Новый вызов - Сергей Баранников

— А ты целитель что ли? — удивился первый.

— Он самый.

— Ломоть, отдай девушке её кошелёк, — скомандовал он.

Второй мужчина был помладше. Видимо, только недавно стал на скользкую дорожку. Возможно, даже ходил в учениках у первого. Он насупился, посмотрел на нас из-под лба, но кошелёк вернул.

— Как ты заметил? — удивилась девушка и принялась проверять карманы.

— Волшебник никогда не раскрывает своих секретов, — ответил я.

Воспользовавшись моментом, подельники поспешили затеряться в толпе, а через минуту диспетчер объявила, что поезд из Новгорода до Царицына прибывает на второй перрон.

— Спасибо, что провёл. И за кошелёк тоже спасибо, — произнесла девушка, засмущавшись. — Надеюсь, когда-нибудь у нас получится вместе поехать к моим родителям. Ужасно хочется скорее их с тобой познакомить.

— Когда-нибудь непременно поедем, — пообещал я.

— Ты не обидишься, что я надолго уеду? — неожиданно заволновалась Лера. — Знаешь, я уже полгода не была дома. Как уехала в Градовец после распределения, так ни разу и не возвращалась. А как тут поедешь, когда дорога в одну сторону занимает двадцать восемь часов?

— Сколько? Больше суток тащиться? — опешил я. Мои шесть часов до Привольска — это лёгкая прогулка в сравнении с поездкой в Вяжли.

— Как-то так, — пожала плечами девушка.

— Тяжело было поначалу? — спросил я, вспоминая свои первые дни.

— Когда узнала, что меня отправили так далеко, рыдала всю ночь. А потом свыклась с мыслью, что нужно уехать. Сама ведь выбрала такую роль, хотя могла бы и не развивать дар.

— Шутишь? Дар не даётся просто так. Если повезло родиться отмеченной даром, нужно идти по этому пути.

— Ты сейчас цитируешь мою маму, — рассмеялась девушка. — Думаю, вам будет легко найти общий язык.

В это время из-за поворота появился поезд, и нам пришлось прервать разговор. Машинист протянул состав немного дальше, поэтому нам пришлось пробежаться, чтобы отыскать свой вагон.

— Не скучай, я скоро приеду! — крикнула Лера, когда я помог ей занести чемодан в вагон. Девушка спустилась ко мне и крепко поцеловала в губы.

— Звони как доберёшься. И если будет скучно, тоже обязательно звони.

Вернувшись домой, я чувствовал пустоту, будто какая-то часть меня покинула это место. Вроде бы ничего в квартире не изменилось, да и Лера была здесь всего раз, а на душе было неспокойно. Я набрал девушку, но проговорили мы недолго, потому как поезд проехал какой-то населённый пункт и оказался далеко от линий связи. Зато уснул рано и проспал до самого утра. Сказывалась усталость и недосып после ночной смены.

Из дома я выбрался пораньше, чтобы точно не опоздать. Поликлиника находилась в двух автобусных остановках от больницы, но я решил немного пройтись пешком. Совсем не хотелось торчать на остановке в толпе и толкаться в переполненном автобусе.

На смену холодной ночи пришло потепление, и округу затянуло густым туманом. Было ещё темно, но на горизонте уже светало, и вот-вот первые солнечные лучи должны пробежать по округе, возвещая о начале нового дня.

Здание поликлиники выглянуло из-за поворота, и я невольно замер от увиденного. Возле высокого трёхэтажного здания, окутанного туманом и тускло освещённого светом фонарей, стояли десятки людей. До начала приёма было больше получаса, но они пришли сюда занимать очередь. Молчаливые, угрюмые, некоторые даже отчаявшиеся… Я чувствовал их состояние и с трудом смог справиться с поступившим к горлу комом. Я бы поверил, что такое может быть где-то в забытом всеми захудалом городишке, где целителей сложно отыскать, но чтобы такая картина складывалась в главном городе губернии — этот нонсенс.

Подойдя ближе, я услышал, что толпа не безмолвствовала. Очередная бабулечка искала край очереди, два мужчины на костылях делились своими проблемами, а женщины в толпе выясняли кто из них сильнее болен. Температурные держались особняком. Они оккупировали самые дальние лавочки и сидели в тишине, нарушаемой лишь редким покашливанием и шмыганьем носа.

— Куда без очереди? Ищи край! — возмутилась бабулечка, когда я попытался пройти в здание.

— И где только ваше воспитание? Совсем молодёжь распустилась, — подхватила другая.

— Молодой человек, вы к какому врачу? У нас тут живая очередь. В какой кабинет вы записаны?

— Я целитель из больницы, пришёл заменять Михаила Поликарпыча. Кабинет, к сожалению, не знаю.

— Ой, если вместо Михаила Поликарпыча, то вам в сто девятый, — вмиг сориентировалась женщина. И откуда они только всё знают?

— Погодите, на словах они все целители или только спросить хотят, — осадил её мужчина.

— Константин Юрьевич, а я вас и не узнала сразу! — воскликнула женщина, а её голос показался мне знакомым. Точно, Колгина! Лежала в нашем отделении, когда я работал ещё в Первой градовецкой больнице. Интересно, как её занесло сюда? Или она здесь живёт? Тогда как её занесло к нам в отделение?

— Варвара Гавриловна! Как ваше самочувствие? Уже лучше?

— Да куда там лучше? — махнула рукой женщина. — Вон, стою к целителю. Может, что дельного посоветует. А к вам можно на приём попроситься? Вы тогда мне здорово помогли после операции.

Толпа притихла и слушала наш разговор. Похоже, у меня сегодня будет полно пациентов.

— Обращайтесь в регистратуру. Если проблема по моей части, обязательно посмотрю вас.

Оказавшись в поликлинике, я понял, почему многие люди часто попадают к нам в отделение с запущенными проблемами. Целителей попросту не хватает на всех желающих. Частично проблему решают медсёстры и фельдшеры, но в таком случае хромает точность диагноза и эффективность лечения. Всё-таки есть случаи, когда целительная энергия эффективнее любого другого лечения.

— Вам в сто девятый кабинет, — сориентировали меня в регистратуре. — Медсестра уже на месте.

Выходит, права была женщина из очереди. Сто девятый…

Нужный мне кабинет я нашёл без особого труда. Нужно было пройти немного вправо по коридору и повернуть направо. Сидевшая в кабинете медсестра оценивающе посмотрела на меня, словно пыталась на глаз оценить мою компетентность.

— Вы на замену? — поинтересовалась она, узнав во мне целителя.

— Всё верно. Дорофеев Константин Юрьевич, младший целитель Второй городской больницы, — представился я. Возможно, слишком официально,