Заколдованные леса - Амос Тутуола

В четыре часа дня базар закрылся, и совершенный джентльмен отправился восвояси, а я — за ним: чтобы выследить и узнать.

«ГДЕ ЖИВЕТ ЧЕРЕП?»

Мы ушли с базара и побрели по дороге, но, когда мы одолели около двенадцати миль, обычная дорога обернулась тропинкой, а тропинка незаметно затерялась в лесу, и это был Дикий Бесконечный Лес. Я не хотел, чтобы джентльмен меня увидал, вынул один из своих волшебных амулетов, превратился в ящерку и сделался незаметным.

Я бежал за джентльменом, а он все шел да шел, и когда мы одолели еще миль 25, джентльмен принялся раздавать свои части — он роздал все тело и обратился в Череп.

Череп поскакал и покатился по лесу и миль через пятьдесят прикатился к норе; но как только он изловчился и впрыгнул в нору, я юркнул за ним, потому что был ящеркой. В норе Череп сразу помчался к лягушке, и я увидел, что за ней сидит девушка с ракушкой, а рядом стоит другой Череп, но поменьше, чем джентльмен. Череп-джентльмен увидел, что девушка на месте, успокоился и упрыгал на задний двор.

ВЕЛИКИЕ ПОДВИГИ В ЖИЛЬЕ ЧЕРЕПОВ

Когда Череп-джентльмен все проверил и упрыгал, я обернулся человеком, подошел к девушке и стал с ней разговаривать, но она молчала и только знаками показывала, что ей очень плохо. (А меньшой Череп в это время спал.)

Я помог девушке подняться с лягушки и хотел ее увести, да не тут-то было: ракушка-каури сразу заверещала и разбудила меньшого Черепа со свистком. Он проснулся и засвистел остальным Черепам, и они повыскочили с заднего двора, бросились к девушке и заметили меня; но как только они заметили меня рядом с девушкой, один из них подкатился к особой яме, в которой доверху лежали ракушки, схватил одну и помчался ко мне, а Черепа всей толпой поскакали за ним. Они хотели привязать мне на шею ракушку, но я тут же обернулся воздухом и исчез. Черепа меня упустили, а я их нет, потому что, как воздух, был везде и все знал. Я сразу догадался, зачем им ракушки: для могущества и чтоб делать человека бессильным; а если ракушка начинала верещать, то человек и вовсе становился немым.

Через час все Черепа успокоились и ушли, но меньшой Череп остался на месте. Я осторожно и бесшумно обернулся человеком, подошел к девушке и помог ей встать; но едва она поднялась, ракушка снова заверещала, да так, что если стоять за четыре мили и нарочно не слушать, то все равно услышишь. Меньшой Череп ее сразу услышал — он повернулся, увидел, что я опять появился, и ну свистать изо всех своих сил, — тут уж и все Черепа услыхали.

Услыхали Черепа сторожевой свисток и разом повыскочили с заднего двора. Но прежде чем они докатились до девушки, я помог ей выбраться из норы наверх, и мы что есть духу помчались прочь, но убежать далеко все равно не смогли: одолели сто ярдов, а Черепа-то вот они: выпрыгнули в лес, осмотрелись — и в погоню; получилось, мы еще бежим на виду, а Черепа уже несутся за нами вдогонку.

Они мчались по Дикому Бесконечному Лесу и грохотали, как тяжелые каменные глыбы. Мы пытались удрать, но Черепа нас окружили, и я понял, что они поймают нас в два счета, или даже в один: раз — и готово. Тогда я пристально посмотрел на девушку, и она сейчас же превратилась в котенка, и котенок прыгнул мне прямо в карман, а я на бегу обернулся птичкой — вообще-то таких на свете не бывает, но вроде воробья, — и мы полетели.

Я обернулся птичкой и улетел от Черепов, но ракушка не унималась и продолжала верещать, — я заставлял ее умолкнуть, да ничего не добился. И вот мы летели, а ракушка верещала, но наконец из-за леса показался город, и тогда я снова обернулся человеком, а котенок выпрыгнул у меня из кармана и обратился в девушку с ракушкой на шее. Мы вошли в город и отправились к старейшине, но, когда он увидел свою пропавшую дочь, он ужасно обрадовался и сказал так: «Раньше я верил, а теперь знаю: ты Отец Богов Всенасветемогущий».

Ракушка и в городе не хотела молчать, — поэтому девушка не могла говорить; но знаками она все время и без устали показывала, что очень рада возвращению домой.

И вот домой-то девушка вернулась, но она не могла ни говорить, ни есть, а ракушка так пронзительно и противно верещала, что никто в целом городе не мог уснуть. И тогда я понял, что сделано еще не все и что самые главные подвиги — впереди.

«САМЫЕ ГЛАВНЫЕ ПОДВИГИ — ВПЕРЕДИ»

Я взял самый острый в их городе нож и попробовал разрезать специальную веревку, на которой висела ракушка-каури, — я хотел, чтобы девушка опять заговорила, — но, как ни старался, ничего не добился; тогда я стал резать изо всех своих сил — и снова не разрезал; а ракушка все верещала.

Старейшина заметил, как я мучаюсь с веревкой, и понял, что мне было очень трудно и тяжко; он сказал мне много благодарственных слов, но добавил, что, раз я Всенасветемогущий, мне следует довести этот подвиг до конца.

Но когда он добавил про всенасветемогущество, мне сделалось неловко и стало неуютно: Черепа-то как-никак были Страшными Существами — могли ведь и убить, в лесу чего не случается; и еще: не мог же я прийти к Черепам и прямо спросить, что делать с ракушкой?

ОПЯТЬ К ЧЕРЕПАМ

Но на третий день я отправился в путь — вернулся в Дикий Бесконечный Лес, чтобы все как следует выследить и узнать.

Когда до жилья, или норы, Черепов оставалась миля, мне встретился джентльмен, и это был тот самый джентльмен-Череп, за которым девушка ушла с базара. Но на этот раз он был неразобранный.

Я-то его увидел, а он меня нет, потому что я сейчас же обернулся ящеркой, вскарабкался на дерево и стал наблюдать.

Он стоял перед двумя специальными растениями, а я сидел на дереве и все замечал. Вот он подошел к одному из растений и отломил веточку правой рукой; потом он приблизился ко второму растению и отломил веточку левой рукой; а потом он швырнул обе веточки на землю и при этом проговорил такое заклинание: «ДЕВУШКА УШЛА — ОСТАЛИСЬ ВЕТКИ, НО ЕСЛИ ИХ СЪЕСТЬ — ВСЕ СРАЗУ