Моя вторая жизнь - Олеся Шеллина

— Тори, не расстраивайся, — Драко пытался сообразить, почему его жена, которая в последние полгода увлеклась кулинарией, и превосходно готовила, не смогла сварить обычную кашу.

— Мы кушать хотим, — Гермиона прижала руки к животу и зарыдала еще сильнее.

Драко взял кастрюлю и выбросил ее вместе с содержимым в мусорное ведро.

— Тори, не плачь, пожалуйста, мы сейчас пойдем в ресторан, и ты поешь, — Гермиона сразу же перестала рыдать. Подойдя к раковине, она плеснула на лицо холодной водой и повернулась к Драко.

— Надеюсь, это будет итальянский ресторан?

========== Глава 3 ==========

Профессор Снейп задумчиво смотрел на меряющую гостиную шагами Гермиону.

— Я что-то не понимаю, что вы от меня хотите? – наконец произнес он, обращаясь к бывшей ученице.

— Я не понимаю, почему Драко никак не реагирует на мои промахи? – Гермиона остановилась и задумчиво посмотрела на каминную полку.

— А вам бы хотелось, чтобы он как-то реагировал? – иронично усмехнулся Снейп.

— Нет, но… Это неправильно! Прошло уже две недели, как я живу здесь! Я даже научилась делать рагу и варить макароны, но Астория-то все это умела! Малфой же вообще ни на что не реагирует, как будто меня здесь вообще нет! Все, что его заботит – это ребенок, — Гермиона ойкнула, положив руки на живот. Ее сын словно почувствовал настроение матери и толкнулся сильнее, чем раньше.

— А вам хотелось бы, чтобы Драко начал подозревать, что что-то с его женой не так? – усмехнулся Снейп.

— Я не знаю, чего хочу, но подобное безразличие меня просто бесит, — Гермиону спокойный, абсолютно уравновешенный Драко действительно выводил из себя. Она не привыкла, что он при ее появлении не срывается на подначки, а то и неприкрытые оскорбления, которые нередко перерастали в словесные битвы.

— Хорошо, давайте так, что вы знаете о Драко?

— Он заносчивый, наглый, избалованный и совершенно невыносимый, — начала перечислять Гермиона.

Снейп негромко рассмеялся.

— Вы замечали хоть что-то из перечисленного сейчас? Или нет, вы замечали, чтобы Драко становился наглым, высокомерным и выглядел бы полным идиотом с другими учениками в то время, когда вы еще учились в Хогвартсе?

— Я не понимаю, профессор, — Гермиона нахмурилась.

Нет, она не помнила, чтобы Малфой так явно показывал свою неприязнь к кому-то еще в школе. У Гермионы уже курса с третьего начало закрадываться подозрение, что она единственная магглорожденная во всей Великобритании. Тот же Дин Томас, казалось, был невидимкой, потому что высокомерный слизеринец вообще не обращал на него внимания. Но с другой стороны Гермиона никогда не знала его, как другого Драко Малфоя.

— Ваше представление о нем несколько ошибочно. Вы никогда не знали настоящего Драко. Он вообще очень скрытный. Но вы знали его только с одной стороны, не с самой лучшей. Однако этому есть причина, — Снейп замолчал.

— Какая причина? – Гермиона нетерпеливо забарабанила пальцами по полке.

— Однажды его воспитание и предпочтения вошли в конфликт, и Драко совершил ошибку. Точно такую же ошибку в свое время совершил и я, но мне хватило ума понять это, хоть и было уже слишком поздно. Драко же до недавнего времени находился в разладе с самим собой.

— Это не объясняет, почему он не реагирует на мои ошибки.

— Он не знал Асторию, — спокойно ответил Снейп. – Он понятия не имел, какие она любит цветы, что любит читать и так далее. Как-то я спросил его, какого цвета глаза у его жены, и знаете, что он мне ответил? Карие. Вот вы что бы сказали?

— У Астории они светло-карие, больше желто-зеленые, — Гермиона нахмурилась.

— Драко безразличны такие подробности. Сейчас же ему совсем не до жены, — Снейп снова задумался.— Хотите совет? Не пытайтесь стать Асторией. Ведите себя так, как вели раньше. Не бойтесь совершать ошибки, не бойтесь спорить, не бойтесь привлечь его внимание.

— Тогда он точно все поймет.

— И пусть, так будет лучше, — Снейп улыбнулся. – Не обманывайте хотя бы сами себя, вы получали удовольствие в постоянных стычках с Драко. Почему-то я не уверен, что вот такой вариант Малфоя, какой вы наблюдаете сейчас, вас устраивает.

— Вы не сказали, почему Малфой так себя вел с нами, — Гермиона одернула мантию. И подошла к дивану, на котором сидел Снейп.

— С вами, мисс Грейнджер. Поттеру и Уизли доставалось только за то, что они были постоянно рядом с вами. Не делайте вид, что не понимаете. Даже Астория все понимала, и это ей очень не нравилось. Возможно, именно поэтому она решилась на адюльтер.

— Вы говорите загадками, профессор, — жалобно протянула Гермиона.

— Где он спит? – внезапно сменил тему Снейп.

— Здесь, на диване, — Гермиона покраснела. Хотя в то время, когда профессор избавлял ее от кошмаров, ей приходилось отвечать и на более откровенные вопросы.

— Значит, вы вышвырнули его из спальни? – внезапно развеселился Снейп.

— Ну, получается, что да.

— Вот что, сколько сейчас времени? Половина пятого? Он всегда ходит туда в это время, — пробормотал Снейп. – Пойдемте, я вам кое-что покажу. И, Гермиона, последуйте моему совету, ведите себя так, как вела бы себя именно мисс Грейнджер. Драко, безусловно, что-то заподозрит и в итоге догадается, кто теперь является его женой, но дайте ему понять это самому.

— Вы не выяснили, что с нами произошло?

— Нет, пока нет, — Снейп протянул ей руку, и крепко обхватил запястье молодой женщины, одновременно запуская процесс аппарации.

Гермиона моргнула и удивлено огляделась, они оказались на кладбище.

Внезапно она увидела Малфоя, который стоял рядом с одной из могил. Снейп увлек Гермиону за большое надгробие, выполненное в виде скорбящего ангела. Аккуратно выглянув из-за мраморного ангела, девушка смотрела, как Малфой постоял, опустив голову, а затем положил розу на скромное надгробие, и через пару секунд аппарировал.

Гермиона не стала ждать подсказки профессора Снейпа. Она быстро подошла к могиле, ориентируясь на крупную красивую розу.

На надгробие было выведено:

Гермиона Грейнджер 19.09.1979 – 13.07.2002

— Ничего себе, — она в ступоре рассматривала могилу. – Нет, ну почему надгробие такое некрасивое? Что, не могли вот на такого ангела разориться? Грейнджер же героиня убиения Волдеморта все-таки, а еще друзьями прикидывались, — Гермиона истерично рассмеялась.

— Теперь понятно, почему он так себя вел? – к ней подошел