Под завесой страха - Самия Шарифф

Нежно погладив ее по спине, чтобы успокоить, я перешла к деталям своего плана.

— Твои замечания совершенно правильные, моя дорогая. Мы поступим так: дождемся, когда твоя бабушка будет одна, и попросимся в туалет. Чтобы навсегда выйти из этой проклятой комнаты, нам потребуется объединить свои силы, а затем бежать со всех ног. Что ты на это скажешь, красавица Мелисса?

— Мне все еще страшно, но я доверяю тебе. Я пойду за вами и знаю, что могу бежать очень быстро.

— А ты, Нора, как считаешь? Ты не проронила ни слова.

— Я потрясена твоим планом. Раньше мне казалось, что бежать невозможно. Но в твоем голосе столько уверенности, что… — После минутного размышления она заговорила снова: — Нам нечего терять, и то, что ты предлагаешь, кажется мне вполне реальным, поэтому можешь рассчитывать на меня.

Приняв решение любой ценой вырваться на свободу, я сразу почувствовала, как мои силы многократно возросли. Силы, необходимые мне, чтобы воплотить свой план в жизнь и подготовить к этому дочерей.

— Сначала соберите школьные рюкзаки. Мелисса, не забудь свой талисман — медвежонка. Он был тебе верным другом в заключении. А теперь давайте проработаем детали побега.

Наше лихорадочное возбуждение было настолько ощутимым, что, казалось, при желании к нему можно притронуться. Многократно отрепетировав свой побег, мы были готовы перейти к его осуществлению, несмотря на страх, вызывавший спазмы в желудке.

И вот судьбоносный момент настал. Я в последний раз напомнила дочерям:

— Держитесь рядом и будьте готовы следовать за мной!

Мы были грязными и утомленными, короче говоря, в плачевном состоянии. Девочки не меняли одежду целый месяц, а я со своей лысиной и измученным лицом выглядела, по словам дочерей, вообще как покойник. К счастью, у меня оставался хиджаб, чтобы спрятаться.

Я закуталась в покрывало, а затем мы втроем встали перед дверью. Я постучала, давая сигнал, что хочу в туалет. Едва мать появилась в дверях, как я изо всех сил толкнула ее. Схватив Мелиссу за руку, я метнулась из кладовки, перед этим убедившись, что Нора, вырвавшись из рук бабушки, следует за нами. Как можно быстрее спустившись по лестнице, мы выскочили на улицу. Будто трое беглых заключенных, ослепленных солнечным светом и уличной пылью, мы неслись вперед. В какой-то момент Мелисса пожаловалась, что не чувствует под собой ног, и хотела сбавить темп.

— Это не страшно, Мелисса! — поддержала ее я. — Все нормально: ноги у нас ослабли, потому что мы ими долго не пользовались. Не беспокойся и продолжай бежать! Нам нужно как можно быстрее оказаться подальше отсюда.

На нас смотрели так, словно мы были инопланетянками, появившимися невесть откуда. Но взгляды окружающих не имели никакого значения: единственное, что было важно, — с каждым шагом увеличивать расстояние, отделявшее нас от ужасной тюрьмы, от этого невыносимого кошмара.

— Куда мы? — спросила Нора, продолжая бежать.

— К Лейле. Она единственная, кому я могу доверять. Еще немного мужества, и у нас все получится!

Лейла была матерью школьной подружки Мелиссы. С ней я познакомилась в школе, и когда-то давно она сказала, что в случае необходимости готова помочь. Хвала Всевышнему, всегда остаются милосердные люди, на которых можно рассчитывать! Лейла была моей последней надеждой. О ней мои родственники ничего не знали, поэтому у нее мы будем в безопасности. Боже, сделай так, чтобы она была дома! Уф! Дверь открылась!

— Самия, какой сюрприз! — воскликнула Лейла, узнав нас. — Где вы были? Боже! Почему вы в таком состоянии? — с ужасом продолжила она.

— Позже я все расскажу, это долгая история. Лейла, позволь нам войти. Никто не должен нас видеть, — ответила я, оглядываясь по сторонам.

Поняв всю серьезность ситуации, Лейла впустила нас в дом.

— Присаживайтесь и передохните. Мелисса, подойди ко мне, пожалуйста.

Мелисса была рада снова увидеться с матерью своей подруги. К тому же дочери было приятно чувствовать себя желанной гостьей.

— Лейла, могу я посмотреться в зеркало? — спросила я.

— Что с тобой произошло, Самия? Расскажи мне. Я заметила, что твой дом стоит пустой, а Мелисса не ходит в школу. Тогда я пошла к твоим родителям, чтобы узнать о тебе. Твоя мать сказала, что вы уехали к твоему мужу за границу. Я была разочарована тем, что ты уехала не попрощавшись, и мне было очень грустно, что от тебя нет никаких вестей, — произнесла она со слезами на глазах.

Я обняла ее и расплакалась, растроганная таким вниманием.

— Если бы ты знала, Лейла, что нам пришлось пережить! Но прежде всего мне хочется узнать, как я выгляжу.

Лейла проводила меня в ванную комнату. В зеркале я увидела нечто неузнаваемое с лысой головой и будто приклеенными бровями. Дочки оказались правы: я была бледной, грязной и походила на покойника. Долго же мне придется носить этот платочек, прежде чем я стану выглядеть более-менее сносно! Лейла понимала мое отчаяние. Она сочувственно погладила меня по щеке; у нее самой глаза были на мокром месте.

— Давай же, Самия, рассказывай, что с вами произошло. Я хочу все знать.

— А мне так нужно выговориться… — И я принялась рассказывать.

Лейла слушала с сочувствием, поэтому слова легко приходили ко мне, хотя я плакала не переставая. Под конец моего рассказа плакали мы все четверо.

— Твоя физическая и духовная сила вызывает у меня восхищение, — ободряюще произнесла моя подруга. — На твоем месте я бы точно сошла с ума. Сейчас самое главное — это подать заявление в полицию. Ты должна вернуть себе дом, чтобы иметь крышу над головой. Не оставаться же вам на улице!

— Мне страшно подавать жалобу на родственников. Ты их не знаешь, Лейла. Это могущественные и влиятельные люди.

— Не беспокойся, Самия. Я тоже обладаю некоторым влиянием, а комиссар полиции — один из моих друзей. Я пойду с тобой, а твои девочки останутся здесь с моими детьми. Они будут в безопасности и на этот раз не окажутся замешанными в непростые разбирательства взрослых. Идем туда прямо сейчас, — продолжала настаивать Лейла, беря меня за руку.

Стараясь не слишком их разволновать, я сообщила дочкам о том, что собираюсь сделать. Возмущенная тем, что со мной творили, Лейла была полна решимости помогать мне до самого конца. До победы, как заявила она.

* * *

В комиссариате, куда мы прибыли, уже находился мой старший брат Фарид.

— Вот она — та шлюха, которая напала на мою мать! — с ненавистью воскликнул он. — Помогите мне задержать ее.

Моя