Хранительница - Иса Белль

Пульсация в висках выполняла роль обратного отсчёта. У меня был план, но я слышал, как времени на проработку дальнейших действий остаётся всё меньше и меньше.

Потому что мы подходили к месту назначения.

Эбигейл вела себя совершенно спокойно. Я не заметил испуга в её глазах даже в момент, когда Бенджамин решил изменить правила сегодняшнего вечера.

Её стойкости можно было позавидовать, поскольку я всё ещё рассматривал вариант разорвать в клочья всех присутствующих.

Как и обычно.

Один ублюдок не сможет утолить мой голод.

Но я продолжал искренне надеяться, что его вкусы не изменились, так как если они остались прежними, а наш предыдущий разговор пока подтверждал это, Эбигейл останется нетронута.

Он не хотел трахнуть её. Ему нужен я.

А мне она, поэтому я не мог отказать ему, пока Ангел находится в этих стенах. Она никогда не достанется никому, кроме меня.

В моей голове начал разворачиваться сценарий того, что будет происходить далее. Секс был под запретом сегодня, а если бы не был, выбор между убить всех, подставив находящихся в опасности детей, и согласиться на предложение Бенджамина не стоял бы.

Эбигейл всегда будет волновать меня больше кого-либо. Этого не изменить. Никакими ужасами, сотворёнными с другими.

Однако в сложившейся ситуации нам обоим нужно постараться вынести немного веселья.

Я слышал, что ублюдок заставлял свою беременную жену, которая вот-вот должна родить, заниматься сексом с другими у него на глазах. Ему нравилось наблюдать.

В этом не было абсолютно ничего пугающего, если вспомнить о пристрастиях тех, кто остался с Арабеллой.

Чем глубже мы заходили, тем тише и темнее становилось вокруг. Я знал планировку этого здания. Понимал, куда он нас ведёт, несмотря на то, что мы следовали по тайному ходу.

Мои ладони чесались от желания схватить девушку, шедшую прямо передо мной, и спрятать её подальше. Не только от них.

От всего мира. Чтобы ей больше никогда не приходилось испытывать волнение, которое, как я был уверен, с каждой секундой всё больше и больше возрастало внутри вопреки тому, как умело она это скрывала.

Спустя минуту Бенджамин завёл нас в одну из дюжины комнат, и мы остановились на пороге. Я тут же мельком глянул в бок, чтобы отследить состояние Эбигейл. Она была слегка напряжена.

Слегка.

Я знал, что она прошла через дерьмо и согласилась на эту работу, чтобы выбраться из него, но сколько всего ей нужно было повидать, чтобы стоять здесь так, будто ничего страшного не происходит?

Я мог попытаться успокоить её, объяснив, зачем мы здесь.

Но нам следовало делать вид, что мы – незнакомцы. Что я хочу получить её, чтобы поиздеваться над ней позже, а она отрабатывает полученные деньги, не делая ничего необычного для себя.

И пока из нас двоих она справлялась лучше.

– Каков план? – спросил Бен.

– Всё как ты любишь.

Я запер дверь, провернув замок.

– Отлично, – ответил он, а затем повернулся к девушке, стоящей бок о бок со мной. – Можешь начинать раздевать его.

Эбигейл посмотрела на меня, вероятно, ожидая, что я непременно закончу это, однако я прошёл дальше, поставил кресло на расстоянии нескольких метров от дивана, в котором уже устраивался Бенджамин, и уселся в него.

– Музыки не будет? – спросил, глянув на ублюдка, который жаждал получить обещанное представление.

Во мне таилась надежда, что я смогу спровоцировать его на драку, из-за которой у Эбигейл появится веский повод сбежать от нас. Но он схватил со стола пульт и нажал на несколько кнопок. Послышалась мелодия, после чего свет в комнате почти потух, погружая нас в атмосферу разврата.

В любое другое время я бы не отказался находиться в такой обстановке со своей девушкой, но сейчас это абсолютно не возбуждало меня.

Я вновь перевёл на неё взгляд. Она тяжело и глубоко дышала. Её грудь едва не выпадала из декольте белого платья с подтёками искусственной крови, а ожерелье из белых бус сливалось с цветом кожи, на фоне которой бордовая помада и тени, принадлежащие Арабелле, создавали контраст.

Было трудно не смотреть на неё сегодня вечером. В таком виде Ангел была похожа на идеальную пару для Песца.

Бенджамин, потеряв терпение, кинул на неё взгляд и рявкнул:

– Делай, что тебе велят!

Эбигейл сглотнула, когда её подбородок едва заметно задрожал, подсказывая мне, что нужно прекратить это.

Найти другой выход.

С каждой секундой промедления голос в моей голове становился громче. Всё шло не по плану. Её участие в этом изначально было ошибкой. Я должен…

– Конечно, хозяин, – спокойно ответила Эбигейл, посмотрев на ублюдка, который уже приготовился дрочить.

Он хмыкнул ей в ответ.

Убить его.

Убить его.

Убить его.

– Раздевай его, – повторил Бенджамин. – Медленно.

Мнимая власть. Я любил напоминать людям, что они – никто, когда приходило нужное время. Его конец тоже был близок, поэтому пока он мог ненадолго представить, что мы с Эбигейл послушны для кого-то, кроме друг друга.

Она никогда не будет по-настоящему покорна для него. Только я буду знать, как она заикается, когда отвечает на вопросы, желая поскорее кончить. Только я.

Фальшивое шоу не заставит меня ревновать. Но злиться? Очень даже.

Набравшись духу, Эбигейл подошла ко мне и остановилась за моей спиной. Её ладони опустились на мои плечи, затем скользнули вниз к груди и, добравшись до желаемого, стали очень медленно расстёгивать чёрные пуговицы.

Я смотрел не на Бенджамина, который облизывал губы, следя за каждым её действием, а на себя в отражении зеркальной стены позади него.

От нас, а в особенности от неё, было невозможно оторвать глаз. Поэтому, несмотря на ситуацию, мой член начал предательски твердеть.

– Ему нравится, – довольно подметил ублюдок, делая глоток из бокала. – Тебе нравится, Деметрио?

Я не ответил ему, но рядом была та, что всегда получала от меня желаемое.

– Тебе нравится? – прошептала Эбигейл, наклонившись вперёд, чтобы достать до нижних пуговиц, уже оголив верх моей груди.

Её горячее дыхание обожгло раковину уха. Я повернул голову в сторону, желая взглянуть на неё не через отражение, и чуть не столкнулся своими губами с её.

Мой взгляд на мгновение упал на них.

– Да.

Бенджамину тоже это нравилось, поэтому он до сих пор не достал член из штанов и не начал наглаживать его, наблюдая за нами. Это зрелище заставило бы его кончить слишком быстро. Он хотел растянуть удовольствие.

– Не бойся, – едва слышно произнёс