Один на рассвете - Ден Шиллинг

на наблюдательном пункте, обложившись радиостанциями, но в основном работая только со своей портативной рацией MBITR на частоте огневой поддержки, Джей высматривал и ждал бомбардировщик. Как только тот в установленной точке выйдет на связь (или, говоря на сленге диспетчеров, «зарегистрируется»), он проверит с экипажем запрос на авиационную поддержку из девяти строк, чтобы убедиться в том, что действия наземных и воздушных сил скоординированы[57].

Джей был готов. Как только бомбардировщик сбросит термобарическую бомбу и уничтожит ближайшую угрозу, он надеялся переместить его ближе к высоте «Кит», чтобы сбросить туда несколько 1000-фунтовых «Джидамов» — «умных» всепогодных боеприпасов, переделанных из свободнопадающих бомб. Специальный комплект, закрепляемый на бомбе, позволял наводить боеприпас на цель с помощью инерциального наведения, GPS или лазерного луча.

В ранних утренних сумерках боевой диспетчер осматривал долину. Шерстяная шапка грела очень слабо, прибор ночного видения уже был сложен обратно в рюкзак. На западе он уже начал различать особенности рельефа на высоте «Кит», где вырисовывались боевые позиции, которые они наметили в темноте, когда позади него прогремел взрыв, сотрясший весь наблюдательный пункт, и потрясший землю под ними — взорвалась пещера «Аль-Каиды». Спецназовцы на НП безмолвно обменивались взглядами, в которых читались шок и неверие.

Место, где мгновением раньше находился вход в пещеру, окутал огненный шар с грибовидным облаком угольно-черного дыма, а звук все еще отдавался в тишине раннего утра — B-1 нанес удар без проверки. Группа «Джульет», находившаяся менее чем в семистах метрах от цели, располагалась чуть дальше рубежа безопасного удаления в пятьсот метров, установленного для 2000-фунтовки, но бойцы были раздосадованы. Это была как раз та самая несогласованность, которая могла стóить им жизни в ближайшие часы и дни. А что если бы они приблизились к объекту для его доразведки, или, что еще хуже, GPS-координаты оказались бы неверными? В отсутствие проверенной и подтвержденной информации, приводимой в девяти строках запроса на авиационную поддержку, в тот момент, когда в интересах разведгрупп АФО нацеливались десятки самолетных «стволов», все это было похоже на русскую рулетку. По словам Криса, первоначальные авиаудары состояли в следующем: «Восемь “Джидамов” были сброшены на высоту “Кит” и только один на Такургар. Ганшип AC-130 также обстрелял бункер, и как для “отличного” плана огневой поддержки это было практически все. Исходя из расположения сил противника, высоту “Кит” следовало бы подвергнуть ковровой бомбардировке, Такургар также следовало вы бомбить больше. И снова разведка (АФО) заранее выявила вражеские позиции на Такургаре. Вскоре это вновь начнет преследовать американские войска».

Пока отголоски взрыва всё еще разносились по горам, все находящиеся в долине — и «Аль-Каида», и группы АФО, и оставшиеся мирные жители — прекрасно поняли, что сражение, форма которого еще не до конца оформилась, началось.

В 06:30 три вертолета CH-47 влетели в северную часть долины, пройдя ниже расположения группы «Джульет», и стук их тяжелых винтов эхом отразился от горных склонов. В каждом из них находилось по сорок военнослужащих 101-й десантно-штурмовой дивизии. В одном из вертолетов, в передней части грузового отсека, сидел командир батальона десантников, подполковник «Чип» Прейслер, командовавший первым эшелоном десанта, и отвечавший за операцию на севере.

Внутри вертолета бортстрелок подал предупредительный сигнал:

— Две минуты!

Один из старших сержантов-десантников выкрикнул первый приказ молодым солдатам:

— Заряжай! Приготовиться к высадке!

Одновременно с этим, на фоне шума винтов и вертолетных двигателей, послышались звуки сорока с лишним винтовок M4, пулеметов SAW и M240, все эти различные клацанья и щелканья магазинов, лент и затворов. Вскоре прозвучало:

— Готовность тридцать секунд!

Солдаты нервно сжимали оружие, почти никто из них никогда не участвовал в реальном бою, и многие не имели ни малейшего представления о том, чего ожидать.

В 06:33 вертолет Прейслера коснулся земли. Когда борт сел и шасси согнулось под нагрузкой, солдаты с надетыми рюкзаками встали в одну шеренгу. С пулеметчиком М240 впереди, они спустились по рампе, двигаясь под крики товарищей:

— Пошел! Пошел! Пошел!

Пригнувшись под низкой крышей, они шагнули в долину Шахикот… Прямо под огонь противника.

*****

Похожая сцена разворачивалась на юге, только на этот раз это были 120 человек из состава 10-й горно-пехотной дивизии. За южные блокирующие позиции — «наковальню» — отвечал подполковник Пол ЛаКамера.

Полковник Фрэнк Верчински, командир 3-й бригады «Раккасан», по которой и получила название одноименная тактическая группа, отвечал за все союзные силы в долине. Подобная переброска двух батальонов, по сути, тактический воздушный десант силой в бригаду, со времен Вьетнама проводилась лишь однажды. Верчински осознавал, сколько жизней находится под его командованием, и что в этот день, так или иначе, будет твориться история.

Пока блокирующие силы высаживались на севере и на юге, он летел на ведомом борту в составе двух «Черных ястребов», подыскивая место для высадки своей тактической группы управления, известной как передовой командный пункт (ПКП). Он планировал приземлиться возле географического местного предмета под названием «Палец», который находился у основания нового наблюдательного пункта группы «Мако-31», пробыть на земле достаточно долго, чтобы определить характер и ход всей операции, а затем улететь обратно в Баграм. Его главной задачей на сегодня было помочь своему вышестоящему начальнику Хагенбеку справиться с ожиданиями и в СЕНТКОМе[58], и в Вашингтоне, где президент Джордж Буш и министр обороны Дональд Рамсфелд продолжали принимать самое непосредственное участие в кампании.

Заметив на скалистой местности удобную с тактической точки зрения расщелину, он переключил микрофон на своей гарнитуре.

— Сажайте нас туда, — приказал он летчикам. Пространство было тесным, и экипаж вертолета Верчински промахнулся при заходе на посадку, вынудив уйти на второй круг и зайти на посадку повторно. Второй «Черный ястреб» сумел протиснуться внутрь, разминувшись своим винтом со скальным выступом всего на два фута, и высадить группу охраны и радистов ПКП.

Когда вертолет Верчински сделал круг и подсел на землю, из-за скалы вышел боевик «Аль-Каиды» с РПГ и направил его на медленно перемещавшийся «Черный ястреб». Он нажал на спусковой крючок, и граната, вылетев из пусковой трубы, устремилась в открытое брюхо вертолета, попав прямо в нижний фонарь кабины. Второй боец, вооруженный АК-47, прицелился в «раненую утку» и выпустил в нее целый рожок. Он попал в хвост вертолета, повредив ступицу хвостового винта и перебив тягу, — то есть повредив механизм, необходимый для компенсации крутящего момента основного винта. «Если бы эта штука переломилась, мы бы потеряли управление хвостовым винтом, и нас бы не стало», — вспоминает Джим Мэри, руководитель воздушной части операции, находившийся на борту.

Передовой командный пункт оказался под огнем еще до того, как группа Верчински коснулась