполезно. Оставалось надеяться, что его инфантильное увлечение быстро пройдет.

На следующее утро, которое к счастью было воскресеньем, Антон проснулся с твердым намерением разложить все по полочкам и наконец-то заняться приложением для «OppaGo». Максим же проснулся с той же песней о «глазах цвета ночного неба».

— Пойдем куда-нибудь, поедим? — предложил Антон, надеясь, что смена обстановки и помогут Максиму прийти в себя.

— В кафе-ханок?

— Что это?

— О, дружище, тебе понравится.

Кафе-ханок, куда они отправились, дышало историей. Темное дерево, из которого были сделаны столы и стулья, отполировано руками множества посетителей. Стены украшали вышитые шелковые панно с изображениями журавлей и цветущей вишни. В воздухе витал аромат жареного кунжута и сладковатого рисового пирога. Тихая традиционная музыка создавала атмосферу умиротворения, словно перенося посетителей в прошлое. Они уселись на мягкие подушки за низким столиком в углу зала, отделенные от остальных посетителей резной деревянной ширмой.

Максим, однако, не поддавался атмосфере. Он беспрестанно бубнил про госпожу Ли, сравнивая её с героинями дорамы и восхваляя её красоту, интеллект и опасность.

— Она была так элегантна в своем черном костюме! — восторженно щебетал Максим, размахивая палочками для еды. — А её взгляд! В нем было столько тайны и угрозы!

— Да, очень романтично, — иронично прокомментировал Ён, устроившись на чайнике с горячим чаем. — Быть влюбленным в женщину, которая может тебя убить — это так… возбуждающе!

Антон, стараясь не обращать внимания на монологи Максима и дракончика, достал ноутбук и погрузился в работу. Он открыл код приложения для «OppaGo», над которым начал работать еще в Москве, и нахмурился. Программа была написана на спешке, в ней было много ошибок и недоработок. Чем больше он вчитывался в код, тем сильнее понимал, что ему проще написать новое приложение с нуля, чем исправлять этот хаос.

Внезапно ему в голову пришла идея, как помочь Юне. Он мог бы использовать свои навыки программиста, чтобы создать систему оповещения, которая сработает, если Юна окажется в опасности. Он быстро набросал код, который отслеживал номер телефона госпожи Ли и ключевые слова в разговорах Юны, такие как «опасность», «долг», «полиция». Если эти слова прозвучат в разговоре или Юна позвонит госпоже Ли, Антон получит мгновенное уведомление на свой телефон. Он даже проверил местоположение телефона Юны — она была в офисе «OppaGo», даже в выходной.

— Кажется, я знаю, чем я буду заниматься сегодня, — сказал Антон, закрывая ноутбук и делая большой глоток чая. — Мне нужно написать новое приложение. С чистого листа. И немного помочь Юне.

— А как же Юна? — спросил Максим, на секунду отвлекшись от своих фантазий о госпоже Ли. — Мы же должны ей помочь!

— Мы поможем, — уверенно сказал Антон. — Но сначала мне нужно создать инструмент, который поможет нам найти крота в «OppaGo». И я знаю, как это сделать.

Он достал ноутбук и начал печатать, его пальцы быстро бегали по клавиатуре. В его голове уже формировался образ нового приложения, более совершенного и эффективного, чем предыдущее.

В тот день в кафе-ханок, пропитанном историей и ароматом традиционной корейской кухни, Антон написал первые строки кода, которые в будущем помогут ему не только найти предателя в «OppaGo», но и изменить его жизнь в Сеуле навсегда.

Запах жареных каштанов, доносившийся с улицы, смешивался с ароматом имбирного чая, создавая в кафе-ханок атмосферу обманчивого спокойствия. Максим, утомившись своими серенадами госпоже Ли, откинулся на мягкие подушки, рассеянно поглаживая свой единственный оставшийся ус. Его глаза блестели, а на губах играла мечтательная улыбка. Он был далек от проблем с кротами и мафией, его мысли витали где-то в облаках, рисовали образы элегантной женщины в черном — его «Черной Розы», как он уже успел её про себя назвать.

Антон же, с лицом, сосредоточенным, как у самурая перед решающей битвой, яростно стучал по клавишам ноутбука. Строчки кода, словно ниндзя в киберпространстве, невидимо проникали в цифровую крепость, охраняя Юну от опасности.

Ён, свернувшись калачиком на краю монитора, скептически наблюдал за работой Антона.

— Ты правда думаешь, что эта твоя цифровая безделушка сможет защитить её от корейской мафии? — прошипел дракончик, его голос был наполнен сарказмом. — Они же не кибер-хулиганы, а профессиональные преступники!

— Не называй это безделушкой, — отрезал Антон, не отрывая взгляда от экрана. — Это сложная система оповещения, которая сработает, если Юна окажется в опасности.

— Опасность? Ха! — фыркнул Ён. — Она сама по себе опасность! Забываешь, она крутится в этом злобном мире как белка в колесе.

— Тем более ей нужна защита, — упрямо настаивал Антон. — Я настроил триггеры на определенные слова и номера телефонов. Если Юна позвонит госпоже Ли или в её разговоре прозвучат слова «опасность», «долг», «полиция», я получу уведомление. Кроме того, я отслеживаю её местоположение.

— Звучит грандиозно, — протянул Ён, зевая. — Надеюсь, ты не забудешь включить звук на своем телефоне. А то всё твоё геройство пойдет прахом.

Антон игнорировал его язвительные замечания и продолжал работать. Он чувствовал себя как хакер из голливудского боевика, проникающий в секретную сеть врага. Его пальцы летали по клавиатуре, выводя сложные алгоритмы, которые должны были защитить Юну.

Максим тем временем, уже полностью погрузившись в свои фантазии, достал блокнот и начал писать стихи, посвященные его музе — «Черной Розе». Рифмы рождались сами собой, словно под диктовку его влюбленного сердца. Он писал о её «загадочных глазах», о её «опасной красоте», о её «властном характере». Он был уверен, что эти стихи — шедевр, достойный самой роковой женщины Сеула.

Время тянулось бесконечно.