Достойный. Начало пути - Алекс Вик

– Я знал, что ты не так прост. Ну что, когда на третье?

– На следующей неделе. А завтра я собираюсь пойти на тренировочную арену, чтобы разрушить тот мистический манекен. Я, кажется, понял, что нужно делать. Ты с Риком со мной? Кстати, где он? До сих пор в мастерской? Который час вообще?

Акциос посмотрел в окно, нашарив ногами небрежно брошенные башмаки. На улице уже смеркалось.

– Полседьмого, – констатировал Маркус, дотронувшись до настенных часов. – Да кто его знает, может, в мастерской. Вкалывает, бедолага. Совсем у него что-то не ладится, наверное.

Насчет синего манекена уговаривать Маркуса не пришлось. Перспектива разбить самый крепкий манекен, хоть и втроем, ему определенно нравилась. Рика они встретили только за ужином, он был каким-то молчаливым и казался расстроенным. Как и предположил Маркус, дела у него шли отнюдь не хорошо, скорее наоборот, он зашел в тупик. Трудности встречались и раньше: то тетива рвалась, то стрелы ломались, – но теперь сам механизм отказывался работать. Вернее, всё работает, но не так, как надо. Рик пожаловался, что арбалету не хватает духовной энергии, а у него не выходит «заправить» его как следует. Больше в разговоре Рик не участвовал, только слушал и уныло кивал. В таком состоянии он пребывал крайне редко и быстро брал себя в руки. До такой степени поникшим ребята его видели впервые.

Утром же Рик встал с приподнятым настроением, но тень вчерашней хандры всё еще маячила в его глазах. Акциос привел их на тренировочную арену, туда, где до сих пор стоял так никем и не поврежденный мистический манекен. Ребята остановились, и Акциос задумался. В отличие от тех фигур, что стояли в комнате для испытаний, у этой не было ни брони, ни оружия. Маркус сразу заскучал и заговорил с легким возмущением:

– И чего мы ждем? Ты же сказал, что знаешь, как его разбить. Если нет, зачем привел нас сюда?

– Я сказал, что у меня есть одна мысль и надо ее проверить. Если окажусь прав, мы его уничтожим, – ответил Акциос, осматривая манекен со всех сторон. Рик сосредоточенно наблюдал за другом и тоже о чем-то думал.

Акциос попробовал нанести удар кинжалом сзади в шею. Манекен засветился синей аурой и остался целехонек. Тогда последовали удары в шею спереди, в голову, в живот, в спину, в бока. Он прилагал максимум усилий, но ничего не происходило.

– Так о чем, собственно, мысль? – поинтересовался Рик, подвинув очки к переносице.

– У манекена на моем испытании было единственное слабое место – на шее. Значит, и тут оно, скорее всего, должно быть…

Маркус вдруг нетерпеливо протараторил:

– Скорее всего? Теряем время. Так мы до конца дня тут простоим. Его до нас и посильнее били. Чего ты такими вялыми ударами хочешь добиться. Пойдем отсюда, а то на нас уже косятся!

– Я толком еще и не бил. Если не помогаешь, то хотя бы не ворчи. Нет, должен же быть способ… – произнес Акциос, пропуская незатихающие колкие замечания друга.

Через несколько минут Маркус, озираясь, тяжело вздохнул, словно не оправдались его самые великие надежды.

– Теряем время. Я пошел, а вы как хотите, – буркнул он, развернулся и потопал прочь. Акциос и Рик только проводили его взглядом. Не хотелось ни останавливать его, ни уговаривать, всё равно он помогать не собирался.

– Ну и иди! Ладно, тогда без него, – решил Акциос и стал дальше осматривать манекен. Рик участливо за ним наблюдал. – Где же оно может быть? Где?

Они так простояли еще несколько минут. Акциос изучил взглядом манекен с ног до головы, потом даже поднял ему руки вверх.

– Стой! – неожиданно вскрикнул Рик. Да так и замер, вытаращив большие темные глаза. – Я вижу! Я вижу! Вот.

Рик резво подскочил к манекену и ткнул пальцем чуть пониже подмышки. Акциос в недоумении отступил назад, охватывая взглядом показанную область.

– Что, Рик? Я не вижу тут ничего особенного.

– Да ты присмотрись, – оживленно сказал Рик, улыбаясь. – Здесь аура при ударах как будто… Как сказать? Не такая насыщенная, более прозрачная, что ли. Присмотрись, неужели не заметил?

– Аура? Я ничего не заметил. Подожди, – Акциос сделал такое лицо, словно разом всё понял. – То есть ты видишь то, чего не вижу я? Может, это твой дух помог?

Рик снял очки, повертел их в руках, снова надел и еще раз пристально взглянул на манекен. Сейчас Акциос впервые увидел желтую ауру его очков. А Рик аж запрыгал от приливших эмоций и восторженно заявил:

– Ха-ха-ха, да это и без силы моего духа можно заметить. Давай, Акциос, попробуй ударить сюда!

Акциос точным движением руки вонзил кинжал туда, куда показывал Рик. В месте удара образовалась узкая вмятина. Друзья переглянулись: да, это оно! Акциос замахнулся еще раз, сконцентрировавшись на духовной энергии. Направляя ее в край лезвия, он воткнул оружие манекену под ребра. Тот, громко треснув, со вскинутыми руками накренился вбок, а потом рухнул на пол и развалился на крупные куски. Синяя аура замерцала в каждом обломке и медленно исчезла.

– Мы сделали это! – хором крикнули друзья и дали друг другу «пять».

Один студент заметил это и толкнул другого, показывая на разрушенный манекен. Через минуту на Акциоса и Рика уставились все находящиеся на арене. Кто-то начал аплодировать, остальные подхватили, и под эти аплодисменты к ребятам медленными шагами подошел Гидрих Монк. Он взглянул на обломки непроницаемым взглядом и удовлетворенно покивал. Аплодисменты и разговоры стихли, все приготовились слушать старца.

– Кто из вас разбил этот мистический манекен? – спокойно спросил он.

Акциос без колебаний гордо ответил:

– Мы вдвоем. Рик нашел слабое место, а я нанес удар.

– Что ж, поздравляю, – старец потрогал бороду и благодушно продолжил. – Я обещал награду тому, кто уничтожит манекен. Это сделал ты, Акциос из Стримвиля, значит, награда твоя. Если желаешь, можешь разделить ее с товарищем.

Гидрих нагнулся к бесформенным кускам дерева, что-то отковырнул и достал красивый полупрозрачный синий камешек размером с грецкий орех. Ребята внимательно за ним наблюдали. Старец показал камень на раскрытой ладони. Он был похож на те, что украшали зал на вечеринке аристократов в начале учебного года, только этот кристалл не светился.

– Это то, за счет чего манекен обладал такой сверхпрочностью.