Экстремальная психотерапия. Несущий смерть - Николас Редаро

Следующие три часа я, с перерывами на бодрящие эликсиры Йозефа, перебирал воспоминания одного из самых значимых магов современности. Вот только с их усвоением возникли проблемы…

То, что его школа магии могла не работать за пределами мира или работать неправильно — это одно. А вот отсутствие у меня полноценного магического ядра и источника маны существенно затрудняло освоение новых навыков — я банально не понимал ощущения, которые поступали в мой разум.

Поэтому спустя несколько бесплодных попыток освоить конкретные заклинания, а также выпитую бутыль Живицы, которая принадлежала Жрецу (и про которую я не сразу вспомнил), я приступил к усвоению фундаментальных знаний. Строение астрального тела, магического начала. Принципы взаимодействия школ магии и отдельных заклинаний и форм магии. Магические существа, их польза и использование. Воздействия различных порядков на реальность и нереальность.

Жрец был не только служителем богов, но и опытным и крайне мудрым магом, за плечами у которого на момент возникновения проклятия было больше ста лет опыта. Усвоить всю его мудрость мне, к сожалению, не удалось, но даже те знания, что я получил… Что ж, думаю, освоение магии, если я возьмусь за неё всерьёз, существенно ускорится. Правда, для начала стоит выбраться отсюда.

С глухим стоном возвращаюсь в реальный мир и наблюдаю, как Дея тут же развеивает заклинание и с еле заметной усталостью падает в соседнее кресло. Рядом появляется Роза, несущая с кухни вчерашнее рагу в трёх мисках. Дея, вопреки обычному поведению, лишь молча берёт протянутую глубокую тарелку, как и я. Зачастую она просто отказывается от пищи, как от ненужного фантома. Тоже устала?

— Спасибо, Роза.

— Как вы, дядя Пси?

— Я… Пойдёт. Спасибо за еду. Кстати, пока не забыл…

Извлекаю из инвентаря Живицу жреца и протягиваю девочке, ловя нечитаемый взгляд Деи:

— Держи. Знаешь, что это?

— Да. Мама рассказывала. Я точно могу это взять?

— Конечно. У меня уже есть. А так, в трудной ситуации, ты сможешь восстановить силы.

Конечно, я мог оставить артефакт у себя и получить лишнюю возможность восстановиться в бою, но… чуйка подсказывала, что девочке эта вещь пригодится. Поэтому без сомнений передаю бутыль и выслушиваю благодарность Розы. Когда девочка уходит, жрица задаёт ожидаемый вопрос:

— Почему не оставил?

— Чуйка подсказала. Слушай, может, я теперь будущее предсказывать могу?

— И не надейся, — ухмыляется девушка, — Судьба теперь закрыта и от тебя самого. Твоя «чуйка» — это не предвидение. А способность к подсознательному анализу. Да и… Если я правильно видела — выходка Кайроса почти истощила Осколок. Теперь он лишь часть ключа к уничтожению проклятия, но никак не сила, как другие твои Осколки.

— Ну… Губу-то я и правда раскатал… — зеваю, наблюдая сквозь окно заходящую в зенит луну. — Пойду, наверно, спать.

— Иди. Спокойных снов тебе, Страж. Что-то мне подсказывает, что тебе это пожелание будет нелишним…

Глава 20

Вновь и вновь одно и тоже — закрываю глаза и вижу знакомые улицы, которые поглощаются огнём нереальности. Что ж, можно смело заявить: видения Кайроса всегда падают на самую благодатную почву.

Я не боялся за свой родной мир — спустя пару десятков сеансов я принял и отпустил прошлое, законсервировал его в памяти, как фотоальбом с красивыми фотографиями минувшей жизни.

Я боялся стать героем. За прошедшие месяцы бытия Стражем я привык к чётким задачам и целям, привык бороться и получать результат. Не всегда этот результат был идеальным, но почти всегда он влиял только на меня. Недаром после того случая с подрывом сейсмического заряда я сторонюсь миссий, в которых необходимо прикрывать других или нести ответственности за сотни и тысячи разумных.

Сейчас же… Придётся принять тот факт, что проснуться в другом теле и стать спасителем мира я, пока что, не смог. Может, будь у меня за плечами века наполненной событиями жизни или властвования над империей, ситуация была бы совсем иной. Но имеем, что имеем — я слегка «загрустил», погрузившись в свои мысли. Впрочем, психотерапевт не раз и не два повторял мне, что героем мне становится и не нужно. Вот только видения…

— Да уж, сучёныш… — озлобленно ворошу угли костра и подкидываю ещё пару досок, — Умеешь, гад, бить в самое нутро…

Сейчас я находился в пригороде Мерума. Второй день шастаю по окрестностям и наслаждаюсь видами, изредка натыкаясь на диких животных и Пустых.

Как я и думал, потеряв хозяина, оплот науки этого материка постепенно стал притягивать к себе живых и не очень. Всё же остатки пищи на складах и в различных помещениях, а также отсутствие запахов и меток, обозначающих чужую территорию, привлекали как бывших людей, так и всяких хищников.

С момента победы над Верховным Жрецом прошла почти неделя. Всё это время я, с переменным успехом, готовился к следующей цели. Все дороги отныне вели в столицу, где находились оставшиеся Осколки.

Вот я и понемногу колесил в ту сторону. Ключевое слово — «понемногу». В основном я обсуждал с Филиппом необходимые материалы для создания новой брони и усиления оружия, а с Пьетро — различные приспособы и примочки, которые могут облегчить моё сражение с толпой или сильными противниками. Ну и не спеша добывал необходимое. Но это, что называется, «по протоколу».

На деле же я пытался прийти в себя после судьбоносных, во всех смыслах, видений. Да, Дея сказала не верить Кайросу и, в особенности, последней картине. Но ведь дело не в ней… Дело в самом факте выбора.

В какой-то момент я окажусь в ситуации, когда появится возможность либо отказаться от карьеры Стража и начать размеренную, спокойную жизнь, либо… что именно «либо» я пока не понимал. Но общий шлейф эмоций и ощущений от второй половины образов откровенно чадил чувством предательства и опасностью.

Даже без предсказаний понятно, что рано или поздно этот момент наступит. И я о нём знал.