Демиург, меня создавший - Олеся Феоктистова

– Что-то мы в последнее время стали просто домоседами, – зачастую смеялась Клара и мечтательно добавляла, – нет, нужно срочно куда-нибудь уехать.

«Не надо!» – так и хотелось сказать мне, но я лишь кивала, прикусив язык. Да, без подруги мне станет здесь безумно тоскливо, но кто же в этом виноват?

Этот день все же настал – как-то утром на парковой дорожке я увидела чемоданы. А на них – клетку с птицей. Рядом крутилась оживленная Клара.

– Да-да, мы все же уезжаем! – воскликнула она, заметив меня. – Не знаю, надолго ли… Но Крошу на всякий случай берем с собой.

Кроша! Я заглянула в клетку. В ней сидел попугай – большой, белый, с желтым хохолком и умными круглыми глазами. Он посмотрел на меня изучающе и смешно распушил перья на голове, так, словно у него выросло два треугольных уха.

– Кр-р-р-роше не совр-р-решь, не совр-р-р-решь. Кр-р-р-роша, кр-р-р-рошка, кр-р-руг, кр-р-р-руг!

Говорящий! Я восхитилась чудесной птичкой. Клара, что-то радостно бормоча, побежала обратно в дом. Я осталась с Крошей один на один.

– Загадай желание, – вдруг четко и ясно произнёс попугай, безо всяких птичьих кривляний. – Загадай Кроше правильное желание.

Я еще подумала, что мамина болезнь заразна, раз я стою и верю на слово говорящей птичке. И, твердо убежденная, что ему под силу исполнение любого желания, я загадала «Чтобы мать была здорова».

– Неправильно!

Этот крик белого попугая замкнул мой первый круг, завязал первую петлю.

***

Ветер гнал по небу серые тучи и гнул деревья. Парк был темный и пугающий, а мы – две продрогшие девушки в светлых платьях – стояли бок о бок и не сводили глаз с дороги – скорее бы уже приехали.

– Что же могло их задержать? Ох, лишь бы дождь не начался… – сестра переминалась с ноги на ногу и умоляюще посматривала на меня, словно я могла чем-то помочь.

Я молчала. Парк меня пугал. Почему? Иди себе прямо по дороге и попадешь домой. Но листва на деревьях в этот вечер была особенно темна и…

– А вот и они! – обрадованная сестренка поспешила навстречу матери и братьям. – Что же вы так долго? Мы волновались!

– На нас напали! – мать была взбудоражена больше обычного. – Представляешь, на нас напали разбойники! Ох, скорее, скорее в дом!

Что ж, в дом так в дом. Но по дороге я спросила старшего брата:

– Что за нападение? Что случилось?

– Да не было никакого нападения, – он поморщился, словно от боли. – Все было хорошо, мать ехала спокойно, пока не увидела издалека наш парк. И разволновалась не на шутку. Почему-то придумала этих разбойников. Ну ты же понимаешь все сама…

Да, я понимала. Понимала, что переезд лишь усугубит проблемы со здоровьем нашей матушки.

Три раза в неделю нас посещал господин Реман. Не нас, конечно, мать. Говорили, что он прекрасный врач, специализирующийся на лечении душевных болезней. Поможет ли он матери? Могло ли ей вообще что-то помочь?

– Доктор пришел, дожидается в гостиной, – сестра подошла ко мне, сияя как солнышко.

– Так проводи его к маме, для чего нужна я?

– Ой, нет, проводи сама, пожалуйста. Я стесняюсь… – а сама улыбалась, так, что трудно было поверить, как эта веселая красавица может кого-то стесняться. Ну ладно.

Доктор стоял в гостиной и разглядывал картину на стене. Интересно, сколько ему лет? На вид около 45. Красивый мужчина. Волосы цвета сухой травы, строгие карие глаза, каждый раз одет в белоснежную рубашку и темный жилет. Что ж, понятно, почему сестренка стала его «стесняться».

– Добрый день, господин Реман, я провожу вас к матери.

Мама, как всегда, сидела на своей любимой песчаной насыпи в саду и пересыпала песчинки из одной ладони в другую.

– Матушка, к тебе доктор.

Мать посмотрела на меня отрешенным взглядом. Какие доктора, какие дочери, какой мир? Пока есть песок – все это было для нее неважно.

Я частенько навещала мать, но она, казалось, все реже и реже узнавала меня. Иногда мама начинала «гадать» мне на жизнь и выкладывала из песка круги и петли, а потом сметала их одним коротким движением руки.

Однажды, гуляя по парку, я обнаружила на одной из дорожек клетку с птицей. Она стояла на целой груде чемоданов, что могло означать только одно – наши соседи куда-то уезжают. Я бы тоже хотела уехать, но невозможно бросить здесь мать, и сестру, которая впервые в жизни умудрилась влюбиться, и братьев, которым бы наладить собственную жизнь… но каждый раз на передний план встает больная мама.

– Кроша – умная птица. А ты? – большой белый попугай смотрел на меня через прутья клетки. Странно смотрел, словно ухмыляясь.

– Я – умный человек, – ответила, не веря собственным словам.

– Загадай желание. Загадай правильное желание. Кроша исполнит. Загадай желание. Правильное.

Тут только одно желание может быть правильным. Загадываю. «Пусть у моей семьи все будет хорошо». И вспоминаю. Был первый круг, первая петля…

– Непр-р-р-р-равильное желание!!!

***

– Доктор Реман пришел, в гостиной дожидается. Проводи его к маме, а… – сестренка стоит в дверном проеме, щечки алые, словно розочки, а глаза так и сияют.

Ну уж нет.

– Проводи сама, будь добра. Я занята.

– Ничем ты не занята. Ну пожалуйста, я стесняюсь.

Надо с этим что-то делать. В конце концов, господин Реман вдовец, а моя сестричка очень даже красивая девушка, просто невеста на выданье. Уже два месяца она смотрит на доктора влюбленным взглядом, но и боится его, глупышка. Беру ее под руку.

– Пошли-ка вместе.

Доктор стоит в гостиной и смотрит в окно. Я понимаю, почему сестричка не решается с ним заговорить. Георгий Реман с виду очень строг. Суровый четко очерченный профиль, густая шевелюра слегка тронутых сединой волос, умный взгляд… Всегда элегантно одет. А что в нем завораживает больше всего – так это голос, густой и низкий, обволакивающий, бархатный. Сестра краснеет еще больше, но я незаметно подталкиваю ее вперед и здороваюсь с доктором.

– Я вас провожу к матушке, – набравшись смелости пищит сестренка, и они с господином Реманом удаляются в сад, где перебирает песок наша бедная мать.

Я выхожу в парк. Мне нужно подумать, как бы выдать сестру замуж за доктора – такие прекрасные партии на дороге не валяются. Надо было раньше заставить ее общаться с Реманом. А то ходит влюбленная и напуганная, прячется по углам, отправляя меня на все переговоры с доктором. Ну и как