Рубиновое сердце - Асти Брамс

Устало разувшись и сняв куртку, я пошла в спальню переодеваться. В процессе позвонила Женьке, но он не взял трубку. Как по щелчку начала себя накручивать – неужели это часть наказания? Как будто мне мало!

И только я подумала о том, что несносный мажор нарочно решил сегодня задержаться на работе, как вдруг услышала, что хлопнула входная дверь. Прислушавшись к шагам, которые отдалились на кухню, ощутила, как соскучилась по любимому. Хотелось просто прижаться к нему и ничего не говорить! Пусть дуется, но только не отталкивает.

Накинув поверх нижнего белья футболку оверсайз, я с нетерпением отправилась на кухню. Волнение невольно играло внутри. Так не хотелось снова ссориться! Ну, пожалуйста! Хоть бы он тоже сильно соскучился по мне…

Закусив губу, я решительно миновала дверной проем, но едва сделав два шага, застыла, как вкопанная… Жени на кухне не оказалось. Возле барной стойки я увидела Михаила Антоновича – его отца, одетого в дорогое коричневое пальто. А возле окна – по мытому полу в уличной обуви топталась Алла Борисовна, поглаживая рукой ворот соболиного полушубка.

Глава 28

– Здравствуйте… – растерянно выдохнула я, машинально оттянув края футболки, хотя она итак доставала мне до середины бедра.

– Здравствуй, – сдержанно поздоровался отец Жени.

А его мать лишь холодно усмехнулась и деловито направилась к своему мужу. Как змея прильнула к его плечу, чтобы сказать:

– Я же говорила тебе. Эта девка опять с ним! Мало того еще и расхаживает здесь, как у себя дома!

Лицо вспыхнуло. И жар прошел по всем телу до испарины на коже, будто кошмар, которого я так боялась, резко стал явью! Настолько вышиб почву из-под ног, что я мгновенно почувствовала себя маленькой и беззащитной мышкой, оставшись один на один со львами.

– Ну что ты молчишь, воды в рот набрала?! Аферистка…

– Алла! – осадил ее муж.

– Я не аферистка, – обиженно возразила я. – И не должна оправдываться за то, что встречаюсь с вашим сыном!

Мать Жени фыркнула.

– Нет, ты смотри, как она заговорила! Еще вчера унитазы натирала в моем доме, а теперь что?! Поверила в себя, оборванка несчастная!

– Алла, прекрати!

– Нет, я все выскажу этой дряни!..

Шум поднялся в ушах. Меньше всего я хотела показывать эмоции при этих людях, но нервы неожиданно сдали. На глаза набежали слезы, и я резко развернулась, собираясь уйти, как вдруг глаза поймали Женю. Он вошел на кухню, впиваясь в меня суровым взглядом, который следом перевел на своих родителей.

– Какого черта это значит?!

Приблизившись, Женька покровительственно обхватил мои плечи и встал так, чтобы я находилась за его спиной.

– Здравствуй, сын…

– Что вы здесь делаете?! – грубо перебил он отца.

– Ты, конечно, извини, но мы не должны спрашивать разрешения! – язвительно вклинилась Алла Борисовна.

– Еще как должны! – рявкнул Женя. – Это моя квартира, а вы здесь нежеланные гости!

Она буквально на глазах покрылась пятнами и отбила:

– Эту квартиру подарил тебе отец, неблагодарный щенок!

– Да? – вкрадчиво спросил любимый с налетом стали в голосе. – Тогда забери ее нахрен, папа, если думаешь, что можешь заявляться сюда, когда тебе вздумается!

– Нет, ты слышал?! Кого мы вырастили, Миша…

– Да замолчи же, твою мать! – неожиданно повысил голос Михаил Антонович. Затем обратился к сыну: – Ты прав, Женя, мы не должны были приходить без предупреждения. Но случилась ситуация, которую нам стоит безотлагательно обсудить!

Женя склонил голову набок.

– Ситуация? Это ты о Марине что ли? Тогда это не обсуждается!

Я продолжала прятаться за широкой спиной Жени, украдкой выглядывая из-за его плеча. Поэтому видела, как его отец медленно набрал в легкие воздуха, прежде чем попросил:

– Марина, выйди, пожалуйста! Мне нужно поговорить с сыном.

Я высунулась из-за спины любимого, но он тут же шагнул следом, чтобы закрыть меня от внимания родителей

– Ты слышал меня?! – с наездом воскликнул. – Разговора не будет! Марина – моя девушка, это все, что вам нужно знать. А если что-то сказать хочешь, говори при ней!

Обстановка накалилась до предела. Я не знала куда деться и вся тряслась, цепляясь за мужскую куртку.

– Что ж. Если ты настаиваешь... Пусть слушает.

А мне как-то сразу захотелось зажать уши. Интуиция билась в конвульсиях от плохого предчувствия.

– Начну с того, что к этой девушке у меня нет претензий. И я вовсе не сомневаюсь в том, что она хорошая и достойная! Но ей придется понять, что разделения в обществе существуют неспроста. Хотя ответственность за эту ситуацию целиком и полностью лежит на тебе, сын! Ты должен был подумать, как твои решения могут отразиться на нашей семье. Ты! Потому что быть сыном губернатора – не просто статус. Это обязанность, репутация и честь, которую нужно безукоризненно блюсти! Быть эгоистом и слепо следовать своим желаниям просто недопустимо…

– Господи, Миша, хватит с ним нянчиться! – вдруг всколыхнулась Алла Борисовна. – Он уже давно не мальчик, и прекрасно понимает, что журналисты следят за каждым твоим шагом! И очень скоро они будут с извращенным удовольствием смаковать новость о том, что сын губернатора в отношениях с прислугой! Думаешь, только мы пострадаем? Твоя драгоценная подружка тоже отхватит сполна, будь уверен, – с мстительным задором заявила она. – Ведь они перевернут все! Будут разогревать инфоповод любыми способами, утверждать, что этой девчонке нужны только деньги и грязная слава! Хотя, возможно так и есть, кто знает?

Сжав кулаки, Женька вдруг подался в сторону матери. Я еле успела поймать его за руку.

– Еще одно слово и я вышвырну тебя из этой квартиры! – рявкнул он железным тоном.

– Сын! Следи за словами!

– Нет, я не позволю ни тебе, ни ей оскорблять Марину! Если это все, что ты хотел сказать – больше не трать время. Журналисты, репутация – да мне, блять, плевать! Вы сейчас можете городить любую дичь лишь бы настроить меня против, но я имею свою голову на плечах и идиотизмом никогда не отличался!

– Вот именно, ты – умный мальчик! – воскликнул Михаил Антонович. – И должен понять, что мы пытаемся уберечь тебя от ошибок! Не сейчас,