Темные боги. Дорога тьмы - Андрей Андреевич Красников

— Обязательно, — кивнул я, чувствуя, что в кои-то веки нащупал интересную ниточку. — И колбасы жареной, иначе тоже упьюсь к чертям.

— Да с этой водички никто не упивается, — добродушно хмыкнул собеседник, подбрасывая дрова в маленькую печь. — Вот с винами сладкими такое часто бывает.

— Что-то не видел я тут никаких вин.

— Спрашивать надо. Они не у всех попадаются.

— Ясно. А этот пьяница что-нибудь интересное говорил?

— Да как обычно. Дескать, прошел до самой Аншанассы, отбился от всех самых страшных демонов, а затем проводил друзей к небесному храму и вернулся. Этот бред уже никто слушать не хочет.

— У нас на севере об этом мало что знают. Байки все время гуляют, но я о таких вот рассказах первый раз слышу. Точнее, не совсем первый, но только здесь хоть что-то начал понимать.

Бармен еще раз хмыкнул, отправил на грубую сковородку несколько кусков аппетитно выглядевшей колбасы, после чего весело рассмеялся:

— Правду говорили, что ты рано или поздно до меня дойдешь. А я думал, терпения не хватит.

— Э… в смысле?

— Думаешь, тут никто не заметил, что какой-то седой мальчишка про небесный храм днями и ночами повсюду спрашивает? Ребята уже ставки принимают, доберешься ты до очередного кабака или бросишь наконец-то это дело.

— Я же вроде как ничего не нарушаю?

— Да боги с тобой, никто и не говорит, что нарушаешь. Просто забавно выглядит.

Признание собеседника заметно пошатнуло мою веру в собственную гениальность — я абсолютно упустил из виду тот факт, что в маленьком городке, жители которого месяцами не видят никаких новых лиц, затеряться в толпе и незаметно собрать нужную информацию будет весьма затруднительно. Сейчас это осознание пришло.

— Мне именно поэтому никто ничего внятного сказать не может?

— Так ты же ничего внятного и не спрашиваешь, — усмехнулся мужик. — Новости тебе из столичных деревень подавай, о пьяницах рассказывай… а кому это надо? Всем лень.

— Я же и заплатить могу.

— Так с этого и начинал бы. За тридцатку золотом я тебе сам все что хочешь объясню.

Мысленно проклиная свое неуместное желание поиграть в секретного агента, я полазил по карманам, добыл оттуда необходимую сумму и торжественно водрузил ее перед барменом. Тот без какого-либо стеснения смахнул золотые монеты в ящик стола, затем неторопливо нацедил две кружки пива и поставил передо мной тарелку с разогретой колбасой:

— Держи. И спрашивай, чего хочешь.

— Я хочу найти небесный храм. Он существует?

— Понятия не имею. И никто не имеет.

— Ладно. В столицу раньше действительно ходили собиратели?

— Ага. Думаешь, почему тут городок наш построили? Очень удобно было.

— А сейчас?

— А сейчас мы больше торгуем и овощи с пшеницей выращиваем. Тоже хорошее дело, я тебе скажу.

— Верю… из столицы на самом деле возвращаются люди?

— Редко, — пожал плечами собеседник. — А если приходят, то быстро дохнут. На них все так и смотрят — как на глупых смертников.

— И ваши видящие ничего не делают?

— Раньше делали, расспрашивали их, следили, но затем бросили. Смысла нет.

— Они всегда умирают? Как?

— Да по-разному. Кто-то вином траванется, кто-то замерзнет, кто-то в поля уйдет и сгинет. Один даже в озере нашем утонул, как остолоп безмозглый.

— И никто об этом не говорит?

— Они же пришлые. Свои в Аншанассу давно не ходят.

— То есть, рядом с вами творится какая-то хрень, а вам все равно?

— Так и есть, парень, так и есть. У нас тут мирно и спокойно, это главное.

Я немного помолчал, рассматривая колбасу и думая, о чем еще можно спросить. Трактирщик охотно подтвердил все рассказы моего случайного знакомого, картина творившихся здесь событий окончательно приобрела налет достоверности, однако более ясной все равно не стала. И сломать этот барьер непонимания у меня никак не получалось.

— Вот дерьмо. Вы сами-то что думаете?

— Да мне плевать, — безмятежно улыбнулся мужик. — Не мои проблемы.

— А остальным?

— И остальным тоже плевать.

— Но насчет столицы у вас личное мнение все же имеется? За тридцать-то золотых?

— В столице что-то возникло, — посерьезнел бармен. — Возникло и теперь занимается какими-то своими делами. Как по мне, соваться туда не нужно. Если хочешь жить, само собой.

— Небесный храм?

— Обычные люди ничего о нем не знают, поверь. Можешь болтаться здесь хоть целый год, но никто тебе ничего толкового не расскажет. Лучше сходи к видящим. Или в одну из деревушек, там народ гораздо больше этим дерьмом интересуется.

— Понял, спасибо…

Я по инерции заглянул еще в одну таверну, выпил там еще одну кружку пива, поговорил с очередным полностью индифферентным ко всему происходящему трактирщиком, а затем решил, что с меня хватит — кажется, тот максимум информации, который можно было получить от простых жителей города, я уже получил. Здравый смысл подсказывал, что следующим этапом должен был стать визит к здешним чародеям — несмотря на то, что общаться с магами я слегка побаивался, альтернативой этому являлся поход в столичные пустоши, которые по своей сути являлись заметно более опасными, нежели здешняя пастораль. Вдобавок, у меня имелась рекомендация мастера Ши. Пусть данная им только на словах, но все же.

Проведя некоторое время в бесплодных размышлениях, я вернулся в центр города, потратил минут пять на поиск верной дороги, после чего оказался рядом с пресловутой Синей башней. Резиденция местных волшебников мало соответствовала своему названию — комплекс приземистых желто-серых зданий больше напоминал обычную казарму, а возвышавшийся над ней лиловый минарет едва ли мог претендовать на гордое звание башни. Тем не менее, скучавший возле главного входа часовой подтвердил, что я оказался в нужном месте.

— Верно, паренек, это здесь. А тебе что надо?

— Я по рекомендации мастера Ши. Он сказал, что в случае необходимости можно к видящим обращаться.

— Ну, обращайся, — собеседник равнодушно зевнул и потерял всяческий интерес к дальнейшему разговору. — Внутри кто-то есть. Наверное.

Слегка недоумевая от местных порядков, я осторожно миновал открытую дверь и оказался в просторном, но достаточно скудно обставленном зале. Абсолютно пустом зале с несколькими темными выходами.

— Вот дерьмо. Есть тут кто?

Мой громкий вопрос пролетел по комнате, отразился от стен и затих где-то вдали,