Роман после драконьего развода - Карина Иноземцева

— Зря ты это, Дев'рах, — шепнул Мудрец.

Выхватила у дедка юридически важную бумажку и развернулась. Как ледокол двинулась к выходу из этого столпотворения.

— Тот кто коснется ее, станет законным мужем! — раздался пакостливый голос Дев' раха.

— Коснетесь меня — отгрызу руку и запихну ее в жоп…, — доча дернула меня за руку. — В то место где у вас мозг!

Ягу' л взглянул на меня, как потерянный ребенок. Его рука замерла в паре сантиметрах от моего плеча.

— Нет! — показала ему клыки. — Не подходи, — тихо шепнула орку, несясь мимо собравшихся. — Сколько времени прошло с ухода Урд' аха?

Ему явно обещали многое, в том числе и меня. Не просто так он смотрит на меня, как побитая псина и ждет ласки.

— Пара суток, — обиженный голос и взгляд полный боли должны были меня остановить, но…

— И ты все это время молчал? Какой, к черту, ты друг после этого? Урд' ах тебя защищал передо мной! Просил чтобы сына твоего кормить не бросала! А ты… Правильно от тебя ат отказалась. Шрама на лице мало!

Я намеренно ударила по больной теме. Злоба и гнев кипели во мне и норовили расплескать яд по всему пространству.

Шла, распугивая собравшихся отвергнутых и не переставала шипеть. А потом увидела переносной паланкин из алых тканей и полупрозрачных вуалей.

— Ты уверена что выживешь с наружи? — Кар'а, наверное, не знает что над головой бывает небо.

Ат привыкла жить на всем готовом и не знает что можно хотеть безумств по типу свободы и личного выбора. В ее глазах читался вопрос "Ради чего я все это затеяла".

— Когда-нибудь вы сами это поймете и начнете смотреть своими глазами, а не чужим умом.

Обошла паланкин и решительным шагом покинула пещеру.

А вот дальше беда.

Я не знаю куда идти и что делать. Даже достойно заплутать не смогу — сразу сгину.

Хорошо что у меня Ирина магичка. Она создала летающие огоньки и "путеводную нить", которая вывела нас в вечернюю прохладу степи.

На фоне темнеющего неба, в дуновении свежего ветерка, стоял буйвол и мирно жевал сухую траву.

— Нас ждут! — радостно воскликнула дочка и потянула меня в сторону.

Возле большого валуна стоял Шар'ах. Он напряженно вглядывался в даль. Приближение Иры он заметил, но не отвлекся от своего наблюдения. Настолько собранным и сосредоточенным я его никогда не видела.

— Лиера Оливия, — без приветствия обратился ко мне хал.

Я внутренне собралась и приготовилась к тяжелому разговору. Больше всего настораживало отсутствие ар'хана. Не мог же орк оставить своего сына на неизвестное количество времени.

— Что-то случилось? — обеспокоенный голос выдавал меня.

— Болотники решила развязать войну, а папа…, — я сглотнула вязкую слюну и прижала мяукающего сына к груди. — Отец пошел в их толпу для разговора, а меня отослал сюда. Он… Чувствовал, что вам понадобиться помощь. — хал отвел взгляд и очень быстро затараторил: — Понимаю, вы устали, но можно мы прям сейчас поедем к папе?

В его тоне проскользнуло слезное прошение. Весь хал был максимально сосредоточен на моем ответе. А меня начало потряхивать от переполнявших эмоций.

Ни одно, так другое с этим орком!

— Конечно пошли! — перебросила ремень сумки на плечо и посмотрела в глаза дочери.

Магичка дунула на свои руки и вокруг нас взвились сотни маленьких светящихся искорок.

— Светлячков не будет видно издалека. Только если близко будем стоять, — отчиталась умная красавица.

Шар'ах с благодарностью посмотрел на девочку и быстро снарядил буйвола. На спокойное и безразличное животное повесили наши скромные пожитки и посадили Ирину. Я отказалась нагружать животное своим весом. Волосатая корова и без тяжести идет медленно, а нам сейчас надо поторопиться.

— Шар'ах, почему твой отец вечно встревает в приключения? — я хотела развеять обстановку и узнать что-то стоящее об орке за которым готова идти даже в разгорающуюся войну.

— В племени ему не нравилось что жрецы запрещают женщинам учиться, трудиться и иметь какое-то занятие. Моя мама как вошла в дом отца, так и поселилась в спальне. Я не помню ее, но папа говорил что ее тело мыли четыре ар'хана. Когда она отказывалась от него, то ее рукой управлял жрец.

— Не Дев' рах ли? — прошипела я, ощущая как сожалею о том, что не расцарапала рожу деду.

— Не знаю, лиера, — торопился хал вперед.

Ирина уснула на мерно покачивающейся спине. Арсиэль теперь просто смотрел по сторонам. Я соорудила для него местный аналог "кенгуру", освободив себе руки.

— Почему ты меня называешь лиерой? — не хватало мне, чтобы каждый встречный знал что я — дракон.

— Вы покинули племя, значит не согласны принимать наши традиции и устои, — улыбнулся парнишка.

— Отец сказал, что вы слишком сильная, чтобы сгибаться под давлением жрецов.

— Пфф, может я за Урд'ахом пошла, а не от племени бегу, — попыталась прощупать почву.

— Вы не посмотрите на отвергнутого и изгнанного. Вам нужен дом, слуги и книги с мечом, — отмахнулся от моего предположения Шар' ах. — По драконьим стандартам ар'ханы уроды недоразвитые. Тем более, что лиера Клариса уже высказалась по поводу отца. Не обнадеживайте пожалуйста папу. Не делайте ему лишний раз больно. Он и так не понимает почему вы его до сих не прогнали и привечаете.

Так, понятно что у нас разная культура, но… Неужели мне придется брать все ухаживания и конфетно — букетный период на себя?

Глупые устои и печать отвергнутого. Такой мужик пропадает!

38

В условиях недостаточной видимости, горящая степь выглядела ужасающе.

Дым несся в сторону входа в пещеры. Ужасающая картина раскинулась под нашими ногами. Ветер доносил лишь отголоски непередаваемого буйства стихии. Огонь пожирал всю мелкую травку, уничтожал каждый стебелек и пробирал землю до основания. Я ощущала мощь пожара, дышала его всполохами, наслаждалась долетающими до меня искрами, чувствовала его мощь всем телом.

Мой взгляд был прикован к ночному буйству. А сердце млело вместе с разгулом стихии.

— Мы не успеем! — встревоженный голос Шар'аха. — Они напали! Отец!

— Пытаются выкурить, — прошептала я, наблюдая за умирающей степью. — Урд' ах в безопасности. Огонь не забирал его жизнь, — завороженно дышу ночной прохладой, а чувствую как пыл и жар проникают в легкие. Они расправляли тело, выжигали во мне усталость и наполняли энергией.

Ноги перестали гудеть, а больная спина тянуть. Мой взгляд сейчас острее чем прежде и вижу я дальше, чем всегда. Любое живое существо попадало в область моего наблюдения.