Жезл времён. Рассказ эльфа - 1ex0

что это будет бессмысленно. Всё моё естество в тот миг воспротивилось ему. Я приложил все силы к тому, чтобы сделать это, но, увы, нет, моё тело отказывалось повиноваться разуму. Ладони разомкнулись, и вода вылилась наземь. Арлиса глядела на меня, нет, не с изумлением, а с печалью. Она понимала, почему я так сделал. Но всё-таки сказал:

- Попробуй ещё раз, прошу.

- Бессмысленно, - мой монотонный голос напугал её, - Всё будет так же, как и с жар-древом. Вся моя оплетённая тьмой сущность противится этому. Я не могу самостоятельно исцелиться. Скажи, дитя лесов, ты не обладаешь, случайно, такой магией, которая могла бы очистить меня от тьмы, независимо от того, хочу я этого или нет?

- Такой магии не существует. Но, прошу, возьми ещё раз, зачерпни и выпей воды забвения через силу. Если ты этого не сделаешь…

- Знаю-знаю, тьма окончательно поглотит меня, и я погибну. Но я ничего не могу поделать. Моя сущность не примет никакую помощь.

Она приобняла меня и, плача, сказала, что больше не знает способа, как помочь мне. Я же принялся отвечать ей, что всё хорошо. Видимо, таково моё предназначение. И хоть она всё отрицала, я не уставал повторять это. Как вдруг она оживилась и сказала:

- Возможно, есть ещё одно средство.

Я подал ей свою руку и сказал:

- Веди.

- Нет, я туда с тобой не пойду. Я открою тебе портал, ведь это решение находится в другом мире, но пройдёшь в него лишь ты один.

- Почему?

- Потому что решение находится на Полостогоне, мире, где мы родились.

- Никогда бы не подумал, что прекрасные арлисы пришли в Мордалаль из заснеженных пустынь Полостогона.

- Ты согласен пойти туда?

- Согласен. Только скажи, что нужно делать.

- Тебе не придётся никуда идти, и не нужно будет никого искать. Харлаги́ра сама тебя найдёт.

- Харлагира? Кто это?

- Прости, но я не могу говорить об этом. Слишком скорбно. Если ты готов, то я могу открыть тебе портал на Полостогон прямо сейчас.

- Что ж, если имеется последний способ исцелиться, то я готов испытать его, пока не поздно. Открывай. И пусть богиня-мать благословит мой путь.

Итак, Сетамилис, мир вечной мерзлоты, там, где постоянно шёл буран, где из-за непрекращающихся снегопадов видимость была очень ограничена. Невозможно различить очертания на расстоянии примерно в двадцать шагов. Но, несмотря на то, что вокруг был снег, очень много снега, я не чувствовал мороза. Холод – да, мороз – нет. С помощью эсталиала я воздействовал на своё тело, так что кровь растеклась по моему телу, и я ощущал себя так, словно вокруг не вздымались холодные ухабы. Да, в Мордалали постоянно лето. Однако ж, путешествуя меж мирами, я побывал в таких, где шла смена времён года. И мне доводилось жить среди снега и холода. Я заметил одну закономерность: когда наступает время прийти зиме, но не выпадает снег, становится гораздо холоднее, чем когда вокруг лежат эти белые хлопья. Вот и здесь было примерно то же самое. Казалось бы, вокруг только лишь холод и снег, но не было мороза.

Что там говорила арлиса? Мне вовсе никуда не нужно было идти, некая Харлагира сама найдёт меня. Но я не мог просто так стоять и ждать. Один только вид этой унылой заснеженной пустоши нагонял тоску. А потому я решил немного прогуляться, неспеша походить по округе в надежде на то, что сумею обнаружить что-то интересное, на что можно посмотреть, что можно будет попытаться изучить.

Так, двигаясь всё время в одном направлении, я стал осознавать, что приближаюсь к какой-то скале. Её тёмный горбатый силуэт стал вырастать передо мной, и я подумал, что увидеть нечто, отличное от снега, для меня сейчас в какой-то мере даже необходимо. Однако я понял, что это не гора, в тот миг, как она зашевелилась. Приготовив эсталиал, чтобы применить его для усмирения возможной агрессии, я прибавил шагу и обнаружил, ты не поверишь, Сетамилис, мамонта. Огромное волосатое существо с длинным носом и большими ушами глядело на меня. А я смотрел ему прямо в глаза, пытаясь понять, будет ли оно проявлять вражду ко мне. К счастью, пришлось обойтись без дара богини, потому что животное почуяло во мне родную душу, так что даже позволило мне приблизиться к нему и даже прикоснуться. Ох же и громко они трубят своими носами. Ты бы слышал. И, как оказалось, там, где обитает один мамонт, обитают и другие. Их было целое стадо. И они сначала были осторожными ко мне, но со временем подпускали к себе. Надо признать, эти животные очень отважные, раз уж они совсем не страшатся той тьмы, что обитает во мне. И вот здесь Харлагира-то и отыскала меня.

Приятный женский голос просочился сквозь снегопад и достиг моих ушей:

- Приветствую тебя, незнакомец. Добро пожаловать на Полостогон, мир вечных зим и дом этих величественных созданий.

Я обратился в ту сторону, откуда исходил голос, и пытался прозреть сквозь густой буран, чтобы увидеть Харлагиру. Мамонты постепенно расступались, давая место для того, чтобы меж ними могла пройти обладательница чудного голоса. Я стал двигаться ей навстречу и отвечать. Но мне казалось, что мои слова не достигают её ушей:

- Спасибо за гостеприимство. Ты же Харлагира? Меня к тебе направила одна из арлис.

Несмотря на собственные сомнения, она всё-таки услышала меня, ведь тут же последовал ответ:

- Да, я – Харлагира, та, кто осталась на Полостогоне как его хранительница.

Сквозь буран я стал видеть тени каких-то животных, на подобии волков. А хранительница Полостогона тем временем продолжала говорить:

- Если ко мне тебя прислала одна из моих сестёр, то, должно быть, на то была какая-то важная причина. Пожалуйста, расскажи, для чего ты прибыл сюда.

Я начал с самого начала, как Далармиэль призвала меня и попросила помочь справиться с бедствием в Мордалали, но остановился, потому что из бурана вышла Харлагира в окружении нескольких лисиц. Это была арлиса, однако волосы её почему-то бы чёрного цвета, как будто бы она приняла боевую форму, однако оставалась всё такой же прекрасной, как и обычном обличии. Ну и одежды на ней были другими, ведь листьев орту-аравов ей негде было взять. Вместо этого она обернулась шкурами мамонта. Она приблизилась ко мне и встала очень близко, так что я заглядывал в её обворожительные сапфировые глаза. Мы так простояли какое-то время,