Ведьма Пачкуля и месть гоблинов - Кай Умански

Его слова встретили у остальных сердечную поддержку. Пачкулина стена их крепко раздосадовала. Налеты на Свалку в преддверии Хэллоуина — это традиция. Все воруют мусор. Охранять его при помощи магии — жуть как нечестно.

— Фу!

— Жухало!

— Согласен!

— Долой вонь-стену!

— Решено, — кивнул Обормот. — Порубим ее. Хрясь-хрясь. И всего делов.

— Обождите-ка, — вмешался, кипя энтузиазмом, самый большой из гоблинов. Его звали Красавчик, и ему в голову пришла мысль. Для него это было в новинку. — Слышьте чего. У меня идея! Надо потдебовать выкуп. Мы вот чего, значит, сделаем. Напишем Пачкуле письмо, что мы взяли ее метлу в заложники и тдебуем взамен мешок золота. Каково, а?

План Красавчика понравился Помёлке значительно больше. Но, к ее смятению, она оказалась в меньшинстве. Все остальные нашли Красавчикино предложение дурацким, о чем и заявили. Требовать выкуп? Ха! Золото? Туфта! На кой им золото? Магазинов здесь нет, да никто бы и не стал обслуживать гоблинов. Но Красавчик не хотел отказываться от своей идеи.

— Ладно! Ходошо, — гаркнул он, перекрикивая недовольные возгласы. — Золота нам не надо. Давайте попдосим чего другого. Ну… Пдидумал! Бесплатный мешок мусора для хэллоуинского костра. А еще лучше — пдиглашение на ведьминскую хэллоуинскую вечеринку!

Товарищи отреагировали насмешливым улюлюканьем. Идти на ведьминскую вечеринку? Да ни в жизнь! Да ни один гоблин, достойный своих подтяжек, не заявится по доброй воле на ведьминский Хэллоуин. О чем он только думает? [де его гордость? И так далее в том же духе.

— Но у них завсегда ж веселее, — упрямо настаивал Красавчик. — У них есть надувные шадики. И смешные шляпы. И еда всякая. И танцы будут. И здодовенный костер. В пдошлом году наш костер был тьфу по сдавнению с их здодовенным. У нас и без вонь-стены мусорный улов обычно не шибко какой. Мы вечно в пролете.

Гоблины, зеленея от зависти, кивали и скрежетали зубами. Красавчик был прав. Эти ведьмы не только умеют защищать свой мусор, но и празднуют со вкусом. Каждый год, в ночь на Хэллоуин, гоблины сиротливо ютятся у скудного, унылого, отсыревшего подобия праздничного костра, деля на всех котелок вареной жгучей крапивы, в то время как на Кудыкиной горе ведьмы радостно набивают животы сосисками с печеной картошкой при свете высоченного, весело трещащего пламени, которое озаряет небо на многие мили вокруг. А все почему? Потому что старая кочерыжка Пачкуля заграбастывает весь лучший мусор и делиться не хочет, вот почему.

— Так, ну письмо насчет выкупа — все равно не вариант, — заметил Гнус. Его вдруг осенило.

— Чего это?

— А никто из нас писать не умеет. — И это была правда.

— Как по мне, надо ее порубить топодом, — не унимался Цуцик. — Никто ничего лучше не предложил. Нет, ну а че еще делать с ведьминской метлой?

Воцарилась долгая тишина. Гоблины думали, что же им делать с метлой. Нечасто выпадает такая удача. Наверняка можно извлечь какую-то выгоду.

В темном углу предмет обсуждения судорожно сглотнул и затрясся.

— Придумал! Можно ее сжечь, — выдал находчивый Пузан. — Сложим из нее костер и подожжем. Эй, можно это сделать на Хэллоуин! Вроде как в знак протеста. Ведьмам это ух как не понравится.

— Ура! — воодушевился Обормот. — Давайте ее спалим!

— Тухлый будет костерок, — вставил Косоглаз. — Она же тощая как палка. Минуты за две прогорит.

Помёлку передернуло от одной мысли об этом. Разговор принимал все менее приятный оборот.

— Рубим-рубим, хрясь-хрясь, — пропел юный Цуцик, глаза у него были безумные.

— Вот досада, что у нас всего одна метла, — сказал Свинтус. — Если б их много было, тогда б славный костер получился. Но много у нас нет.

— Рубим-рубим, хрясь-хрясь.

— Погодите-ка, — вдруг сказал Красавчик. — Сейчас. Уже почти… не торопите только… так, похоже, у меня план создел!

Гоблины не слишком воодушевились.

— Нет, правда, — настаивал Красавчик. — План такой. Слушайте. Значит, из одной метлы костра не выйдет, ясен пень. Но, как Свинтус говорит, если много метел взять — будет большой костер! Так чего, надо нам укдасть еще одну. Потом еще одну и еще одну. Сечете? А когда все метлы собедем, спрячем их, чтобы ведьмы не нашли.

— Где? — спросил Косоглаз.

— Пока не знаю. Я еще все детали не пдодумал. В какой-нибудь, может, яме. Но вы основную идею-то ухватили? Ведем их в заложники, а потом говодим ведьмам, что сожжем их метлы на костре, если они не выполнят наши тдебования. А если тдебования не придумаем, то пдосто сожжем их, и все.

Гоблины замолчали, обдумывая новый план.

— Оценили? — гордо спросил Красавчик. — Я ж сказал, у меня план создел!

— План-то ничего, — согласился Косоглаз. — Только недочетов в нем много. Как мы собираемся заполучить остальные метлы-то? А? Сдается мне, не полетят они сюда, нам, так сказать, в руки, чтоб юный Цуцик посбивал их на землю кирпичами. Не все ж такие заторможенные, как эта.

Связанная Помёлка чуть не умерла со стыда.

— Рубим-рубим, хрясь-хрясь, — пробубнил Цуцик.

— Обождите, — гнул свое Красавчик. Успех вскружил ему в голову, идеи так и сыпались из него. — Я знаю, когда мы можем это пдовернуть. Завтра ночью у них шабаш. Мы укдадем метлы во вдемя их сборища на Кудыкиной горе. Все метлы будут припадкованы на стоянке, так? Все в одном месте, сечете? Мы прокдадемся туды в темноте, а потом…

— Погодь! Там какой-то шодох, — прервал его Пузан. — Метла, поди, очухалась и подслушивает наши планы! Давайте, парни! Пойдем поддазним ее. Педедыв на дазнилки!

Остальные были только рады отвлечься. Планы, заговоры — это, конечно, здорово, но мозги устают ужасно. Перерыв на дразнилки пришелся очень кстати.

Бедная Помёлка. Внезапно окруженная гоблинами-забияками, она старалась принять гордый и равнодушный вид.

— Рубим-рубим, — издевался Цуцик, притворяясь, что у него в руках топор, — хрясь-хрясь.

— Где спички? Эй, кто-нибудь, бдосьте мне спички! — рявкнул Свинтус.

Косоглаз исполнил какой-то дурацкий танец, и все чуть не попадали со смеху.

— Никогда не видал ведьминскую метлу так близко, — сказал Свинтус, потирая глаза. — Кажись, пдостая