Моя Теневая Империя 2 - Виктор Молотов

Калугин не знал, что мне ответить. Я догадывался, какой водоворот мыслей поднялся в его голове. Мне удалось убедить его, что всё это время моя магия не представляла никакой угрозы. А теперь ещё я дал ему шанс выслужиться перед старшими агентами и донести на появившегося в Санкт-Петербурге лича.

Лича!

Поимка такого существа равноценна аресту десяти высших некромантов.

— Спасибо за информацию, Константин… — задумчиво, ответил Калугин. — Я подумаю, что с этим можно сделать.

Больше консультант мне ничего не ответил. Не прощаясь с Анатолием Юрьевичем, я покинул здание штаба и направился домой. Сомнений насчёт того, что он передаст информацию вышестоящим, у меня не было. Калугин точно не упустит возможность показать свою пригодность начальству. Человек, который потерял всё из-за тёмной магии, обязательно попробует с помощью этой же магии возвыситься вновь.

Анатолий Юрьевич Калугин запер свой кабинет на ключ, закрыл все окна и только после этого набрал своего старшего коллегу.

— Да, Анатолий, в чём дело? — ответил Зубов.

— Фёдор Ильич, у меня для вас новости, — произнёс Калугин. — На Калининском кладбище затаился лич.

— Лич⁈ — воскликнул Зубов. — Источник надёжный? Погоди… Калугин, ты откуда вообще это узнал?

— Надёжный, Фёдор Ильич, — улыбнулся Калугин. — Это мне рассказал один из моих подопечных. Запечатанный слышал его голос.

— Кто? — требовательно спросил Зубов.

Калугин почувствовал грядущий момент своего триумфа. Вот-вот он убьёт двух зайцев одним выстрелом. Даст наводку на лича и докажет, что Константин Владыкин за счёт своей связи с тёмными магами представляет опасность для общественности.

— Тот, кого вы запечатали, Фёдор Юрьевич, — ответил Калугин. — Константин Владыкин.

Зубов долго молчал. Калугин в нетерпении метался по кабинету туда-сюда, ожидая ответа коллеги.

«Видимо, Зубов шокирован» — думал он.

— Ты опять взялся за старое⁈ — неожиданно рявкнул Зубов. — Я тебе тысячу раз говорил, Толя, на Владыкине стоит мощнейшая печать! Я в неё половину своих сил вложил, чёрт тебя подери!

— Ф-Фёдор Ильич, клянусь! — испугался Калугин. — Это — чистая правда. Мне… Мне передали, что на Калининском кладбище лич! Это ведь обязательно нужно проверить. А… А вдруг правда?

— Проверим, — ответил Зубов. — Только заканчивай наговаривать на Владыкина. Я скорее поверю, что это с тобой связался лич, чем с ним. На тебе стоит менее совершенная печать. Всё, Толь, на днях отправлю туда людей. До связи.

Зубов бросил трубку. Анатолий Калугин долго смотрел в экран своего телефона, пытаясь стерпеть оскорбление, которое нанёс ему старший коллега.

А потом разбил телефон об стену и с бешеным рёвом перевернул свой письменный стол.

— Мразь! — заорал он. — Вшивый ублюдок!

Калугин устал. Никто из бывших коллег не воспринимал его всерьёз. После того как его запечатали, каждый считал необходимым его унизить и притеснить.

Консультант взял себя в руки и усилием воли заставил успокоиться. Ему на ум пришла другая идея.

— Слабая печать, значит, у меня? Лич на Калининском кладбище? — прошептал он себе под нос. — Хорошо. Тогда я сам схожу к нему.

Около особняка Владыкиных стоял незнакомый автомобиль.

Странно, мне никто не говорил, что к нам приедут гости.

В фойе никого не было. Валера и Селестия не трубили о надвигающейся угрозе — уже хорошо. Значит, ни тёмные маги, ни другие злоумышленники нашей семьи не угрожали. Из столовой были слышны голоса. Я прошёл в обеденный зал и обнаружил, что за столом сидят три человека: моя мать, неизвестный мне мужчина и Елизавета Платицина — девушка, с которой я когда-то повздорил на мосту. Однако вскоре она доказала верность своему клану, сообщив мне о готовящемся покушении против моего отца.

Хотя, кажется, этого мужчину мне тоже доводилось видеть. Он был в числе гостей на нашем балу. А значит, что это — вассал нашей семьи.

— О, Константин! — обрадовалась мать. — Ты вовремя. Вы с Романом уехали так рано, что я даже не смогла тебя предупредить. У нас гости! Думаю, ты уже с ними знаком.

— С Елизаветой точно, — улыбнулся я, а затем обратился к мужчине. — А вот с вами мне ещё не доводилось общаться.

Высокий, широкоплечий мужчина в военной форме вышел из-за стола и, хромая, пошагал мне навстречу. Вместо ноги у него был металлический протез. Учитывая, что происходит на западном фронте, нетрудно догадаться, как он потерял правую голень и стопу.

— Добрый вечер, Константин, — улыбнулся он. — Ваш отец нас так и не представил друг другу. Я — Станислав Георгиевич Платицин. Граф и вассал вашего отца.

— Очень приятно, Станислав Георгиевич, — я пожал ему руку, после чего мы присели за стол.

Елизавета странно смотрела на меня — совсем не так, как она это делала ранее. Никакой агрессии или раздражения. Только заинтересованность.

— До нашей семьи дошли слухи, что ты был на фронте, — не удержалась она. — Это правда?

— Да, пришлось поучаствовать в войне с Прибалтийским Союзом, — ответил я.

Мне было неизвестно, что успели рассказать Платициным, поэтому я старался отвечать сдержанно.

— Говорят, вы проявили себя, как настоящий герой, Константин! — улыбнулся Станислав Георгиевич, разливая вино. — Простите за любопытство. Но… Что там было?

Мужчина испил вина и вытер густые курчавые усы салфеткой. Я не мог не обратить внимания, что Лиза обращалась ко мне на «ты», а её отец на «вы». Странная тенденция. Станислав мог бы и научить свою дочь манерам.

— Ничего особенного, — ответил я. — Мне повезло вовремя заметить тёмного мага, который проник на нашу территорию. Я сообщил об этом отцу. Потом начала битва. Подстрелил пару вражеских солдат — вот и всё.

— Скромность,