Полуночная земля - Евгений Шпунт

когда последний раз кто-то бился до смерти. Обычно сражаются до первой крови или до тех пор, пока один из бойцов не объявит, что сдается. Кроме того, королева, или наместник, как в этом случае, может в любой момент вмешаться, остановить поединок и отдать победу одному из участников. Но нет, в правилах нет запрета на бой до смерти. Я уже объяснял Мартину…

Он осекся, его глаза чуть расширились от удивления, и в этот же миг Леу услышала шаги за спиной. Она обернулась.

Из тени между деревьями появилась одетая в черное фигура. Приблизилась, мягко ступая по траве.

— Морана, — проговорили Армайд и Каэрден, слегка склонив голову.

— Надеюсь, я не мешаю вам?

— Мешаешь, — вырвалось у Леу. — Зачем ты пришла? Шпионить?

— И в мыслях не было, поверь мне. — невозмутимо ответила она. — Я искала тебя.

— Меня?

— Я слышала твой разговор с моим другом. Его окончание, если быть точной. — Морана взглянула в глаза Леу и едва заметно улыбнулась — чуть приподняла уголок губ. — Эмрис был… слишком резок и позволил себе слова, неподобающие благородному фаэйри. Я прошу прощения за него.

Леу ожидала много чего, но не этого. Она растерянно моргнула, не зная что ответить, и пока собиралась с мыслями, Морана заговорила с Каэрденом:

— Ты дал ему щит? Интересно. Сколько себя помню, ни разу не видела, чтобы кто-то использовал щит в поединке. Может быть, это действительно поможет.

— По крайней мере, Эмрис не будет этого ожидать, — согласился он. — Если ты не расскажешь ему.

— От меня он ничего не узнает. Хочешь, чтобы я поклялась?

— Мне достаточно слова наследницы двора Балар. — серьезно ответил Каэрден.

Подошел Мартин. Он все еще пытался отдышаться и с подозрением поглядывал на Морану. Та в ответ оглядела его головы до ног, слегка наклонила голову и спросила:

— Раньше ты брал в руки меч?

Мартин недоуменно нахмурился.

— Нет.

— Может, умеешь владеть другим оружием? Копьем, дротиком? Стреляешь из лука?

— Я не воин, — ответил он. — Я вырос в обычной деревне, потом жил в монастыре.

— Не знаю, что это значит, — сказала Морана. — Неважно. Так тебе никогда в жизни не приходилось сражаться?

— Приходилось. Но без оружия, голыми руками…

Она кивнула.

— Уже что-то. Я бы на твоем месте полагалась на то, что умею. В любом случае мне пора. Отец ожидает Эмриса и меня на ужин.

Кивнув всем, Морана повернулась и исчезла среди теней. Мартин озадаченно поглядел ей вслед.

— Рассуждает, как будто она сама воин. И с чего бы ей давать мне советы?

— Морана командует дворцовой стражей своего отца, — ответил Каэрден. — Она знает, о чем говорит. А насчет советов, думаю, тебе лучше спросить у Леу…

Но Леу, наконец стряхнув с себя растерянность, метнулась вслед за фаэйри в черном. Она нагнала Морану посреди темной аллеи.

— Погоди!

Та обернулась, выжидающе взглянула на Леу.

— Зачем… зачем ты это делаешь?

— «Это»?

— Просишь прощения за Эмриса. Обещаешь не рассказывать ему о том, что увидела, даешь советы. Разве он не твой друг?

Морана пожала плечами.

— Так вышло, что да. Иногда Эмрис… забывается. Бывает немного неучтив и делает и говорит, не подумав. Мой долг как хорошей подруги — по мере сил пытаться сгладить нанесенные им обиды.

— Так вышло? — Леу недоуменно взглянула на нее. — Погоди, ты… ты не любишь его?

Та снова слегка пожала плечами и ничего не ответила.

— Тогда почему ты с ним? Он же… он просто ужасный! Гнусный отвратительный слизняк, вот он кто! А ты…

— Недостатки Эмриса мне хорошо известны, поверь, — ровным голосом ответила Морана. — Но есть такая вещь как долг. Я ведь сказала тебе. Отец и лорд Эмерик считают, что наш союз будет полезен для обоих дворов. Когда королева возвратится в Тару и даст свое благословение, наш внутренний свет окончательно объединится в один и я останусь с Эмрисом здесь, во дворце.

— Что за бред! — воскликнула Леу. — Просто бред! Ты же будешь несчастна! Он тебе всю жизнь испортит! Ты не должна…

Лицо Мораны не дрогнуло ни на волосок, голос оставался таким же спокойным, даже холодным.

— Дело не во мне и не в том, чего я хочу или не хочу. Если наш союз пойдет на благо двору Балар, он должен быть заключен.

— Но…

— Мне действительно нужно спешить, — сказала Морана. — Прости. Передай человеку, что я желаю ему удачи. Надеюсь, луна встанет на его сторону и поможет выжить. Может быть, даже победить.

Она повернулась и зашагала прочь, а Леу так и осталась стоять посреди аллеи, совсем сбитая с толку. Потом опомнилась и поспешила назад. Мартин! Она ведь пришла сюда, чтобы повидать его.

Каэрден и Армайд уже не было на лужайке, но Мартин остался, сидел под деревом, устало закрыв глаза и запрокинув голову. Леу приблизилась, и снова, как и утром, поймала себя на том, что понятия не имеет, что сказать. Она замерла в нерешительности, а Мартин вдруг открыл глаза и взглянул на нее снизу вверх.

— Каэрден гнал меня отдыхать, — сказал он. — Но я хотел дождаться тебя.

Леу показалось, что он хотел добавить что-то, но Мартин замолчал. Она присела рядом, и тут поняла, что не знает что сказать не потому, что говорить нечего, а наоборот. Слишком много всего. С чего начать? Поблагодарить, что вступился за нее на празднике? Попросить прощения за то, что втянула его во все это? За то, что скорее всего завтра он погибнет из-за нее, Леу?

Она несмело взглянула на Мартина. Тот глядел прямо перед собой, прикусив губу, лицо серьезное и