Знак бесконечности - Виталий Бубенин

влюблен в горы и в память о том времени, благоговейно хранил дома моток крепкой альпинистской веревки, ледоруб, поясную и грудную обвязки — так называемую «беседку», рюкзак, палатку и еще много всякой всячины. Никто ими давно уже не пользовался, поэтому все снаряжение было вполне пригодно к применению. Пользоваться ребята этим научились еще когда ходили в школьные походы.

Алексей выпросил моток веревки, рюкзак, палатку, «беседку», говоря, что лагерь скаутский и надо взять с собой побольше всякого снаряжения, чтобы не ударить в грязь лицом перед иностранцами. А еще оказалось, что с собой надо иметь фонарь с двойным комплектом батареек, компас, нож, топорик, котелок, кружки, ложки, спальные мешки, соль и спички.

— Ну, вы словно на Эверест собираетесь — с подозрением в голосе сказал отец.

— Там кроме моря и иностранцев больше ничего нет, что ли?

— Пап, ну я же говорю, лагерь скаутский, все с собой брать надо, — аргументировал Алексей.

— А деньги тогда за что платить?

— За обучение.

— Ну, ничего себе, — присвистнул отец, — да я за такие деньги, не выходя из дома, за неделю, без всяких англичан, китайский язык выучу.

— Так китайский язык и мы бы без англичан выучили, тем более под твоим чутким руководством, — съерничал Леха.

— Не груби отцу! За такие слова можно и в бубен получить. Этим коммерсантам лишь бы деньги драть. Ну, смотрите мне, скауты, если по возвращении домой это юное дарование не будет лопотать по-английски как природный немец, то, по древнему русскому обычаю, денежки, без сна и отдыха, на огороде отрабатывать будете, до самого конца каникул. Ты меня понял? — обратился отец к Сергею.

— Понял, понял! — весело отвечал тот.

— А ты понял? — повернулся он к Алеше.

Тот уверенно кивнул.

— Ты, Алексей, смотри там за ним, и вообще, назначаю тебя старшим в группе, за все головой отвечаешь. Вопросы есть?

— Вопросов нет, приказ ясен, есть научить природного немца английскому языку с китайским акцентом, товарищ полковник! — Четко, по-военному отрапортовал Леха.

— Ладно, ладно, юморист ты наш доморощенный. Посмотрим, как ты запоешь, когда вернетесь.

Мама прослезилась, нежно обнимая сыновей. Шутка ли, у младшего последние школьные каникулы, а его несет неизвестно куда. Может хоть при поступлении в институт это поможет.

До райцентра — на автобусе, до деревни — на попутках, в общем, к концу дня братья оказались в совершенно безлюдной, лесисто-болотистой местности, двигаясь в строгом соответствии с имеющейся картой и компасом конечно. Хотя компас был не очень-то нужен. Дорога на местности была одна, на карте она тоже была одна, так что, чтобы заблудиться здесь, нужно было очень постараться.

— т

— Так где заночуем, братуха? — Сергей поднялся с поваленного дерева.

— Где-то через километр, впереди за лесом, должен быть хутор. Видишь, на карте сараи обозначены, туда и пойдем.

— Там и колодец должен быть, а то пить охота, а вода кончилась, — тряся пустой фляжкой, посетовал Сергей.

— Должен быть колодец. Видишь, след от телеги, значит, живет там кто-то.

Они пошли вперед по дороге, вернее она, может быть, когда-то и была дорогой, да полностью заросла травой, и лишь колея напоминала о том, что когда-то ее использовали в этом качестве. Через десять минут ходьбы лес кончился, и сразу за ним показался хутор. Четыре небольших, почерневших от времени деревянных дома расположились по обе стороны дороги, которая, петляя, уходила куда-то дальше, где на горизонте виднелась синяя полоса леса. Дома утопали в зелени садов. Один из домов явно был нежилым. Окна заколочены досками, забор почти весь повалился. В остальных домах, видно, жили. С каждой стороны дороги стояло по колодцу. Один из них был непомерно большой. Над землей возвышалась массивная каменная кладка. Камни казались огромными и было трудно понять, кто и зачем построил такое сооружение. Диаметром около трех метров, он не имел навеса, как все нормальные колодцы. На деревянный, весь в трещинах, вал намотана неимоверно длинная цепь. Тут же висело и ведро. Оно тоже было странным, каким-то не стандартным, не похожим на те ведра, которые выпускает современная промышленность. Колодец больше походил на плод фантазии какого-то местного умельца, который таким способом решил оставить о себе память. Другой колодец был нормальным деревенским колодцем, без всяких странностей. В отличие от своего собрата он имел нормальный навес, вернее маленькую крышу с дверкой. Дверка была распахнута, в темном проеме виднелось обычное ведро, висевшее сбоку на гвозде.

Ребят почему-то потянуло к старому колодцу. Может это от любви к старине, ко всему настоящему, как говорил отец. А может, просто из любопытства. Они подошли ближе.

— Леха, ты посмотри, сколько цепи тут намотано. Да здесь глубина метров двести будет, а может и все триста, — удивленно сказал Сергей.

— Да откуда двести-то? — недовольно пробормотал Леха, — места здесь болотистые, вода должна близко к поверхности подходить. Видишь, колодец явно старый, даже старинный, древний. В те времена все по-хозяйски делали, с запасом, на века. Оборвется цепь — и новой не надо, отматывай себе, сколько хочешь.

— И ведро какое-то странное, — задумчиво бормотал Сергей, подходя вплотную.

— Да что у тебя все сегодня странное!? Сам ты странный. Не нравится, так чеши к другому колодцу, а я из этого, настоящего, хочу водицы испить.

С этими словами Леха подошел к колодцу и заглянул в него. Несмотря на огромный диаметр, воды внизу видно не было. Стены колодца, выложенные огромными, поросшими мхом каменными плитами, уходили куда-то далеко вниз, а дальше была темнота. Алексей отшатнулся от пахнувшего ему в лицо лютого холода.

— Кока-кола будет со льдом! — весело подзадорил он брата. Сняв с ржавого крюка ведро и опустив его в колодец, Леша начал разматывать цепь. Крутил он долго, даже вспотел, но, к своему удивлению, не почувствовал, как это обычно бывает, что ведро достигло воды. Юноша отпустил рукоятку вала, позволив цепи разматываться самостоятельно. Под тяжестью ведра и размотанной цепи, вал начал вращаться. Сначала он вращался медленно, потом быстрее, еще быстрее и наконец, скорость вращения стала пугающей. В какой-то момент стало казаться, что цепь размотается вся, а ведро так и не упадет в воду, и тогда оно просто оборвется. Они не слышали всплеска, но почувствовали, что ведро, все-таки, достигло желанной цели. Цепь размоталась почти вся. Вал стал вращаться медленнее, а потом и вовсе остановился. Алексей с ошарашенным видом взялся за рукоятку.

— Леха, да брось ты это! — взмолился Сергей, — ты ж до утра это ведро вытаскивать будешь. Пить же охота. Давай из того колодца воды наберем, напьемся всласть, а потом крути ты эту ручку хоть