Лечение сном. Из записок старого психиатра - Андрей Сергеевич Чистович

видим, что здесь у Антон, безразличные раздражители дают реакцию, мало отличающуюся от нормы, а вместе с тем ряд определенных слов выявляют патологическую деятельность коры, сходную с той, что мы видели у Ефрем., на все слова. Следовательно, приходится думать, что на фоне сравнительно мало нарушенной речевой деятельности существует определенный «больной пункт», «динамический комплекс», речевые связи в котором оказываются измененными, деятельность в пределах которого оказывается упрощенной («энтдиференцированной»). В свете анамнестических данных не остается сомнений в том, что больной пункт этот относится к сексуальному инстинкту. По-видимому, в пределах этого динамического комплекса еще нет устойчивых форм: бред больной находится еще в непрерывных превращениях, напоминающих сновидения. Хотя у Антон, нет столь глубокого сонного состояния, как у другого нашего больного Семен., во время его гипно- гогических приступов, но вместе с тем мы видим, что структуре патодинамической у Антон, не противостоит какой-либо иной вид корковой деятельности; вся кора ее в целом находится в состоянии значительно пониженного тонуса – не даром все поведение б-ной напоминает человека, находящегося в полусне. Если уже сейчас попытаться пронести дальше сопоставление между Семен, и Антон., то нужно отметить, что общим для них обоих является промежуточное между сном и бодрствованием (гиперсомническое) состояние; но, тогда как у Семен, его слабая кора только временами, периодически, погружается в состояние, очень близкое к нормальному, хотя и поверхностному сну, здесь, у Антон., мы имеем постоянное сноподобное состояние; но сон этот неравномерный, парциальный в смысле интенсивности. Ограничимся пока этими соображениями и перейдем к изложению дальнейшего материала.

История болезни за 24–25 отмечает непрерывное галлюцинирование, б-ная сделала попытку повеситься. 25/11 б-ной произведена подкожная инъекция скипидара (2,5 к. с. под кожу бедра).

Случай № 24

Б-ная Пивов. 23 лет, студентка, находилась в Психиатр, клинике ВИЭМ с 15/Х—36 г. по 22/XI—36 г.

В наследственности ничего существенного не отмечается. Развивалась правильно; замкнута, любила одиночество, много читала, была очень серьезной. Месячные с 12 лет. Заболела впервые в 1930 г. после того, как не была принята в ВУЗ. По словам матери стала «таять», появилась апатия ко всему, была около 2-х недель в «бессознательном состоянии». Поправившись и поступив в ВУЗ, училась до марта 1936 г. Была влюблена в студента, который в 1934 г. женился на другой. Пережила это тяжело, но осталась здоровой. Заболела в марте 36 г. после того, как сама перенесла грипп и ухаживала в течение длительного времени за больной матерью, что было связано с значительным утомлением и вынужденными бессонными ночами. Б-ная перестала спать (несмотря на дачу снотворных) появилась тошнота, страхи, заявляла, что она никому не нужна, пыталась броситься в окно и т. д. Затем состояние еще более ухудшилось: б-ная порывалась куда-то бежать, обнаруживала неясное сознание, зрительные и слуховые галлюцинации, слышала голоса, ругавшие ее, ощущала падение в пропасть. По ночам и даже днем ходила как во сне. Был длительный отказ от пищи. Высказывала нелепый бред: из за границы прислали людей из кислорода и углерода. Б-ной был поставлен диагноз шизофрении и она была привезена для лечения длительным сном. В соматическом статусе отмечалось: пониженное питание, тахикардия, аменоррея с июля. Со стороны психической: б-ная ориентирована, отвечает на вопросы адекватно; плачет, тиха, малоподвижна, говорит монотонно, имеется эхопраксия.

Интересна дальнейшая судьба б-ной. Она была подвергнута лечению длительным сном. По пробуждению от 7-дневного сна в первые два дня она еще высказывала прежний бред, а затем вполне от бреда освободилась, критически к нему относилась. Была выписана, уехала домой: в дальнейшем через несколько месяцев у нее снова наступило ухудшение. – Может ли этот случай быть сопоставлен с первыми? Нам кажется, что да. Фантастичность, фееричность бреда б-ной лучше всего поддается сравнению со сновидениями, (за недостаточностью сведений мы его не может «расшифровать»). Болезнь развивалась после того, как у б-ной был «сорван» сон. После периода бессонницы б-ная прошла через острый онероид- ный эпизод, т. е. острое «заболевание тормозного процесса» в коре; однако восстановления полного не наступило: сон оставался нарушенным, (б-ная ходила «как во сне» по словам матери). Улучшение же после лечения началось с того, что у б-ной восстановился сон, она стала спать даже больше нормы. Следовательно и в этом случае несомненной шизофрении (об этом, к сожалению, говорят катамнестические сведения) мы имели по началу болезненное нарушение, сводящееся к фазовому состоянию, к неполному сну коры. Различия между описанными случаями никак не должны нас удивлять. Павлов, наблюдавший состояния переходные от сна к бодрствованию у собаки, отмечал большое разнообразие этих фазовых состояний. У человека с его бесконечно сложной корковой деятельностью количество возможных вариантов конечно уже а priori должно быть очень большим

Случай № 25

Свирид. 30 лет, поступила с диагнозом «параноидный психоз»; в направлении отмечались бредовые идеи преследования и отравления. Сама жаловалась на головную боль и головокружение, плохой сон и страхи.

Из анамнеза отметим: алкоголизм обоих дедов; отец страдал хроническим ревматизмом, умер от сердечного заболевания. Мать умерла от сыпного тифа, было, осложнение на психику. Из 12 человек детей б-ная— 3-я. Одна сестра страдала хореей. Сама больная в детстве много болела. Менструации у б-ной с 16 лет. Замужем с 24 лет; мужа уважает, но считает неинтересным; 3 беременности: здоровая девочка 4 лет и два аборта, последний в январе текущего года. Чувствовала себя после него слабой, но в марте возобновила занятия в КомВУЗ’е и работу в ОРС’е. Была занята более 12 часов. Стала уставать: появились головные боли, головокружение, слабость. В марте, в ЗРК того ОРС’а, где работала б-ная произошло подряд 4 кражи. Б-ная подозревала заведывающего магазином. Не досчитавшись тысячи рублей паевых взносов, обвинила его же; чтобы его выследить, пошла с ним в театр. В театре он угостил ее мармеладом: ей показалось, что мармелад отравлен. Стала бояться, что завмаг ее хочет убить, боялась оставаться в квартире, казалось, кто-то вошел в дверь; 4 или 5 ночей не спала. Считая себя отравленной, сама пошла в амбулаторию; однако, слабительное считала отравой. Подала заявление в Правление ОРС’а, где указывала, что в магазине вредители. Одно время показалось, что пропал партбилет, считала, что завмаг подкупил няню и та его вытащила… В преморбидном характере б-ной муж отмечал замкнутость: всегда была задумчивой, молчаливой; если ее обидят, молча плачет. Никаких увлечений за время замужества не имела: мужчин боится. Было увлечение в 16 лет человеком, которого прогнала, усомнившись в серьезности его отношения. Всегда была чистоплотной, брезгливой, мнительной.

Б-ная – пикнодиспластик. Хвостек и мерцательн. феномен резко положительны. Органических симптомов со стороны ц. н. с. не отмечалось.

Как видно из изложенного, возникновение бреда связано по