Граф Воронцов. Книга III - Дмитрий Лим

С каким-то причудливым клинком он бежал в спину моему названному отцу. Его глаза пылали «делом», и рот так и не закрылся, когда одним движением руки, Юрий вырвал ему сердце. Я только и смог, что кричать, когда обращенное ко мне лицо отца, говорило о моей смерти.

— Это мы еще посмотрим, — прошептал я, увиливая в сторону от выпада Юры.

Его скорость была запредельной, но время не замерло, значит, атака не была смертельной. Обилие событий всего нескольких часов, оставило во мне след. Я был сосредоточен и быстр, понимая, что каждая секунда может все перевернуть. И если бы я не был внимателен, то Михалыч, который замер у дерева с поднятым перед собой револьвером, был бы мертв.

Юрий сменил цель преследования, и вместо того, чтобы прыгать в меня, он ринулся в сторону старика, сбивая того с ног. Если бы не моя реакция, на одного мертвого родственника стало бы больше. Отпинывая отца от деда, я лишь мимолетно осмотрел того, подхватил из снега револьвер и ринулся по лесу за одержимым. В голове молясь, только бы дед ничего себе не сломал.

Бежали мы долго. Очень долго. Даже не знаю, насколько сильно отдалились от лагеря, когда Юрий Юрьевич замер около большого камня и резко развернулся. Словно это он меня заманил, а не я его загнал.

Дальше, он просто напал. Неожиданно, как я считал. Резко дернулся в сторону и прыжком, влетел в моё тело. Смертельной раны не было, если не считать глубокой раны, поэтому и навык не сработал. Но стараясь не активировать его, воспользовался ветром, которым, тут же, откинул «папашку» в камень. Но, увы, не оглушил.

Самое печальное, что было при моем падении — это то, что я потерял пистолет. А без него Юру было не убить. Все тщетные попытки найти его, увенчались одним итогом — ударом в спину. Вытянулся на снегу, зашипел и тут же встал, спасая голову от кулака. Сменил виденье, но, кроме красной, ослепляющей энергии, ничего не увидел. Невозможно было ее схватить, как это было с «Миланой», уже, рабыней Марты. Поэтому…

Пытался говорить с ним, увиливая от атак. Подкидывая его ветром, то и дело, копаясь в снегу вокруг нас. Поднимал комки магией, тут же, швырял их в лицо горе-отцу, надеясь, что в комке будет пистолет. Но нет…

Три, а то и четыре минуты. Мы просто носились по одному и тому же месту, ровно до тех пор, пока не наткнулся, наконец, на эту чертову пушку. И уж только после этого, игра набрала новые обороты. Спрятал пистолет в кольцо, достал свой, и раз пять-шесть, выстрелили Юре в лицо. Это его не остановило.

Стрелял еще и еще, пока патроны не закончились. Конечным этапом, был сильный удар в корпус, от которого, папашка влетел в камень и… его оглушило. Ненадолго, правда, но это сработало.

Юрий Юрьевич встал, отряхнулся, в его глазах появилось прояснение, но лишь мимолетное. Но больше, он, не нападал.

Он пытался говорить, честно пытался, но каждая подобная попытка, заканчивалась только рыком. Не было не единого слова. Я не мог понять, что он хотел. Попросить прощения или попросить помощи? Но в следующую секунду, время остановилось. Юра, при этом стоял на месте, и я не понимал, в чем дело. Ушел чуть в сторону, но ничего не изменилось, словно я находился на месте, куда только-только должны были упасть ракетный залп. Вокруг не было ни души, виденье не видела никого и время, которое я затратил на раздумья, пожалуй, было лишним.

— Марта, — прокричал я, но богиня молчала.

Я не понимал, откуда угроза, что должно было меня убить и что мне делать.

И это длилось весьма долго. Может быть, даже и не одну минуту. Но время я все же потратил не зазря. Подошел почти вплотную к отцу. Поднял револьвер и выстрелил ему прямо в сердце. Но и при этом, время не запустилось. Оставил револьвер в том положении, в котором и стрелял. Оружие причудливо замерло в воздухе и единственное, что я мог сделать, это просто пойти обратно.

Прошептал на прощание:

— Это тебе за Юру, ублюдок…

Был таков.

Глава 26

* * *

Как только я отошел на метров двести от места, где мы «остановились», время вернулось в круги своя. А спустя две секунды, земля задрожала, а в место, где я стоял до этого, упало что-то чудовищно огромное, ибо ударная волна была такой силы, что я невольно вцепился в ствол дерева, лишь бы не упасть.

Обратно к лагерю, добирался бегом. Молясь о том, чтобы это новое «нечто» не накрыло меня. Ну, не метеоритный же дождь, правильно⁈

Огибая ветки, перепрыгивая сугробы, я встречал только мертвые тела, и до самого лагеря, лишь два, а то и три раза, осквернил природу очередным солдатом Пустоты.

* * *

Евгений Михайлович не подавал признаков жизни. Пришлось оттащить его чуть в сторону, чтобы нормально, без шума этой дерущейся толпы, тщательно осмотреть. Прочувствовать.

— Живой, — прошептал я, прильнув ухом к распахнутой рубашке, точнее, к груди.

Но вот энергии в нем, было мало. Единственное, чем я мог ему помочь, это перекачивать в него собственную силу. Убирая все эти нити, которые разрушались на глазах, когда человек самостоятельно умирал.

Оттащил его подальше от битвы, прикрыл сорванными еловыми ветками, дабы потом найти и прошелся по всему телу магией, прежде чем вернуться на «площадку». Молился, только бы Михалыч выжил… пережил все это.

Но… Прудников… как же тесен оказался мир и как жаль, что мы так и не успели попрощаться… да и…

Смерть Укупника ничего не изменила. Этап был закрыт, но прямо перед глазами разворачивалось что-то более серьезное. Где же этот Кирилл? Почему медлит?

Солдаты в черном по-прежнему уничтожали бандитов. На свое собственное сожаление я обнаружил тело Бориса. Одного из лидеров нашей общины, которого я пытался обезопасить. Радовало только отсутствие Воробьева… надеюсь, что его не было здесь.

Ну а дальше… просто понесся в бой. Сметал мага-пустоты одного за другим, то и дело, спасая очередного «своего» маргинала из-под винтовки или клинка. Когда в дело подключились более серьезные маги, я начал пить кровь, в момент, когда время замедлялось, дабы продлить количество активации навыков.

Кровь, убийства, крики, все это — лилось рекой. И никак не хотело закончиться. Все это перерастало в психический ужас. Мне становилось все тяжелее и тяжелее. Казалось, что это просто никогда не закончится. Ведь и противников меньше не становилось. Оттого становилось все более… странно.

И опять же, в момент, когда время замедлилось, вокруг меня никого не было. Тело убитого солдата упало мне под ноги буквально полсекунды назад, и то, я был уже за чертой лагеря, старая определить, откуда идет подмога.

Оглядывался, кричал, но ничего. Смотрел наверх, но никакого тела сверху, как, было в прошлом случае не было. А вот потом… буквально через десять минут моего блуждания по лагерю, когда я уже решился просто из него уйти, в моей «время» вошел гость.

Сначала послышались шаги по снегу, затем в раскрытые, горящие ворота, постучали и когда я обернулся, в них вошел высокий мужчина с длинной бородой. Он не атаковал меня, но и не двигался.

— Воронцов, — улыбнулся он, — Рад приветствовать преемника моего врага в целости и сохранности.

— Вы… — начал было я, — Кирилл? Вольфович?

— Патриархович, — кивнул он, — Но на самом деле — одно и то же.

Следующее, что мне предстояло испытать, это его силу. Нет, он не атаковал меня и не пытался убить. Он просто задавил. Обездвижил непонятной силой.

Я пытался двинуться, но все было тщетно. Встал как вкопанный. Ни пальцем пошевелить, не вздохнуть, ни, как говорится, ни пернуть.

Когда его палец с длинным, желтоватым ногтем коснулся моего лба, тело пронзила вспышка боли, а следом, я провалился в инзанку.

В свою изнанку.

* * *

Верная, которая никак не ожидала гостей, дернулась, когда я появился прямо перед ее носом. В это время, богиня копалась в очередной коробке с платами. Но, однако, весьма рада была меня видеть.

— Дим, ты чего забыл здесь? — ее несколько грустный голос, казался мне чуждым.

Все вокруг казалось мне чуждым.

— Ты не представляешь, что сейчас происходит.

— Могу лишь догадываться.

Когда она освободила стол от своего «инженерного» мусора, каждое мое слово портило ей настроение все сильнее