Приговор Любви - Алена Степанова

— Нет, девочка. В этом есть и наша вина. Слишком часто мы оставляли тебя одну, а потом закидывали подарками. А потом я же видела, что с этим замужеством, что-то не так. Мне папа уже потом все рассказал...

— Как дедушка? Он меня простил?

— Да он и не злился на тебя... скорее на себя... Ингуш, я понимаю, что развод не возможен... но может, ты просто вернёшься домой?

— Мам, я сама уже об этом думала... но, я не могу... я, не могу без него...я, люблю его...

— Да что же это за любовь такая! Бедная моя девочка!

— Вот такая и я ею должна переболеть.

— Ты о любви говоришь, как о болезни.

— А это и есть болезнь, самая заразная болезнь на свете.

— Нет, девочка, ты не права, просто Игорь... он не твой человек и ты это поймешь, когда встретишь своего. Поверь мне.

— Может быть, но мам, знаешь, когда я раньше слышала фразу, что на чужом несчастье, счастья не построишь... я не верила... Мам, я так виновата перед Сашкой, так виновата...

Мать и дочь еще долго разговаривали, и Инга выплакала матери все слезы. А у Анны глядя на дочь обливалось сердце кровью, но она нечего не могла поделать.

Свекор со свекровью позвонили первого января, поздравили Ингу с наступившим новым годом, поинтересовались ее здоровьем, передали привет от Игоря. Инга понимая, что никакого привета Игорь ей не передавал, поблагодарила, передав ответные поздравления от себя и родителей.

Анна и Михаил улетали 2 января, гастроли продолжались, и никто их не отменял. В аэропорту, прощаясь с дочерью, Анна сказала:

— Ингуш, пообещай мне подумать о возвращение.

— Хорошо, мам обещаю.

— Да и рожать все же лучше дома.

— Ну, до родов еще больше месяца...

Проводя родителей Инга, ехала домой в такси. ' Может действительно, бросить все и уехать?'- думала она, прикрыв глаза. 'Игорю только на руку будет мой отъезд, глаза ему мозолить не буду'. — Ее мысли прервала резкая боль в пояснице, а сидение под ней стало мокрым. Инга испуганно вскрикнула:

— Нет! Еще рано...- тут боль повторилась и девушка почувствовала, что теряет сознание.

'Только бы с малышом, все было в порядке',- подумала Инга, заваливаясь на бок и теряя сознание.

Перепуганный водитель доставил женщину в ближайший госпиталь. Там проверив ее документы, которые она всегда носила в сумочке, позвонили в посольство.

У Инги, в связи с бурной родовой деятельностью, начала отходить плацента и ее экстренно прооперировали.

— Спасите малыша, — повторяла девушка пересохшими губами, — спасите...

Как потом объяснили Инге, ей очень сильно повезло в том, что ее вовремя доставили в больницу. Да и представитель советского посольства быстро приехал и уладил все формальности. Операция прошла без осложнений и Ингу заверили, что в дальнейшем ей ничто не помешает иметь еще детей. Но девушку не интересовали другие возможные дети, все ее внимание было сосредоточенно на малыше, который лежал в инкубаторе. Только о нем она молила и бога и дьявола, прося, чтобы все с ним было в порядке. Ее ребенок, ребенок от которого она, вначале испугавшись, хотела избавиться. Ее сын!

Мальчика назвали Дмитрием, в первые дни после выписки Инга насмотреться на него не могла, ей все казалось, что он не дышит. Она постоянно подходила к колыбели, прислушиваясь к малышу, любовалась им. Смотря на сына Инга, наверное впервые полностью осознала, то, что сделала Саша, настояв на его рождении.

Приехавшие родители Игоря с восторгом рассматривали внука.

— Игореша, он вылитый ты, — Елизавета Егоровна тискала внука, — Илюш, подтверди — Димочка вылитый Игорь.

— Похож, — согласился Илья Васильевич, делая внуку 'козу'.

А Игорь, рассматривая этот маленький, кричащий, красный комочек не мог найти с собой никакого сходства. К новорождённому сыну он никаких чувств не испытывал, ну ребенок и ребенок. Его сильно раздражало, что все абсолютно все находили сходство между ними. Рождение, внука так похожего на сына примирило Елизавету с невесткой. И она стала относиться к ней немного мягче, даже стала бывать у них, регулярно проведывая внука. Елизавета и Илья видели, что Игорь равнодушен к сыну и старались компенсировать малышу нелюбовь отца.

— Если мужчина любит женщину, то любит и ее детей, — вздыхал Илья Васильевич, — а если к женщине он равнодушен, то и дети ее ему не нужны, будь они хоть трижды и его тоже.

— Что за глупости! — возмущалась Елизавета Егоровна. — Просто Игорек еще не осознал себя отцом, ему нужно время...

* * *

У Димки резались зубки и уставшая Инга носила сына по квартире пытаясь успокоить.

— Ну, что ты маленький, — убаюкивала малыша Инга, — тише, маленький, тише. Папа работает, может ты голодный? — женщина, держа ребенка в одной руке, другой развела смесь в бутылочке. Димка был искусственником, молока у Инги не было. Толи из-за стрессов во время беременности, толи из-за стресса после родов.

— На, миленький, — шептала Инга пытаясь накормить малыша, сидя с ним на диване в гостиной. Но, малыш, отталкивая маленькой ручкой бутылку, продолжал кричать.

— Долго это будет продолжаться? — из своего кабинета вышел разгневанный Игорь.

— У него зубки режутся, — устало сказала Инга.

— Ну и что? Ты мать или кто? Успокой его, накорми или еще что там вы женщины делаете...

— Я пытаюсь...

— Да, ты ни на что непригодна, даже ребенка успокоить не можешь!

Это было последней каплей так долго сдерживаемой лавины. Ингу как будто ветром подняло с дивана, она подскочила к мужу и буквально насильно всунула ему в руки сына.

— Ладно, я плохая мать! А ты- хороший отец, возьми и сам успокой, он и твой сын тоже! — сказав женщина, выскочила из комнаты и побежала в спальню. Игорь с плачущим сыном на руках последовал за ней.

— Ты куда собралась? — спросил он у натягивающей джинсы Инги.

— Не твое дело! — следом за джинсами девушка надела белую футболку. — Ты же мне не отчитываешься, когда развлекаешься со своими шалавами.

— Много чести, отчитываться перед тобой, — Игорь поудобнее перехватил младенца, отчего малыш еще громче раскричался.

— Да, ради бога! Не отчитывайся, — взяв, сумочку кинув туда кошелек, она вышла из комнаты.

— Тебе уже давно пора пообщаться со своим сыном, — донеслось до растерявшегося мужчины. Игорь услышал, как хлопнула входная дверь.

— Что же мне с тобой делать? — пробормотал Игорь, приподнимая кричавшего сына и смотря в серые наполненные слезами глазки. Малыш словно понимая резко замолчал, так же внимательно разглядывая отца.

Сколько маленький и большой мужчина разглядывали друг друга? Сердце Игоря дрогнуло в тот момент, когда сын, улыбаясь беззубым