Вусмиор. По ту сторону барьера - Майя Олав Глакс

— Нет, нельзя, остановись! — Эфрейн бросила бесполезные попытки переманить зомби и рванула вперед. — Оставь их в покое! Тебе же нужна я!

Но было уже поздно. Тела эстеровцев взорвались, словно мешки, наполненные водой. Вот только все пространство мансарды залила не вода, а горячая кровь.

— Дженнифер, нет! — взвыл Берч, собираясь броситься за ней следом, но стоило ему только ослабить хватку, как зомби, потеряв мише в виде стражей, тут же разом оскалились в сторону Советника.

— Клаус, назад! — крикнула Эфрейн, но ее бывшие марионетки уже кинулись на Берча. Кого-то он успел отбросить телекинезом, но один из зомби все-таки сбил его с ног, и Клаус вместе с рычащим мертвецом покатился вниз по лестнице. — Нет!

Но стоило только Джен сделать шаг в его сторону, как проход ей перекрыла стена скверны, чьи обжигающие языки поднялись до самого потолка.

— Я т-тебя п-помню! — послышался позади инфанты высокий голос, почти детский. — Ты тогда тоже не захотела играть со мной…

Эфрейн резко обернулась и испуганно отпрянула, заметив возле себя мерзкое, испещренное глубокими угрями лицо. Черные сальные волосы почти достигали плеч, а залитые кровью глаза жутко контрастировали с широкой улыбкой и голосом ребенка.

— Кори Касадо… — пораженно выдохнула Дженнифер, узнав в этом уже немолодом мужчине сына бывшего ректора академии некромантов. Его личность многое объясняла, ведь Кори, помимо наследственной некромантии, еще и владел эфиром, причем одним из самых жутких его проявлений. — Ай!

Стоило только Касадо поднять объятую алой дымкой руку, как кровь в венах Дженнифер закипела. Ему не составит большого труда взорвать ее тело точно так же, как он сделал это со стражами Эстера. Но по какой-то причине Кори этого пока не делал, с любопытством осматривая мышку, попавшуюся в его мышеловку.

— Тебе б-больно?

— Тебе правда интересно или ты смеешься надо мной? — прошипела Дженнифер. Она видела Кори всего один раз в жизни, и тогда он показался ей совершенно невменяемым. Может, она ошиблась, и младший Касадо вовсе не возглавлял некромантов в Эстере, а лишь служил для них бескомпромиссной машиной для убийств. — Кори, остановись! Ты понимаешь, что твой отец использует тебя?

— А-р-р! — реакция Касадо не заставила себя ждать, когда он заткнул Эфрейн оглушительной пощечиной. — П-папа ничто! Кори сам умеет д-думать!

От его удара у Дженнифер на несколько мгновений все помутнело перед глазами. Но хотя бы теперь у нее горела щека, а не все тело. Разозленный Касадо на некоторое время ослабил влияние эфира на кровь Эфрейн.

— Что это значит? — собравшись с мыслями, Дженнифер попыталась поднять взгляд на безумного некроманта, мечущегося из стороны в сторону. — Это ты на побегушках у Арнлейва, а не твой отец? Но зачем тебе это все нужно… Если Бэзил не заставляет тебя, то…

Она растерянно смотрела то на лужи крови, растекшиеся по мансарде, то на мужчину, в чьих обозленных глазах играла скверна. Порой Дженнифер проводила параллели между собой и другими детьми из правящих семей Мармиати-Ай и иногда даже чувствовала с ними какое-то родство. Ей самой не повезло быть дочерью тирана, и Джен видела, как, будучи в своем уме, отпрыски влиятельных некромантов часто терялись и не находили в себе силы выйти из тени своих отцов. Чего уж говорить о тех, кто не мог себя контролировать. Но, похоже, Дженнифер ошибалась. Или нет? В глазах сына Бэзила явно читалась неприязнь к своему отцу. Что могло произойти в доме Касадо за последние пару лет?

— Теперь я могу играть сколько хочу и с кем хочу, — по-детски рассмеялся Кори, а от его улыбки у Джен побежал холодок по коже. — Даже с тобой!

Стоило только Касадо сфокусировать взгляд на инфанте, как Эфрейн снова ощутила, как невыносимо закипела кровь под кожей.

— Стой! — вскинула руки Дженнифер. — Разве тебе не приказано доставить меня лорду Орлу живой?

— Приказано… Приказано… Приказано… — передразнивал ее Кори, кривляясь, пока Дженнифер судорожно бегала глазами по комнате. Кроме выхода, загороженного скверной, здесь еще было окно, но высота третьего этажа играла против нее. Уж лучше обжечься скверной. — Приказано живой… Но не невредимой!

Выкроив возможность, Дженнифер обрушила на Касадо волну скверного пламени. Некроманту уровня Кори ничего не стоило ее отразить, но Эфрейн хватило этих секунд, чтобы кинуться назад к лестнице. Языки изумрудного огня у выхода стали виться еще яростней, но в решимости Джен было не отказать.

— Клаус! Клаус, ты слышишь меня?

— Нельзя! — вместо ответа Советника позади раздалось рычание Кори, неожиданно сменившее его детский голос. — Запрещаю!

И прежде, чем инфанта кинулась в огонь, растекающаяся по полу кровь эстеровцев, словно липкая паутина, метнулась к ногам Дженнифер и с силой оттолкнула ее назад.

«Борись за свою жизнь!» — прошелестела Тьма в голове некромантки, и она, развернувшись, тут же залила все вокруг скверной. Пламя Нижнего мира не только обжигало и иссушало тела живых существ, но и в буквальном смысле забирало саму жизнь. Под его действием кровь, служившая Кори дополнительным оружием, тут же свернулась и почернела. Но до самого некроманта скверна так и не добралась, напоровшись на стену из его куда более темного зеленого огня.

— Разве тебе не нравится играть со мной, инфант-та? — в голос смеялся Кори, наблюдая, как Дженнифер уворачивается от его атак.

— Жалкий трус! — процедила сквозь зубы Эфрейн, когда Касадо вновь сковал ее болью, заставив тело буквально гореть изнутри. — Какой толк… обладать такой силой и… издеваться над теми, кто слабее тебя?

— Слабее? П-папа всегда говорил, что сильнее тебя нет нек-кромант-та, — презрительно сплюнул Кори, подойдя ближе к извивающейся на полу девушке. — И папа всегда счит-тал слабым меня. Глуп-п-ый старик!