Наследие древних - Василёв Виктор

Удивление и растерянность на лице Лассы сменились недоверием, а затем яростью и злостью.

– Источник магии – это часть природы. Им можно восхищаться. Его можно изучать, пытаться понять. Но его нельзя покорить, – отчеканила хозяйка леса.

У Итана было свое мнение на этот счет, подкрепленное разными теориями, но в главном он был согласен.

– Нельзя дать Форгольту добраться до храма, – решительно сказал Найт. – Я этого не допущу.

Неожиданно позади раздался звук ударов ладони об ладонь.

– Прекрасные планы, господа. Прекрасные и невыполнимые.

Итан демонстративно медленно развернулся. Ласса сделала тоже самое.

Эльфийский язык очень мелодичен. Даже самые жуткие ругательства на нем звучат словно песня о любви.

Именно такую «балладу» на одном дыхании исполнила Ласса.

Для этого были веские причины.

– Полагаю, мы не знакомы. Хозяйка леса Нариэнс. Справа от меня стоит маг молнии Харольд и темная колдунья Эриза, – сказав это, светловолосая эльфийка приложила руку к сердцу и отвесила неглубокий поклон. – Не представишь мне своего спутника, Лассиэнс?

«Она тоже очень похожа на змею. Только белую. И яда у нее, наверняка, побольше», – мелькнула мысль в голове археолога.

– В этом нет нужды, – холодно сказала чародейка. – Это всемирно известный расхититель гробниц, сорвиголова, прохвост и редкостная сволочь – Итан Найт.

Короткие рыжие волосы, огромные зеленые глаза, симпатичное лицо с резкими чертами, вздернутый носик, пухлые губы, высокий рост и ладная фигура – с красивой внешностью не вязалась легкая кожаная броня, пара кинжалов на поясе и ощущение давящей силы, исходящее от темной колдуньи.

На ее фоне смуглый бородач в белой хламиде, украшенной знаками школы молний, выглядел совсем не угрожающе. Но его Итан сбрасывать со счетов не стал.

– Благодарю за столь лестную характеристику, о прекрасная колдунья, работающая на любого, кто способен заплатить, – не остался в долгу археолог и приложил руку к груди. – Вы столь же прекрасны, сколь и алчны.

Медальон был на месте. Нужно было только сказать пару фраз.

– Это в прошлом. Теперь я служу королю Форгольта, – все также холодно сказала чародейка.

– Сомневаюсь, что ему хватит золота, чтобы покрыть ваши аппетиты, – с улыбкой сказал Найт. – Тебя загнали в ловушку? Ты предпочла мучительную смерть в джунглях Катанги пеньковой веревке?

Медальон потеплел. Зов был услышан.

– Кто бы говорил! Стоило твоему университет поманить пальцем, и ты уже здесь, – прошипела Эриза. – Я хотя бы рискую по веским причинам.

– Вот тут ты ошибаешься, дорогая, – не скрывая улыбки, сказал Итан. – У меня здесь частная экспедиции. Все сам, да еще и за свои средства.

В глазах темной волшебницы что-то мелькнуло.

– Последние мозги отбил в своих гробницах? – прошипела она.

– Нельзя отбить то, чего нет, – разведя руками, сказал Итана. – Ты сама так говорила, дорогая.

Маг молнии уже открыл рот, чтобы прервать их, но его жестом остановила Нара.

Похоже ей доставляла удовольствие эта перебранка.

– И ты сунулся сюда в компании остроухой шл… красотки, просто потому что тебе голову напекло?! – топнув ногой, воскликнула колдунья.

– Как будто в первый раз, – едва слышно сказала Ласса.

Но ее услышала Эриза.

– С тобой мы поговорим отдельная, эльфийка, – наградив Лассиэнс тяжелым взглядом, сказала темная колдунья.

– Я бы с радостью, но меня придушат раньше, – растянув губы в неживой улыбке, сказала проводница Итана. – Мои услуги дешевы, а Нара терпеть не может конкуренцию. Она сделает все, чтобы избавиться от другой хозяйки леса. Ведь так?

Светловолосая эльфийка дёрнулась как от удара.

– Я могла бы часами слушать разговор двух родственных душ, – скрипнув зубами, сказала Нариэнс. – Но мы вынуждены пригласить вас в наш лагерь. Наверняка, полковник Крок сделает вам интересное предложение. Эриза, будь так добра.

Темная колдунья наградила начальницу тяжелым взглядом, но подчинилась.

Пара фраз, несколько пассов и собственных тени спеленали пленников.

Итан помрачнел, а вот Ласса неожиданно рассмеялась и сказал что-то на эльфийском.

Мгновение и багровая от ярости Нара подскочила к связанной эльфийке, занесла руку для удара и… рухнула на землю.

Дюжина игл тьмы ударила в спину магу молний. Он просто не успел ничего понять.

Эриза взмахнула рукой, и теневые кандалы исчезли.

– Мои благодарности, колдунья, – сказала Ласса, вытирая нож об одежду Нариэнс. – Ты умеешь заводить друзей, Найт.

– Друзей? О нет. Все гораздо серьезнее, – печально сказал Итан. – Эриза моя жена.

В любой другой ситуации Найт с радостью бы полюбовался ошарашенным лицом эльфийки, но сейчас на это не было времени. Нужно было срочно уходить.

– Артос. Я уже выбрался. Держись рядом, ты можешь понадобиться, – сообщил дракону Итан, когда они покинули место неожиданной встречи.

– Ты думал, что я сдам тебя форгольтцам? – удивилась Эриза.

– Нет, конечно. Но все могло повернуться не так удачно. Тогда лучше иметь в кустах дружелюбного дракона, – убирая медальон, сказал археолог.

– Значит для жуткого ящера ты нашел переговорный артефакт, а для любимой жены – нет? – прищурившись, спросила темная колдунья.

– Увы, это штука намертво связана с Артосом. Работа древних. Не одного рабочего комплекта артефактов связи я не находил, – искренне вздохнул Найт.

– И, если бы он был, ты бы сообщил, что собираешься в Катангу? – наградив мужа тяжелым взглядом, спросила Эриза.

– А ты? – вопросом на вопрос ответил археолог.

Колдунья хмыкнула:

– Один-один. Но я все еще хочу заковать тебя в теневую клетку, приказать Вильгельму увезти тебя в столицу. Думаю, он меня поддержит.

– Я окружен предателями, – патетично воскликнул Итан. – Вильгельм, Инга, теперь ты! В моем отряде зреет заговор против меня.

Леди Найт сбилась с шага.

– Инга здесь? – испуганно спросила она.

– Да. Я думаю, твоя лучшая подруга обрадуется, что ты верная поданная императора, а не обезумевшая от жадности темная колдунья, – усмехнувшись, сказал Найт.

– Главное, чтобы на радостях не прибила, – обреченно сказала Эриза.

– Древние сохрани, с кем я связалась? – не скрывая ужаса, спросила Ласса.

Инга скрыла лагерь иллюзией, но для хозяйки леса это была не проблема.

Найт вошел в лагерь один, не терпящим возражения тоном потребовал