Капитал и идеология - Томас Пикетти

class="p">Начнем с численности духовенства. В первом приближении мы обнаруживаем довольно схожие эволюции в долгосрочной перспективе. Возьмем, к примеру, Испанию, Францию и Великобританию (рис. 5.1). Во всех трех странах мы видим, что в XVI и XVII веках численность духовенства в процентах от взрослого мужского населения достигла очень высокого уровня, порядка 3-3,5 процентов или одного из каждых тридцати взрослых мужчин (и поднялась еще выше, почти до 5 процентов, в Испании в 1700 году - то есть один взрослый мужчина из двадцати). Затем доля духовенства неуклонно снижалась во всех трех странах, упав примерно до 0,5 процента (едва ли один из каждых 200 взрослых мужчин) в XIX и начале XX века. Эти оценки далеки от совершенства, но порядок величин вполне очевиден. Сегодня клерикальный класс составляет менее 0,1 процента населения (менее одного человека из тысячи) во всех трех странах, во всех религиях вместе взятых. Мы также обнаружим, что религиозная практика сократилась, а доля населения, называющего себя "безрелигиозным", значительно возросла (от трети до половины) в большинстве европейских стран.

Несмотря на то, что долгосрочные эволюции довольно схожи, в частности, примечательны фактическим исчезновением религиозного класса и крахом религиозной практики, точные хронологии заметно отличаются от страны к стране. Поэтому мы можем рассказать несколько разных историй, каждая из которых отражает эволюцию властных отношений в конкретном обществе, а также политические и идеологические противостояния, происходившие между государственными и религиозными институтами, монархической и церковной властью. Во Франции, как отмечалось в предыдущей главе, численность клерикального сословия стремительно сокращалась уже в последней трети XVII века и на протяжении всего XVIII века, после чего оно сильно пострадало от революционных экспроприаций и продолжило сокращаться в XIX веке.

В Соединенном Королевстве этот процесс начался гораздо раньше. Уже в XVI веке произошло резкое сокращение доли священнослужителей среди населения, что стало следствием решения Генриха VIII о роспуске монастырей в 1530-х годах. У этого решения были политические и теологические причины, связанные с конфликтом между британской монархией и Папой Римским, который в конечном итоге привел к возникновению англиканства. Отказ Папы санкционировать развод и повторный брак Генриха VIII был лишь одним из многих спорных моментов между двумя державами, но, тем не менее, он имел большое значение. Вопрос заключался в том, в какой степени монархия и дворянство были обязаны, в рамках трехфункционального порядка, господствовавшего в европейских христианских обществах, подчиняться нормам, провозглашенным Папой и духовенством - нормам, которые были одновременно моральными, семейными, духовными и политическими. Были и финансовые причины для разрыва в период бюджетных трудностей короны: роспуск и экспроприация монастырей с последующей постепенной продажей монастырских владений с аукциона принесли значительные и долговременные новые ресурсы в королевскую казну, одновременно подорвав финансовую и политическую независимость клерикального класса.

РИС. 5.1. Вес духовенства в Европе, 1530-1930 гг.

 

Интерпретация: Духовенство составляло 4,5 процента взрослого мужского населения Испании в 1700 году, менее 3,5 процента населения в 1770 году и менее 2 процентов в 1840 году. Мы видим общую тенденцию к снижению, но периодизация варьируется в зависимости от страны: в Испании снижение происходит позже, в Великобритании - раньше, а во Франции - в промежуточные годы. Источники и серии: piketty.pse.ens.fr/ideology.

В любом случае, роспуск монастырей, который произошел в то время, когда только английские монахи составляли около 2 процентов мужского населения, нанес ранний и сокрушительный удар по церковному сословию в Британии как в плане персонала, так и в плане имущества, одновременно усилив корону и дворянство, которые скупили многие монастырские поместья и тем самым укрепили свою власть над земельным капиталом Британии. По имеющимся оценкам, численность духовенства к концу XVII века сократилась до менее чем 1 процента взрослого мужского населения, в то время как во Франции она все еще превышала 3 процента (рис. 5.1). Этот ранний церковный упадок в Британии шел рука об руку с развитием новой и крайней формы собственничества.

Напротив, в Испании упадок духовенства наступил гораздо позже, чем в Британии или Франции. Церковь, на которую монархия и дворянство опирались в течение столетий Реконкисты, даже увеличила свою численность в период с 1590 по 1700 год. Во время Французской революции испанское духовенство по-прежнему составляло 3 процента взрослого мужского населения, и только в девятнадцатом веке оно начало терять и собственность, и долю населения. На протяжении девятнадцатого века законы desamortizacion постепенно лишали церковь части ее имущества, как финансовых активов, так и земли, путем принудительной продажи церковной собственности в пользу государства, которое пыталось модернизировать себя и укрепить гражданские и государственные институты. Этот процесс продолжался и в начале ХХ века, не без того, чтобы вызвать яростное сопротивление и создать сильную социальную и политическую напряженность. В 1911 и в 1932 годах были оспорены налоговые льготы, поощрявшие частные пожертвования в пользу религиозных учреждений. В 1931 году Вторая Испанская республика столкнулась с большими трудностями, когда попыталась конфисковать имущество ордена иезуитов (который только что был распущен в Испании). Чтобы избежать экспроприации, многие из этих активов были зарегистрированы на имя сторонников церкви, а не на сами религиозные учреждения.

Напомним также, что амбициозная аграрная реформа, начатая в 1932-1933 годах, сыграла решающую роль в череде событий, приведших к Гражданской войне в Испании. Тем не менее, реформа была задумана в примирительном духе и имела лишь умеренные перераспределительные намерения. Землевладельцам было разрешено иметь сотни акров земли в коммуне, причем пороговые значения зависели от вида сельскохозяйственных культур. Были предусмотрены значительные компенсации, которые зависели как от размера участка, так и от дохода владельца, за исключением высшей знати, так называемых грандов Испании, чьи владения, превышающие определенный порог, подлежали экспроприации без компенсации ввиду особых привилегий, которыми они пользовались в прошлом. Аграрная реформа стала митингом противников республиканского правительства, однако, отчасти из-за угрозы, которую она представляла для того, что осталось от огромной церковной и особенно дворянской собственности, которая еще не была перераспределена, а отчасти из-за страха, который она вызывала у мелких землевладельцев, которые помнили о самовольном захвате земли в 1932-1933 годах и опасались возможного повторения после возвращения к власти левых партий в феврале 1936 года. Меры, принятые республиканцами в пользу светских школ и против религиозных, также сыграли важную роль в мобилизации католического лагеря. Государственный переворот в августе 1936 года, Гражданская война и последовавшие за ней сорок лет диктатуры Франко свидетельствуют о жестокости трансформации трехфункциональных обществ в собственнические, а затем в социал-демократические; следы этих конфликтных процессов сохранились повсюду.

Дворяне-воины, Дворяне-владельцы

Обращаясь теперь к численности