Хулиганка для мажора - Иоланта Палла

чуть ли не на ухо Арсу, и тот замирает, пока мы идем к выходу. Сердце до сих пор колошматит на полную. Кровь разгоняет стремительно, не давая поежиться от вечерней прохлады. Уже давно не сумерки. Ночь вошла в свои полные права. По коже пробегает табун мурашек, когда оказываемся около клуба, где стоит внедорожник. Заур в темных очках выглядит еще страшнее, чем без них. Перевожу взгляд и не успеваю понять, когда на горизонте Орлов нарисовывается. Перехватывает Роксану и подмигивает, словно ничего и не случилось.

— Я сам.

Саша ведет Заурову к ее отцу, который кивает ей на машину и что-то говорит пернатому. Несколько минут, а я на Олега смотрю, который опять сигарету мучает.

— Мелкая, не гипнотизируй. — Говорит со смешком, пока я наблюдаю за тем, как он затягивается. — Из-за вас проблемных скоро легкие выплюну.

— Почему не пустил его в клуб?

— Моя территория — мои правила. — Сухо сообщает, пока Зауров и Орлов переговоры ведут. — А Заур такой. Если пустишь дальше порога, на второй раз предупреждать о своем появлении не будет. Заявится, как хозяин.

Кивает Рустаму. Тот в ответ скупо опускает голову. Роксана уже в машине. Саша стоит на месте, пока внедорожник не исчезает с поля зрения. Получается с Зауровым шутки плохи, как, собственно, с Орловым старшим.

— Ладно, — Олег смотрит, как к нам приближается Саша, и легонько хлопает мне по плечу с подобием улыбки, — поговори с парнем. Мы подождем.

Янкевич удаляется, а я с замиранием мотора за ребрами слежу, как не спешно Орлов ко мне приближается. Слов не нахожу, чтобы выразить весь спектр эмоций, которые испытываю к нему. Передать не успеваю, потому что он внимательно смотрит мне в глаза и тут же притягивает к себе. Крепко сжимает в объятиях, и я часто дышу из-за жалящих искр в груди. Стою, столбом притворяясь, пока его руки не начинают опускаться. Тут срабатывает какой-то инстинкт. Обнимаю в ответ. Все посылы безоговорочно принимаю. Без слов. Они сейчас лишние.

Глава 64

Несколько недель спустя

POV Анастасия

— Что же, — Маргарита Павловна складывает все бумаги в одну папку и с тяжелым вздохом подает ее мне, — точно решила?

— Да.

Киваю в знак подтверждения своего решения уйти из университета. Теперь уже бывший куратор снова тяжело вздыхает. Мне самой сложно было определиться с тем, как быть дальше, но столько всего произошло за последнее время, что иначе просто никак. Скупо прощаюсь с женщиной, которая тянула меня за уши на протяжении всего обучения в нашем ВУЗе, и со спокойной душей направляюсь к выходу, где меня уже ждет самая надоедливая парочка.

— Я тебе говорил, что ты идиот?

Арс фырчит около Лексуса Орлова, который с хмурой миной поглядывает на шины. Выглядит не выспавшимся, хотя скорее всего так и есть. Вчера он ездил на разговор к родителям. Я его на это подбила и сейчас не представляла, чем он меня огорошит. Может, передумал уезжать из города вместе со мной. Я старалась отгонять сомнения, но не получалось. Их крупицы все равно пробирались под кожу и больно жалили.

— А я говорил, как ты меня достал?

— Лучше я скажу, — бодро произнесла, подходя к ним, и подняла папку с документами, — назад дороги нет.

— И не надо назад, — Саша ко мне подходит и по-хозяйски прижимает к себе, помещая руки на талию, — нам только вперед.

— Гребаная ваниль, — фыркает братец и обходит автомобиль, — подожду внутри, а то, боюсь, что сработает рвотный рефлекс.

Улыбаюсь тому, как Арсений кривится, и возвращаю взгляд Орлову, который переключился на меня и искал какой-то ответ в моих глазах.

— Не передумала?

— Хотела спросить у тебя то же самое.

— Нет, — Саша поднимает руку и убирает волосы мне за ухо, заставляя шумно втянуть воздух в легкие, потому что я все еще не привыкла к этим безумным всплескам чувствительности, которые накрывают меня, когда он находится рядом, — а после разговора с предками желание свалить подальше лишь усилилось.

— Что сказали?

— Отец давил на совесть и угрожал, а мама, — Саша пожимает плечами, — она пожелала удачи, хоть и сквозь зубы.

— Ожидаемо.

— Его дергают за ниточки, — усмехнулся Орлов как-то совсем не весело, — шорох стоит в правоохранительных органах не шуточный.

— Олег сказал, что они отмажутся.

Положительные эмоции гаснут, когда вспоминаю о том, что восстановить справедливость нам так и не удалось. Зато Янкевич передал видео кому-то из знакомых в столице, и по душу троицы приехали спецы. Старший Орлов активно огородил себя и свою семью, хоть и без Саши, от нападок. Пытался высветлить свое имя. Даже с Зауровым прекратил общение и отменил договоренности. Жаль было лишь Роксану, которую не выпускали из дома и постоянно охраняли. Ни меня, ни Сашу не допустили до нее.

— Янкевич прав в одном, — Орлов отстраняется и кивает на машину, в которой слышится музыка, — мы многого не знаем. Он сможет разрулить ситуацию.

— Я бы хотела поучаствовать.

Саша усмехается, открывая передо мной дверь.

— Я и не сомневаюсь.

Он обходит Лексус и садится за руль, пока Арс перекрещивается. Оба похожи на пятилетних задир, которые не в состоянии поделить игрушки. Постоянно препираются друг с другом.

— Уже успел поменять музыку. — Поражается Саша, когда Арсений довольно растягивает улыбку по лицу. — Оперативно.

— Не беспокойся, — фыркает брат, — все верну на места, когда вновь окажетесь в городе.

— Пользуйся.

— Пока ты добр, барин. — Арс снова врубает приевшуюся шарманку, и Саша ему вторит. — Благодарю. — Отвешивает поклон и получает подзатыльник.

— Поехали, а то на самолет опоздаем.

Прерываю их возню, и Саше приходится завести мотор. Мы едем в сторону аэропорта под безумные треки брата. Басы врываются в уши, но я вздыхаю с долей облегчения. Идея покинуть город возникла не у меня и не у Орлова. Арсений настоял на этом. Он видел, как тяжело мне находиться здесь, постоянно наблюдать за судьей и его прихвостнями, ждать, что их настигнет карма, поэтому подначивал Сашу, который, к слову, стал мне ближе всех остальных. Тяжелый разговор случился. Для меня тяжелый. Невероятных усилий стоило признаться в чувствах к пернатому и открыть лимит доверия, но я смогла, как и он. Эмоции утихли, но не сошли на нет. Я все еще яростно желала мести всем, по чьей милости лишилась матери и брата. На меня накатывало. Слишком часто и порой чрезмерно болезненно, и вот тогда Орлов переубедил меня перевестись в столичный ВУЗ. Возни много, но мы сделали это. Нужно было время, чтобы прийти в себя. Я хотела этой жизни давно,