Ашер 6 - Сергей Шиленко

— Смотри, дуреха, как он из-за тебя корчится! — взвизгнул Сван, вскидывая руки к небу и разражаясь безумным хохотом. Этот смех, отражаясь от стен дома, звучал до одури жутко. — Когда он сдохнет, ты ведь обязательно прольешь свои целительные слезки, а?

— Заткнись, ублюдок! — рявкнул я. Наконец-то мне удалось извернуться и со всей дури врезать твари по башке рукоятью меча.

— Буэ-буэ-буэ! — Этот упертый гаденыш и не думал отступать, продолжая наваливаться, сколько бы я его ни лупил. Мечом толком замахнуться не получалось — он слишком плотно прижимал меня к этой проклятой статуе.

Внезапно резкий свист рассек воздух, и длинная стрела вонзилась точно между глаз монстра, пригвоздив его ко мне. Я обернулся на звук.

— Хватай! Чего застыл! — крикнул Сет, уже натягивая новую стрелу и указывая на двух других тварей, которые уже неслись на меня.

Глава 20

Путь из этого закутка мне преграждала жирная туша твари, которую уложил Сет, а две новые уже подбирались непозволительно близко. Выбора не оставалось — пришлось снова нырять во временной транс. Никогда еще, кажется, у меня не получалось сделать это так шустро, буквально по щелчку пальцев.

Отлично. Время и впрямь замерло.

Все вокруг мгновенно застыло, точно кадр из фильма, поставленного на паузу. Каких-то пары секунд мне хватило, чтобы вывернуться из западни и уйти с линии атаки преследователей.

Удар сердца.

— Ох! — выдохнул я, когда время слишком резко вернулось в привычное русло и чувствительно щелкнуло меня по грудине, точь-в-точь как тогда, в схватке со Стражем Пламени. Ощущение не из приятных, скажу я вам.

Однако времени на то, чтобы прийти в себя и проанализировать ощущения, у меня не было ни секунды — пришлось тут же вскинуть клинок и прикрывать левый фланг.

Две пары острых клыков со скрежетом соскользнули по твердой стали, и неотступная, уже привычная слабая боль в моей заклейменной правой руке взорвалась ощутимо сильной, злой пульсацией.

Еще две стрелы.

Сет своим верным луком уложил еще двух тварей, и это дало мне шанс укрыться за обломком колонны от комка склизкой дряни, которую смачно выплюнул в меня очередной монстр.

— Хватит вмешиваться! — взбесился Сван и заорал на Сета, а его ручной ящер Гарри тут же взмахнул длинным хвостом и попросту впечатал сокола в стену.

— Сет! — в ужасе закричала Шелли. Я не выдержал, нужно было немедленно убедиться, что с ней все в порядке, и потому высунул голову из своего укрытия.

— Бууууэ! — Гарри забулькал, явно прицеливаясь, и снова плюнул в меня. Я успел пригнуться в самый последний момент, но стена у меня за спиной тут же начала дымиться, распространяя едкую вонь.

— Шелли! — позвал я жену, стараясь перекричать шум.

— Маакс! — донесся ее отчаянный крик в ответ.

— Я здесь, милая, слышишь? Я вытащу тебя оттуда, обещаю! — крикнул я, вкладывая в голос всю возможную уверенность.

— Нет, ты не понимаешь! — она начала рыдать. — Это ловушка! Все это — ловушка!

— Буэ-буэ-буэ! — Гарри остановился и явно собрался срыгнуть что-то покрупнее. Я снова рискнул высунуться из укрытия, чтобы посмотреть, что там, черт возьми, еще происходит.

— Да, мой мальчик! Давай! — подбадривал его Сван, пока тот натужно пытался проблеваться. — Новый птенец! Скоро будет новый птенец!

Из здоровенной пасти Гарри на землю вывалилось крошечное, совершенно мерзкое существо бурого цвета, сплошь покрытое слизью, и с тихим всхлипом плюхнулось в ядовито-зеленые воды пруда.

— Да! — Алек аж подпрыгнул от восторга. Он рухнул на колени, не отрываясь наблюдая, как новорожденная тварь шипит и дымится, медленно опускаясь на дно.

Гарри прокашлялся, пошатнулся, несколько раз чихнул, фыркнул, словно набирая в пасть побольше ядовитой мокроты, чтобы уж наверняка достать меня.

Нужно было что-то срочно предпринять, чтобы положить конец этому балагану. Возможно, это был бы конец и для меня, но сейчас это волновало меньше всего — на первом месте стояло спасение Шелли. Я лихорадочно оглядывался по сторонам, надеясь зацепиться взглядом за что-нибудь, что могло бы мне помочь или хотя бы подкинуть дельную идею.

Но все оказалось проще, не нужно было ничего выдумывать и изобретать велосипед. Мой меч ощутимо завибрировал в руке, словно напоминая, что у него вообще-то есть собственный разум.

Сапфировый полумесяц на рукояти будто подмигнул и мысленно сообщил: «Эй, парень, если ты забыл, я у тебя не просто железка. И хотя моих сил хватит только на один раз, ты можешь использовать их прямо сейчас, чтобы показать этим уродам, где раки зимуют и что такое настоящая справедливость».

Это определенно была та самая ситуация, на которую не жалко было потратить последний заряд моего продвинутого клинка. Я открылся этой силе, позволил ей наполнить меня до краев, до кончиков пальцев. Обостренное чувство справедливости, которое и без того всегда было моим стержнем, усилилось многократно, заставляя кровь кипеть в жилах.

— Алек Сван! — взревел я во всю глотку, чувствуя, как голос мой обретает невиданную мощь, а потом смело вышел из-за упавшей колонны. — Высшие силы взвесили все твои преступления и признали тебя виновным по всем статьям! Сегодня ночью ты умрешь от моего клинка!

— Это мы еще посмотрим, кто кого, — злобно усмехнулся Алек. — Гаааррииии! Ко мне!

— Буэ-буэ-буэ! — ящер булькал и сотрясался всем телом, собирая ядовитую слизь за щеками, но, к моему неописуемому ужасу, он смотрел и целился не в меня, а в сторону Шелли.

— Нееееет! — одновременно с этим отчаянным криком внутри меня снова взорвался временной транс.

Ход времени замедлился, но на этот раз не остановился полностью.

Тик. Тик. Тик.

Гарри изготовился к плевку, его пасть растянулась в жутком оскале.

Тик. Тик. Тик.

Я рванул на него, что было сил, крепко держа клинок Правосудия обеими руками.

Тик. Тик. Тик.

— Ааааа! — заорал я и врезался в эту тварь всем своим весом, отворачивая ее пасть от жены.

Время снова понеслось вскачь.

Сцепившись в один клубок, мы с Гарри несколько раз перекувыркнулись по некогда ухоженному газону. Когда мы наконец остановились, мне удалось каким-то чудом оседлать зверя и с могучим ревом, идущим из самой глубины души, вонзить свой светящийся синим клинок прямо в его мерзкую башку. Оружие вошло, как нож в подтаявшее масло.

С пронзительным, болезненным визгом