Искушение - Ольга Дашкова

Я скучаю по Максиму, дико скучаю, безумно.

Я гоню от себя мысли о нем, но все равно засыпаю в слезах, моля о том, чтобы новый день принес облегчение, но он не приносит.

— Семен, я должна сегодня уехать. Я сейчас пойду соберу вещи, вызову такси. Спасибо за гостеприимство, скажи, сколько я тебе должна, и…

— Постой, что случилось, Инга? Что произошло?

Мужчина схватил меня за локоть, я опустила взгляд на его ладонь. Хотелось резко отдернуть руку и сказать, чтобы он не прикасался ко мне, но я промолчала, сцепив зубы.

— Слушай, давай не будем притворяться. Я слышала ваш разговор с Зоей, что она тебе говорила, и как ты отвечал. О том, что она даже беременна, но это не мое дело, совершенно не мое дело, и я не хочу участвовать в ваших дрязгах и разборах отношений. Я не то самое яблоко раздора между мужчиной и женщиной, из-за которого стоит отталкивать такую хорошую девушку, как Зоя.

— Постой. Инга, ты все неправильно поняла.

— Семен, не надо. Вот эти вот лживые разговоры, оправдания, они ни к чему. Зачем я тебе? Для чего? Что ты хочешь от меня?

Повысила голос, все-таки вырвала свой локоть из его хватки и отошла в сторону, наблюдая за мужчиной. Как-то резко с него спала маска благодушия, и Семен уже посмотрел на меня другими глазами.

— А ты знаешь, я не верил тому, что говорят, что ты такая милая, добрая, приветливая, ты можешь быть вполне дикой, и я прекрасно понимаю, за что тебя Иван выбрал.

— Ты тоже хочешь за это меня выбрать? Чтобы я была рабочей лошадкой, тянула твой бизнес, делая все якобы по любви, которой на самом деле нет?

— Нет. Я хотел женщину рядом, которая будет соответствовать моим требованиям, с которой я выйду в свет, с которой мне приятно разговаривать.

— Эскорт, Семен, есть такие специальные девушки, которые работают в этой профессии. С ними приятно общаться, их приятно показать, их потом даже приятно трахать, но не меня, извини.

Я хотела развернуться и уйти, но Сотников дернул меня резко на себя, одной рукой сжал локоть, а другой вцепился в затылок, ухватив за волосы.

— Очень жаль, Инга. Ты совсем не знаешь, какой я.

Пробрала дрожь, я поняла, что совсем не знаю этого мужчину. И он оказался таким же мерзким, как и другие. Как Боря, муж моей подруги, как Иван. Всем что-то от меня надо. Все хотят использовать, получить какую-либо выгоду. Я даже не понимаю, почему я всего этого внимания достойна?

Поломанная, с трудным детством и не менее искалеченной юностью. Почему я так привлекаю этих мужчин? Они чувствуют во мне жертву? Они хотят меня доломать окончательно, переломить хребет через колено и выкинуть? Каждый раз это происходит, но я поднимаюсь, иду дальше.

Что во мне не так? Или в них?

— Отпусти меня. И не трогай никогда. Твое гостеприимство было фальшивым, очень жаль. И мне жаль ту девочку, которая любит тебя. Отпусти сейчас же!

Резко дернулась, Сотников ослабил хватку. Я, вырвавшись из его объятий, отошла на несколько шагов.

— Не смей никогда ко мне приближаться. Если я тебе должна денег за то, что здесь жила, назови сумму, я переведу.

— Ты так ничего и не поняла, Инга.

— Поняла, я многое поняла.

— Но мы не прощаемся, я тебя выбрал, Инга.

— Да иди ты к черту.

Стало на миг страшно, так говорят маньяки или больные на голову придурки. Он меня выбрал? И что дальше? Что? Будет преследовать?

В голове не укладывалась вся эта ситуация. Быстро дошла до своего дома, поднялась в комнату, телефон лежал на прикроватной тумбочке, схватила его, начала набирать номер Максима. Мне все равно, что он зол на меня, что рассержен, я хочу слышать его голос. Хочу знать, что с ним все хорошо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ответили не сразу, лишь с третьей попытки.

— Алло, — протянул в трубке заспанный женский голос. — Кто это?

Сглотнула ком в горле, там словно образовалось острое лезвие, оно не давало сделать вдох.

— Максим, мне нужно услышать Максима, — переступила через свою гордость, к черту ее.

— Он не может подойти, — девушка говорила, растягивая буквы.

— Найди его и дай телефон! Слышишь меня? Быстро! — закричала, сама пугаясь своего голоса.

— Эй, зачем так громко?

— Я сказала, найди Макса! И скажи адрес, где вы сейчас.

— Эй, ты что, его мамочка?

— Я хуже! Живо.

— Да пошла ты.

Эта сучка отключилась. Я набирала номер Максима снова и снова, но никто так и не ответил. Да, было горько, но я сама довела до этого. Надо ехать в город и найти его, скорее всего, он на квартире, если туда уже не заселился мой воскресший муж.

Глава 40

На то, чтобы собраться, ушло пятнадцать минут, такси ждала дольше. Я катила чемодан по вымощенной камнем дорожке, оборачивалась и оглядывалась по сторонам в надежде, что Семен все-таки не кинется меня останавливать и не предпримет никаких действий.

Было жалко упущенного и потраченного впустую времени. Я бесполезно его провела, занимаясь самоанализом, который ни к чему не привел. Я лишь только больше убеждалась, что нуждаюсь в Максиме, в его взгляде, в его губах, руках, объятиях.

Я даже не говорила о телесной близости. Мне он был необходим, как воздух, которым дышу, потому что, даже находясь за городом, я не могла сделать вдох полной грудью. Почему я этого не поняла раньше?

Меня никто не остановил, не препятствовал отъезду, это радовало. Таксист пытался заговорить со мной, но я оборвала все его попытки. Я ехала в городскую квартиру и молила о том, чтобы Максим был там. Пусть даже с Иваном, с его новой семьей и их маленькой дочкой. Мне было все равно. Мне было необходимо его видеть.

Хотя, судя по тому, о чем говорила девушка, когда я звонила, не думаю, что мой бывший муж, точнее, покойный муж, находится в том же месте, где Максим устроил вечеринку либо пригласил девушку к себе. Не знаю, это были лишь мои догадки, я должна была их разрушить или убедиться своими глазами.

Но кроме того, что Макс мне был необходим, мне было в то же время безумно больно, что он с другой, я ревновала, не зная, имела ли на это право. То была другая боль. Боль упущенной возможности, отвергнутой любви. Да. Именно любви, по-другому я назвать свое состояние не могла.

Когда таксист