Интересная жизнь… Интересные времена… Общественно-биографические, почти художественные, в меру правдивые записки - Владимир Михайлович Соколов

Вспомнить хочу и Лешу Габриловича, режиссера нашего отдела, сына знаменитого киносценариста Евгения Габриловича (автор фильмов, вошедших в золотой фонд советского и российского кинематографа: «Мечта», «Два бойца», «Убийство на улице Данте», «В огне брода нет», «Начало», «Странная женщина», трилогии о Ленине и десятка других фильмов). Тонкая, интеллигентная натура. Поначалу наши отношения складывались не лучшим образом – с комсомольским задором я нечаянно больно задел его, до сих пор переживаю, но достаточно скоро мы относительно тесно сблизились. Осмелюсь предположить, но, по-моему, этому способствовала близость наших характеров и воспитания: толерантность, отсутствие неприязни к людям, ранимость… Близким другом его был Дима Оганян. Талантливый сценарист, но запойный пьяница. Леша очень трепетно его опекал. Помню, как пришли они к нам домой и засиделись мы до глубокой ночи за «кружкой чая». Собирается Габрилович уходить, видит – Дима не транспортабельный. «Слушай, пусть он у тебя переночует». – «Конечно, нет вопросов!» Постелили ему на узком диванчике в маленькой комнате, где стояла кроватка дочери. Жена до сих пор вспоминает, как утром приехала ее мама присмотреть за внучкой, видит – меня нет (я уже на работу ушел), а в квартире какой-то посторонний мужчина спит! Теща строгая была, грозно на дочку взглянула, та еле отговорилась. Но рассказать я хочу о другом, казалось бы, незначительном случае, с Лешей связанном, очень характерном для него, да и для всего тогдашнего времени в целом. Сегодня, думаю, об этом уже можно поведать.

Очень нравилась ему одна из дикторов телевидения. Действительно, роскошная была женщина! Красивая, какой-то благородной красотой дворянских кровей. К тому же строгая, недоступная. Леша пытался за ней ухаживать – бесполезно. И вот подходит он как-то ко мне весь сумрачный, угнетенный.

– Ты знаешь, тут такое… Она вдруг согласилась на свидание со мной! Я обрадовался, а потом задумался. И не пришел.

– Почему?!

– Надо в рестораны водить, подарки дарить, ухаживать… А такие деньги откуда я возьму? Тяжело… Нехорошо.

Так печально и закончилось это его увлечение. Тут, казалось бы, можно в этой главе и точку поставить. Но как закончить свое повествование о молодежной редакции, не рассказав о главном ее «продукте» – КВН? Итак, роль КВН в жизни страны и моем скромном существовании.

Узкая комната-лодочка в Козицком переулке. Маленький, плохо работающий телевизор, который за неимением места для тумбочки стоит на подоконнике. Загруженный работой в райкоме комсомола, не так часто его смотрю, но как-то раз увидел довольно занимательную передачу – «КВН». Молодые непрофессиональные ведущие, остроумные конкурсы, молодежная самодеятельность… Интересно, в меру весело, хотя особого впечатления передача на меня не произвела. Не знал я, что достаточно скоро она станет чуть ли не основным содержанием моей рабочей жизни.

Пришел я на телевидение. В ряду других – скромная передача «КВН». И вот где-то с 1964/65 года вдруг, именно вдруг – резко, сразу – бурный взрыв! Ошеломляющая популярность у телезрителей, лавинообразный рост количества жаждущих играть команд, создание местных КВН по всей стране, внимание к этой игре региональных властей, прессы и т. д. и т. п. И вновь повторюсь, как уже писал я о жизни молодежной редакции ТВ, менее всего я приписываю этот взрыв своему появлению у руля молодежки! Так карта легла. Дыхание времени. Творческая атмосфера. И, конечно же, работа прямых организаторов КВН – режиссера Беллы Сергеевой и редактора Марьяны Краснянской. Появились новые авторы, актуальнее и острее стали сценарии, серьезнее стала подготовка команд. Я же, чем мог, содействовал этому и, что весьма важно, прикрывал «своей спиной» беспрерывные ожесточенные нападки на передачу от многочисленных ее воителей как внутри Госкомитета, так и вне его.

Авторов искали мы везде. В память запал один эпизод. В нашем отделе работала редактором скромная тихая миловидная женщина с красивым именем Зоря. «У меня муж сценарист. Он может и для КВН писать». Встретились мы с ее мужем. Небольшого роста, молчаливый, пожилой, по моим тогдашним меркам. Не помню, в связи с чем, но пошли мы втроем в Министерство внутренних дел. То ли что-то согласовывать там, то ли за интересными сюжетами. Вышло что-либо с МВД, не вышло – не это главное. А главное то, что мужем Зори был человек, который стал впоследствии крупнейшим писателем страны, одним из самых моих любимых – Борис Васильев. Автор «А зори здесь тихие», «Не стреляйте в белых лебедей», «В списках не значился», десятков других потрясающих повестей, рассказов, пьес, многие из которых экранизированы. А сама тихая Зоря в годы войны была единственная в Советском Союзе женщина – испытатель танков! До сих пор радуюсь я, что хоть и на короткое время, но свела меня судьба с этими людьми. Я несколько раз встречался с Борисом Львовичем в домашней обстановке. Мне показалось, что ему было интересно беседовать с человеком моего поколения. Скупо, но он и сам рассказывал о войне, о том, как познакомился на танкодроме со своей женой. Оживился, когда я поведал ему историю своего отца, его «подполье» в советское время, то, что всю войну он прошел заместителем командира противотанкового полка. Наверное, это его как танкиста заинтересовало. Даже встретиться с ним захотел, но не сложилось. Он не жаловался на свою нынешнюю жизнь, хотя в редких ее оценках был строгим, я сказал бы, даже жестким критиком действительности. А жил он в то время тяжело. Его не печатали, пьесы не ставились. Вот он и вынужден был подрабатывать на ТВ.

Много времени занимал у меня КВН. Конечно, всю основную работу над передачей делали ее режиссер и редактор, но немало приходилось и на мою долю. Искал, просматривал и отбирал вместе с ними сценарии КВН, собирал жюри (часто сам в него входил), знакомился с командами, помогал организовывать работу местных телецентров тех городов, где проходили встречи, трансляцию передач оттуда и многое другое. Я ходил практически на все тракты (репетиции) передач КВН, стараясь угадать, что может вызвать гнев у охранителей властей (хотя сделать это было крайне затруднительно, так как, во-первых, передача шла в прямом эфире, и что там могут «ляпнуть» ее участники – одному богу известно), и, во-вторых, совершено нельзя было предугадать направление этого гнева. Дело иногда доходило до анекдота.

Одна из финальных встреч команд была в Днепропетровске. Приехал я туда и получаю от руководства Гостелерадио распоряжение: возглавить комиссию